Никита Шарипов – Иной мир. Часть 3 (страница 39)

- Пойду пообщаюсь с Харрором, - буркнул я и пошёл к КрАЗу. – Через Угрха, конечно же.

Медведи, как и ожидал, дали отворот поворот. Сказали, что в открытом поле против такой банды они точно не попрут. Не боятся, но понимают, что ближний бой с теми, кто умеет убивать на расстоянии, точно не прокатит. Вмажут по берсеркам из гранатомёта и станет их на неизвестное количество меньше. А может и всех четырёх не стать. Своими силами придётся воевать, в общем.

Нападавшие вышли на связь, когда подъехали на Унимоге Свободные. Частоту нашу поймали и решили договориться. Оказалось, что воевать с нами приехала полностью русскоязычная банда.

- Мужики, говорит Иван Сорокин. Погорячились мы, но прошлого не воротишь. Договоримся? На время переговоров прошу не стрелять. Земляки же…

- Ух ты, русской речью напахнуло! – удивился Боков, взяв переговоры на себя. – Ну здорова, Ванёк! Как сам? Не слабо мы твой БТР поджарили, да?

Сорокин ответил секунд через десять:

- Есть такое… Мужик, я всё понимаю, враги мы, но выхода у нас не было. Вторую неделю степь топчем, топливо на исходе. Увидели посёлок, к которому шли, да и решили наскоком оприходовать. Кто их считает то, эти посёлки степные. С виду невзрачный такой, да кусачий оказался. Извиняться не стану, потому что вины за собой и своими бойцами не вижу. Попрошу представиться. Интересно же, как земляка зовут. Ещё и москвича, судя по говору.

- Зовут меня Андрей. – Боков запрыгнул на подножку Крузака, а с неё на крышу, чтобы его было лучше видно и начал махать рукой. – Видишь меня, Ванёк?

На один из Уралов быстро залез человек и тоже начал махать. Рация сказала:

- Теперь и ты меня видишь, Андрюха. Что делать будем? Воевать продолжим или разойдёмся по мирному? Нас тот и тот вариант устраивает, но последний более по душе. Золотишко и кредиты имеются, кстати, потому можем топливо прикупить у вас. Продадите?

- Продали бы, если второй вариант выбрали. – Андрюха показал средний палец, но его с такого расстояния вряд ли увидели, поэтому он решил уточнить: – Ванёк, увидел, что я тебе фак показал? Если нет, то на словах ты и так уже всё понял. Идите в задницу со своим миром. Давай воевать.

- Как хочешь, зёма. – Иван спрыгнул с крыши Урала. – Воевать мы тоже не против. Бой рассудит, кто сильнее…

- Мудак бородатый! – Бодров убрал монокуляр в карман и полез в салон за пулемётом.

- Ты это про себя, Сань? – спросил Булат.

- Про Сорокина, - буркнул Бодров, злобно зыркнув на товарища и инстинктивно потрогав солидно отросшую бороду. – Ты, Булатка, не стой давай. Думать надо, как земляков одолеть. Если бы кровь они не пролили, то можно и на мировую сыграть было, но кровь пролита. С обеих сторон.

- Тянуть время будем, - предложил я самый оптимальный вариант. – Едем в посёлок и ждём, когда враг решится наступать. Топлива у него маловато, поэтому отступать они точно не будут. Приедут наши – возьмём кольцом и попросим сдаться.

- Мне нравится! – Андрюха громко свистнул и закричал: - Двигаем в посёлок, народ! Позже повоюем…

Спустя десять минут мы въехали на территорию посёлка Речной…

Книга третья. Глава 2 Фрагмент 18

Три часа длилось перемирие, а затем враг решился на «пострелять». Тяжелое вооружение у него кончилось, поэтому использовалось исключительно лёгкое. Один из Уралов применили как щит, и через пять минут после начала вялой атаки он был взорван прямым попаданием из гранатомёта. Погиб только боец, сидевший в кабине, до последнего пытавшийся спасти машину и себя от гибели. Снова началось затишье. С нашей стороны потерь не было, если не считать пары сотен потраченных патронов и трёх зарядов к РПГ-7, два из которых ушли в пустоту. Признав неудачу, враг-земляк снова приступил к переговорам и предложил мировое решение проблемы, но Боков был непреклонен. Вернутся наши из посёлка Степной и другого выбора, кроме как сдаться или погибнуть, у врага не будет.

Я в стычке не участвовал, потому что спал. Дом, который нам с Машей дали на время, находится в противоположной части посёлка Речной и достать по нему враг мог только при наличии миномётов, которых у него не было и быть не могло. К вечеру, когда почти стемнело, я проснулся и сразу же узнал от Маши хорошую новость – враг сдался без боя.

Семь часов проспал я и за это время была всего одна стычка. Та самая, в которой враг лишился грузовика Урал. Андрюха разговорил предводителя нападавших Ивана Сорокина и выведал, что бойцов у того осталось сорок с небольшим. И про оружие всё узнал. Не таясь рассказывал о своих парнях Сорокин. Видимо, смирился с участью проигравшего, но сдаваться не спешил. Страшно, наверное, было.

Прилично пополневшая как народом, так и техникой, колонна наших, ехавшая от посёлка Степной, была уведомлена о наличии врага заранее и малость изменила маршрут. Заехала в тыл врага, если проще. В степи движущийся транспорт далеко видно, поэтому крюк им пришлось солидный заложить.

Перед прибытием наших из посёлка Степной, Боков собрал самых активных и покинул посёлок Речной на трофейном Крузаке в компании пятнадцати местных внедорожников и трёх грузовиков. Завидев такую толпу и не зная, что почти все машины едут для массовки с одним-двумя бойцами в салоне, враг сильно расстроился, но не побежал, а решил занять круговую оборону. Расставил технику, залёг и приготовился к последнему бою… всё ещё надеясь выиграть его и занять посёлок…

Боков нападать не стал, но расставил технику так, чтобы с одной стороны врагу преграждал путь посёлок Речной, с другой он сам, а с третьей — река Могучая. Четвёртая сторона осталась для наших, идущих врагу в тыл.

Минут двадцать прошло и дополнительная ударная сила показала себя столбом пыли. Иван Сорокин понял, что запахло капитальной прожаркой и предложил Бокову капитуляцию. Свою, конечно же. Не подумал Сорокин о резервном канале связи, по которому велись переговоры с Борей Стрелковым. А если бы и подумал, если бы и знал о нём, то всё равно ничего бы не сделал. Не было у врага топлива для отступления. Сдаться – единственный вариант остаться живыми. Иван Сорокин и его парни выбрали жизнь.

***

- Ножом по горлу и в степь! Кодлакам на радость!

Я посмотрел на Борю Стрелкова. Нет, не шутит полковник. Готов на такое и с радостью. Иван Сорокин, бывший подполковник армии, а ныне главарь степной банды, слишком похож на полковника-федерала. Как физически, так и манерой держаться. Оба слишком самоуверенны. Уверенность Стрелкова хотя бы обоснована, потому что он в списке победителей. А вот уверенность Сорокина ничем не подкреплена. Он пленник. И именно сейчас решается его судьба и судьбы его бойцов.

- Заметили, что они похожи? – спросил Боков. – Боря, Сорокин ведь почти копия твоя. Ты что, испугался что ли? Конкурента слить хочешь?

Сорок два бойца-бандита стоят кучкой в центре площади посёлка Речной. Их предводитель, Иван Сорокин, впереди всех. Большой и грозный. Охраняют бандитов Свободные. Бойцы, которые недавно были рабами. Под прицелом не держат, потому что это без надобности. Выкинуть фокус при таком количестве вооружённого народа вокруг – подписать смертный приговор. Иван Сорокин и его ребята это понимают. Эх, нормальные русские мужики и парни, а такой хренью занимаются. Занимались…

- Этот шкет на меня похож? – Стрелков захохотал. – Да я его играючи, вот так! – он сделал жест, будто выжал мокрую тряпку, а затем, усмехнувшись, добавил: - И в степь кодлаков порадовать…

- Туповат наш Боря, но винить его в этом не стоит. – Андрюха намеренно решил позлить полковника, потому что увидел, что Сорокин готов ответить тому какой-нибудь словесной гадостью. Взял удар на себя, если проще. – Фантазии у Борьки на большее, чем кодлаков упоминать каждый раз, не хватает. Скудоумен федерал, что поделаешь.

- Я ведь и обидеться могу! – Стрелков грозно хрустнул пальцами. – Обижусь на тебя Андрей, косточки так же хрустеть будут, только громче. Твои косточки!

- Всё, ты меня задрал, Борька. Хрусти сосиськами, сколько влезет, а я делом займусь. – Андрюха махнул в сторону полковника, словно тот назойливое насекомое, и переключил внимание на поверженных бандитов. Спросил, обратившись сразу ко всем: - Ну что, господа проигравшие, будут предложения как с вами поступить? Наши варианты вы уже слышали и пока они не менялись.

Варианты, которые были предложены Ивану Сорокину и его ребятам, не слишком перспективные: либо в рабство пожизненное, либо смерть. Согласятся на рабство – заберём их с собой.

- Высказаться позволишь? – спросил у Андрюхи Сорокин. – Мне есть что сказать.

- Говори, - разрешил Боков.

Речь Иван Сорокин закатил знатную. И такую оправдывающую, что всем стало ясно – не он и его парни бандиты, а мы. Если сопоставить то, что было рассказано ранее и то, что сейчас, получается, что так всё и выходит. Мы, блин, бандиты. Но мы то знаем, что бандитами были Мартинос и его бойцы. А вот Сорокин не знает. По наводке работал мужик, брезгуя разведкой. Нельзя так делать.

Иван Сорокин ещё год назад был подполковником армии и предполагать не мог, что попадёт в другой мир. Получил приказ от вышестоящего начальства провести ученья – отправился проводить. Выехала колонна из части, но целиком до полигона так и не доехала. Пропала головная часть колонны, оторвавшаяся от основной массы вперёд, словно и не было её. След оборвался на разбитой полевой дороге. Будто прилетели инопланетяне и забрали почти двадцать единиц техники вместе со всем личным составом. После разбирательств, среди официальных версий, версии с инопланетянами не было. Зато она была в головах тех, кто разбирался. Но разве рискнут вояки такую чушь в слух говорить? Думали, но помалкивали. Спьяну только болтали порой, да никто болтовню эту на трезвую голову уже не вспоминал.