Никита Шарипов – Иной мир. Часть 3 (страница 16)

Совместными усилиями были сооружены кровати для раненых и принесена вода из реки. Успел познакомиться с пятью бойцами-федералами. Вопросов пока не задаю. Полковник Стрелков чернее тучи и постоянно раздаёт приказы. Боков и Анька не вернулись. Удивятся, что сказать.

По истечению сорока минут боец-медик, которого, как выяснилось, зовут Клещин Андрей, доложил полковнику Стрелкову:

- Сделал всё, на что способен. Даю высокие шансы на выживаемость всех раненых. Полковник Владимир Росс, - кивок в сторону Старого, - лишился правой руки. Увы, но иначе было нельзя. Товарищ полковник, разрешите вернуться к работе?

- Разрешаю. - Стрелков посмотрел на Старого и пробормотал: - Что руку не пришить обратно сам прекрасно видел… Подмотало тебя, Росс…

Вопрос «Кто тут Ермаков?» прозвучавший из уст полковника Стрелкова не стал неожиданностью. Ответив, я получил предложение отойти и поговорить с глазу на глаз. Согласился и мы пошли.

Остановились у противоположной стены зала. Показав на потолок, Стрелков спросил:

- Это нормально?

Я кивнул и ответил, что нормально. Рассказал всё, что знаю про светлячков-люменов. Хмурясь и энергично о чём-то думая, полковник тихо сказал:

- Значит, не соврал Росс. Предупреждал, что не на прогулку идём и обратного пути не будет. Предупреждал, да не поверил я. Обратного пути ведь нет, да, старший прапорщик Ермаков?

Я кивнул. Стало понятно, что федералы в портал заскочили случайно. Но остальное по-прежнему не понятно. Случайно в контролируемые порталы не заскакивают. Видимо, других вариантов не было. Решил поинтересоваться:

- Совсем не в курсе, где находитесь, да?

- Да. – Рука Стрелкова резко сомкнулась на моём горле. Полные злости глаза дают понять, что убьют в случае сопротивления. Не размыкая зубов, полковник прорычал: - Я размолочу тебя в мелкий фарш, Ермаков, если ты не скажешь правду. Росс сказал мне, что во многом виноват ты. Либо рассказывай, либо…

Тук!

Андрюху, подкравшегося сзади, я видел, но вида не подал. Умелый тюк камушком по голове свалил полковника на каменный пол. Для лагеря, из-за полумрака, произошедшее осталось незамеченным.

- Спасибо, - поблагодарил я, потирая горло. – Силён федерал. Стальная хватка…

- Да хоть титановая. – Андрюха развёл руками – мол, от камня, опущенного на голову, никто на ногах не останется. – В гости пришли не мы, а он. Уважение надо проявлять. Очухается и будет продолжать выпендриваться – добавлю. Давай, Никита, в чувство приводи его.

По довольной роже Бокова я понял, что ему точно перепало. Возможно, даже помирился с бывшей. Почему Маша не выходит у меня из головы? Хуже того – я радуюсь её прибытию в этот мир словно ребёнок. Надеюсь, это не от недостатка женского внимания. Саня и Булат опухнут от зависти…

Книга третья. Глава 1 Фрагмент 17

Подняли мы громадину-полковника и посадили у каменной стеночки. Постанывает, жмурится, но глаза не открывает. Подъём век не дал положительного результата. Камушек хоть и крупный, но голову не разбил. Только шишку солидную оставил. На моей голове такая же, но в два раза меньшего размера. Сотрясение у Стрелкова вряд ли будет. Такую башню нужно экскаватором расшатывать.

Шлёп! Шлёп!

Пара смачных пощёчин от Андрюхи дала положительный результат – полковник захлопал глазами. Не знали мы, что он дал своим строгий наказ не вмешиваться и это сыграло на руку. Можно было нехило выхватить, если бы другие федералы вмешались. Но они не стали и смогли приструнить наших. Дерутся трое в другой стороне зала, да и пусть дерутся. Приказ старшего по званию должен быть выполнен и он будет выполнен.

К моменту, когда в глазах полковника появилась осмысленность, он был лишён имеющегося оружия. Пистолет Глок 17 припрятали за одним из булыжников, чтобы, как недавно выразился полковник, не было эксцессов.

Веса в Стрелкове почти полтора центнера. Росту немного до пары метров не хватает. Плечи широченные. Кулаки – кувалды. Даже не задумывался о размере полковника, пока дело до драки не дошло. Как, спрашивается, нам валить его?

Повезло, что объектом нападение бычара-фсбшник выбрал Андрюху. С несвойственным для него проворством, он вскочил и бросился на моего товарища, обещая расплющить первым же ударом.

Андрюха не стал ждать уничтожения и бросился навстречу с криком:

- Кишка тонка со мной тягаться!

Видимо, Стрелков услышал и даже понял сказанное, потому что было заметно некое замешательство, длившееся кратчайший миг. За этот миг Боков успел прыгнуть в ноги полковника и подсечь его, но при том избежав участи быть придавленным.

Фсбшник ещё падал, а я уже летел на него с одной целью – втащить как можно сильнее. И мой удар нашёл цель – нога врезалась чётко в лицо.

Вырубить Стрелкова не получилось, но я и не надеялся. Вдвоём, совсем не жалея, мы принялись пинать дальнего родственника гориллы-альбиноса. По рёбрам, голове и спине. Захотел драки – получай. И похрен на правило — не бить лежачего. Если встанет, то второй попытки свалить его у нас может и не быть. Сами ляжем.

Рука, выброшенная полковником, встретилась с моим ботинком. Ощущение, что пнул бетон. Андрюха, я не успел понять как, грохнулся. Вот и проигрыш рядом.

Полковник встал слишком быстро. Плевать он хотел на все нанесённые удары. Андрюха тоже встал и пнул Стрелкова двумя ногами в спину, но при этом опять упал.

Полковник не упал, но резко подался на меня. Я успел прыгнуть и выбросить правое колено, которое очень удачно встретилось с челюстью фсбшника. Хрустнуло будь здоров и стоит надеяться, что это не моя коленная чашечка развалилась.

Драка остановилась на секунду. Я замер по причине адской боли в колене и нечувствительности ноги ниже него. Полковник Стрелков получил нокдаун, но остался на ногах. Покачивается и готов упасть, если совсем немного добавить. Андрюха только встал и думает, как ударить. Верю в него.

Вертушка была исполнена красиво. Прыжок в высоту и немного вперёд. Быстрый разворот корпуса и нога Бокова с высокой скоростью врезалась в скулу Стрелкова. Оба упали, но только один сумел встать.

- Готов… - на выдохе сказал я и позволил себе сесть.

- Ух ты, сколько зрителей. – Андрюха почесал подбородок и показал на другую сторону зала. Крикнул: - Чего не хлопаем-то?

До оваций не дошло. Лейн что-то сказал и все вернулись к работе. Удивительно, потому что ожидали вмешательства федералов. Не знаем ведь о наказе полковника.

Не прошло и пол минуты, как полковник подал признаки жизни. Замычав, начал вставать. Андрюха, тут же вставший в стойку, зарычал:

- Только рыпнись, Боря, и я точно что-нибудь сломаю тебе!

- Знакомы, что ли? – спросил я, ничуть не удивившись.

- Знакомы… - с трудом сказал полковник.

- Знакомы, - подтвердил Андрюха. – Вот только когда я последний раз видел эту Годзиллу, погоны были капитанскими. Нехерово ты поднялся, Стрелков. Подлизнул кому надо, да?

- Поговорим? – фсбшник, сумев встать, протянул Андрюхе руку.

- Не буду я тебе руку жать, Боря. – Боков показал полковнику средний палец. – Иди лучше на реку и помойся. Рожа разбита, если ты не заметил.

- Помоюсь, а затем поговорим. – Стрелков без труда выбрал нужное направление, которое ведёт к единственному выходу из зала и, покачиваясь, пошёл. Что-то пробормотал, но мы не разобрали что.

- Колено болит… - пожаловался я. – Дойти поможешь?

- Куда я денусь, - ответил Андрюха.

Бодров и Мусин сказали, что драка была зрелищной. Федералы промолчали и, самое главное, даже косых взглядов бросать не стали. Полковник ведь сам начал. Сам и получил.

Клещин Андрей, медик федералов, осмотрел моё колено и сказал, что ушиб имеется, но беспокоиться не стоит. Три-пять дней и всё пройдёт. Успокоил. А вот очнувшаяся Маша дала пищу для раздумий: стоило мне приблизиться и сказать «Привет», моя щека тут же почувствовала прелесть пощёчины. Больно не было. На вопрос «за что?» девушка не ответила. Перешла в режим игнора. Медик Андрей пожал плечами – мол, я не в курсе. Булат и Саня от хохота и подколов не удержались. Пропустил всё мимо ушей.

Пока я пытался понять поведение Маши, каким-то чудом в себя пришёл Старый. Открыл глаза и стал звать меня. Громко кричать «Ермаков!» раз за разом. Андрей, жаль конечно, тут же поставил ему укол. К моменту, когда я подбежал к Старому, тот уже готов был снова отрубиться. Сказал он только одно и это мне не понравилось. Громко сказал и это все услышали. Объявил, что Маша беременна и папа, как ни странно, я. Тишина повисла гробовая. Нарушил её вернувшийся с реки полковник Стрелков:

- Всё верно, Ермаков. Ты скоро папашей станешь. Это одна из причин, почему мы оказались здесь. Но не главная. Главную я в приватной беседе поведаю…

Ошарашила меня новость похлеще удара битой по голове. Ноги стали ватными и отказались держать. Сделав шаг, я уселся на сделанную из подручных средств койку. Прямо на ногу раненого бойца сел, благо тот не в сознании. Пришёл в себя от мелькающей перед глазами ладони Андрюхи. Что-то говорит, но не понимаю, что. Мозг думает только об одном – я могу быть отцом ребёнка, которого вынашивает Маша. Но готов ли я к такой ответственности? И в такой ситуации… Сложно… Очень сложно!

- Пошли, кофейку выпьешь. Голова прояснится.

Наконец-то услышал о чём талдычит Андрюха. Встал и пошёл за ним. Кофе, увы, голову не прояснит. Сука, да чего на меня все смотрят-то? Я что, на клоуна похож? Нет, не похож. Взгляд другой. Осуждающий. Даже Булат с Саней прикалываться перестали.