Никита Семин – Контакт. Вторжение (страница 5)
– Чем то розу напоминает, когда ее на листке рисуешь, – заметил я.
– Да, действительно, – Роман почесал в затылке. – Вот только проще это определение точки входа ниже не делает. А ведь именно там сердце всей системы.
– Зато теоретически может сказать насколько подземелье большое.
– Тоже верно.
– Андрей, пойдем, я хочу взглянуть на кокон, что вы обнаружили, – потянул нас Антон дальше в лабиринт.
Дойдя до входа на более глубокий ярус, Роман категорически отказался идти дальше.
– Извини, но не могу, – оправдывался он, – там мои друзья, точнее то, что от них осталось. Не хочу это видеть.
Глядя на мужчину становилось его жалко. Явно не из-за останков друзей не хотел он туда идти. Даже на меня, уже побывавшего там, место навевало жуть, а что творилось у аналитика на душе, которого на входе чуть не убили в прошлое посещение, даже не знаю.
– Хорошо. Наталья и Ольга тоже остаетесь здесь. За старшую Наталья, через полчаса мы выйдем. Если нет – значит что-то произошло. В этом случае разрешаю одной проверить гнездо, пока вторая защищает Романа, – я впервые назвал место с коконом гнездом. Тогда я еще не знал, насколько в точку попало мое обозначение найденных пещер. – Действовать после этого по обстоятельствам.
Что еще приказать я не знал. Ситуация была не стандартная и правил поведения еще не было выработано. Мы собственно и должны их создать.
Внутри ничего не изменилось. И это хорошо. Антон сразу стал изучать кокон, в основном плетениями, но были у него и парочка анализаторов. В основном воздуха и радиации, если они что-то еще и измеряли, я не знал.
– Ну что могу сказать, – отвлекся он через 10 минут. – Эта штука явно нечто вроде реактора, что перерабатывает материю и производит излучение. Плюс она органическая, даже я бы сказал живая. И еще. Ее что-то и откуда-то подпитывает. Столько пси энергии она сама создать не способна. Уж это то определить я могу точно. И да, разработкой другого государства этот кокон не является. Скорее я бы сказал, что его могли доставить с Хеллы и разместить здесь, но вот что это? О таком я даже не слышал никогда. Никаких материалов о подобных коконах мне нигде не попадалось.
– Ясно, тогда заканчиваем и возвращаемся. Скажи, если его не «кормить» угрозы от него не будет?
– Не знаю, но скорее нет. Я понял о чем ты. Скажу куратору, пускай оцепление вызовет и постоянную группу наблюдения. Думаю он согласится и другое руководство убедит.
На этом наше посещение этих неприятных пещер закончилось. Владимир действительно уже и без нас вызвал подкрепление в количестве роты охраны. Ребята должны были взять местность под контроль и никого не впускать и не выпускать. Даже животных и насекомых. Правда с последними проще всего – те что были уже давно переработаны, а остальные и сами при приближении тут же уходили. Думаю через какое-то время твари бы начали их специально отлавливать, но так ли это не понятно.
– Товарищ майор, – вдруг обратился один из бойцов к Селезневу, – тут местный на нас вышел. Говорит у него сторожка неподалеку, приезжает сюда из города на охоту да по грибы. Вот и сейчас с корзинкой ходит.
– Ну зови его сюда, посмотрим на этого грибника.
Через минуту солдаты привели довольно внушительного вида мужика, лет сорока, с окладистой бородой и действительно с корзинкой в руках, уже наполовину заполненной в основном маслятами.
Смотря на информацию по мужчине, у меня всплыло ровно две мысли:
Глава 5. Переход
Когда мужчину подвели к нам, Владимир тянуть не стал и сразу приступил к допросу. Ничего такого, просто дотошный опрос, в стиле: кто? откуда? зачем здесь ходил? имеет ли отношение к госструктурам, ну и тому подобное.
Вскоре выяснилось, что мужика зовут Анатолий (что я и так знал с помощью своей силы), сам он из города, но здесь у него домик. Любит побыть наедине с природой. Семьи и детей нет, работает в городе сантехником. К госструктурам никакого отношения не имеет, только срочная служба за плечами и то давно.
– Пробейте его базам, – отдал распоряжение майор одному из прибывших, – мало ли, что он здесь говорит.
– Правду он говорит, – вмешался я. А то мало ли, пошел человек за грибами, а сейчас в целях конспирации закроют куда-нибудь. Да и псион он, такими не разбрасываются.
– С чего такая уверенность? – посмотрел на меня командир.
– Мысли читаю.
У Селезнева даже глаза на лоб полезли.
– А не врешь?
– У меня в личном деле об этом написано. Я думал вы с ним ознакомлены.
– Так, что бы вы не узнали из моих мыслей, является государственной тайной! И разглашению не подлежит, – первым делом среагировал безопасник. В этом у меня больше сомнений никаких не было.
– Так точно, – единственно правильно в данной ситуации ответил я. – А что с Дороховым? – кивнул я на грибника.
– А что с ним? Это мы уже позже сами решим.
– Он псион.
После моих слов куратор аж подобрался.
– Так. Значит не все так просто, как тебе кажется. Говоришь, не врет, да? А где тогда он мог инициацию схватить?
– Давайте у него и спросим. Незаметно она не проходит, заодно и узнаем, что он сам об этом думает.
Владимир согласился и подозвал мужчину к нам, от которого на время разговора мы отошли.
– Сейчас я задам вам вопрос на который нужно ответить максимально правдиво. От этого зависит, как дальше мы с вами поступим. Итак: не случалось ли с вами чего необычного? Если да, то когда и при каких обстоятельствах?
– Кроме вас ничего необычного не было, – с уверенностью сказал грибник. Селезнев вопросительно посмотрел на меня.
– А ночью, что было? – задал вопрос я Анатолию.
– Какой ночью? – с искренним недоумением спросил он у меня.
– Прошлой, когда вы в лесу заснули.
– Так что было? – поторопил я мужика с ответом.
– Да на меня летучая мышь напала. Да не обычная, а какая то не такая. Как крикнула, так у меня разом как кувалдой по башке дали! Все плывет, ничего не соображаю. Тут она приблизилась и вдруг все вспышкой света озарило! Не иначе ангел мне помог. Спугнул тварь. Я тогда когда в себя пришел постарался сразу подальше убраться. Куда угодно, но подальше. Потом утром еще долго дорогу к дому искал.
– Вот вам и ответ, когда он инициацию схватил, – обернулся я после рассказа Анатолия к майору.
Тот задумчиво смотрел сквозь нас. Его мысли для меня секретом естественно не были. Владимир думал, что делать с инициированным псионом, вообще никак ни с кем не связанным, да еще и необученным. Пока он склонялся его забрать в свое ведомство, но куда того пристроить не знал, поэтому в своем выборе сомневался.
– Ладно, доложу начальству, а оно пускай думает, – огласил он свое решение. – Сейчас вы едете вместе с нами. Возражения не принимаются. Раз у вас родных нет, то и сообщать никому о вашем отсутствии не придется. Так что грузимся в вертолет и погнали.
– То есть как это? А меня спросить? Может я не хочу? – опешил Дорохов.
– Вы оказались свидетелем гостайны, так что ваше мнение сейчас никого не интересует. Поэтому вы или летите добровольно, либо под охраной, – и Владимир не двусмысленно кивнул на солдат, что привели грибника к нам.
– Ладно, уж лучше сам пойду, – пробурчал мужчина. Понимаю его, вряд ли бы я сам был рад, оказавшись в подобной ситуации.
Когда мы ехали уже от аэропорта, Ольга спросила у меня.
– А мои мысли ты тоже читаешь?
– В смысле? Нет конечно, ты же знаешь это, – и невольно посмотрел на нее астральным зрением.