Никита Савельев – Маленький ураган (страница 6)

И вот Валери – одна из ста пятидесяти участников престижного автоспортивного состязания. Выяснилось, вернуться проще, чем думала. Пускай немного в не ту гоночную серию, но что поделать. Она утешала себя тем, что среди участников марафона хватает действующих пилотов чемпионата мира. Вдруг получится напомнить о себе достойным результатом и хоть как-то затереть позорное впечатление о себе.

И тут около их бокса раздались задорные голоса.

– Лоран! Бородатая морда! Ты где затаился?

Напарник Валери поднялся с места:

– Ребята пришли. После договорим, ты не возражаешь?

– Конечно.

– А ты куда? – Лоран увидел, что Валери потянулась в глубину гаража. – Пойдем-пойдем. Познакомлю с коллегами.

– Как-то неудобно.

Валери и во время бельгийского уик-энда, век бы его вспоминать, почти не общалась с другими гонщиками, а уж теперь-то. Она удачно пряталась весь день в тиши бокса, пересекаясь с посторонними пилотами лишь на трассе.

– Идем. Стесняешься, что ли?! Оставь!

Вздохнув, Валери поплелась вслед за напарником. Придется испить эту чашу до дна. Хотела на гонки? Терпи.

– Куда запропал?! Я скучал по твоей бороденке! – радостно воскликнул невысокий, плотно сбитый гонщик с кучерявыми волосами и модными бакенбардами, жарко обнимаясь с Лораном.

– Совсем нас забросил из-за своих кузовов, – стройный длинноволосый блондин с крупными чертами лица тоже похлопал Лорана по спине, пусть и менее экспрессивно.

Хотя бы Рамона Корасо среди них нет. Но и без уругвайца тут не последние люди пелотона. Кудрявый – Никола Гросси, итальянец, пилот Монетти, легендарной итальянской конюшни: они участвовали в чемпионате с года основания, а команду ее бессменный владелец Марио Монетти создал еще до Войны.

Никола блестяще дебютировал в первенстве в конце прошлого десятилетия и вскоре получил приглашение в Монетти. Но неожиданно их результаты пошли на спад. После нескольких лет неудач в прошлом сезоне от итальянцев наконец ждали прорыва, но вышло только хуже. В этом году для пилотов красных машин даже попадание в очковую зону считалось за праздник. Никола с завидным упорством хранил верность соотечественникам в надежде получить-таки машину, достойную своего таланта, пускай он и потускнел со временем.

Блондин – датчанин Ларс Линдегард. В отличие от Италии, его страна не славилась гоночными традициями, Ларс легко выиграл у себя дома все, что только можно, и отправился в большой мир. Шустрому парню прочили, что он затеряется в Европе, где конкуренция по-настоящему высока, но не тут-то было. О молодом таланте вскоре заговорили всерьез. В чемпионате мира Ларс дебютировал сравнительно недавно и тут же прослыл феноменально быстрым пилотом. Датчанин имел в активе несколько красивых побед и звание бронзового призера общего зачета, а в этом году он перебрался в Крокус – признанного лидера чемпионата.

Именно благодаря руководителю команды, настоящему инженерному гению, Чарли Родвеллу в гонках появилось большинство технических новинок. Когда-то Чарли придумал несущий корпус шасси, придал пилоту привычное сейчас полулежащее положение, а потом ввел моду на клиновидную форму машин. Да и нынешний облик гоночных автомобилей во многом заслуга Чарли – именно он первым внедрил переднее антикрыло. Что до Ларса, то получив отличный болид, он стал одним из претендентов на титул. И хотя датчанин проигрывал прилично Корасо – лидеру чемпионата мира, за несколько гонок до финала он сохранял шансы на первое место.

Валери интуитивно прикрыла прядками волос предательски торчащие уши и мгновенно оценила обоих пилотов. Она часто ездила отдыхать на Средиземное море, и низкорослые, темпераментные уроженцы Апеннин ей порядком приелись, а вот белобрысый датчанин смотрелся куда свежее и интереснее. Пусть копна пышных светлых волос уложена неудачно и нос картошкой, но, определенно, в нем что-то есть. Жаль глаза не разглядеть – Ларс, как и большинство пилотов, не снимал в паддоке солнцезащитные очки в любую, даже в пасмурную погоду.

– Проклятые поребрики – думал, нутро вытрясет, – пожаловался Никола. – На кой я требовал подвеску пожестче? Теперь блевать тянет.

– Поосторожнее, тут дама, – Лоран посторонился, открывая гонщикам напарницу.

– Ого! Ты прятал такую красавицу?! – Гросси весело оглядел Валери с головы до ног, щелкнул воображаемыми каблуками. – Никола. Пилот Монетти. К моей радости и печали! Мы с тобой не пересекались?! Или ты только по кузовам?! Я-то сюда не часто заглядываю. Если только старик Марио погонит.

Валери назвалась и коротко пояснила:

– Я была у вас на внезачетной гонке месяц назад.

– В Штирии?! Или в Брюсселе? О! Это же ты?! – интонация итальянца не понравилась Валери.

– Конечно, она, – оборвал коллегу Линдегард. – Рад снова увидеть вас, мадемуазель Демар. Жаль, тогда вы не пришли на встречу пилотов. Надо было подумать и самим пригласить вас. Не подумайте, обычно мы с ребятами более дружелюбны.

Валери удивленно посмотрела на датчанина, не поймешь, серьезно говорит или издевается.

– Да уж, джентльмены из вас, – пробасил Лоран. – Раз в столетие, девушка разбавила ваши ряды, хоть бы кто обратил внимание.

– В следующий раз исправимся, – улыбнулся датчанин.

Нет, определенно, издевается.

– Предпочитаете спортпрототипы? Или успеваете везде, как Лоран? – вежливо продолжил расспрос Линдегард. – Честно, нам совмещать все тяжелее, календарь чемпионата сильно разросся.

– Всегда мечтала прокатиться на «Пекле», но вы больше сюда не суетесь, вот и выбрала «кузова», – нашлась Валери.

Датчанин сдержанно улыбнулся, а итальянец захохотал:

– А тебе палец в рот не клади!

– Думали, я в напарники кисейную барышню взял, – притронулся к плечу Валери Лоран. – Хватит терзать девчонку. Вы какими судьбами? Ларс, у тебя силы к концу сезона остались? Полагал, ты побережешься перед концом чемпионата.

– Решил, не стоит перерыву зря пропадать, – беспечно махнул рукой датчанин. – Ле-Ман пропустил, хоть здесь развеюсь. Может, наоборот, собраннее буду.

– Никола, а ты? Монетти жаждут победить хоть где-то? – спросил Лоран.

– В точку, старина! – хохотнул итальянец. – Я ж говорю – нечего сюда тащиться, распыляться только, но разве старика переубедишь. Прототипы – его страсть. Не понимает, что времена уже не те. На «Пекле» одни автозаводы.

– Вы тоже автозавод, – заметил Ларс.

– Мы выпускаем за год меньше машин, чем они за день. Сравнил.

– Монетти в чемпионате совсем расклеились, – посетовал Лоран.

– Не говори! – махнул рукой Гросси. – Веришь – пятому месту радуюсь. Старик угрожает переменами – хочет верхушку команды поменять, всю эту кучку лизоблюдов и интриганов.

– Вдруг действительно будет толк. Разве дело, когда сама Монетти прозябает в хвосте.

– Мне уже плевать! Пора поискать местечко потеплее, пока еще берут в счет старых заслуг.

Неожиданно в беседу пилотов вклинился корреспондент – шустрый молодчик в мятой жилетке и шляпе набекрень. Как только подкрался?

– Господа Линдегард, Гросси, Дюпре?! Передо мной цвет мирового автоспорта! Не разочаруйте, позвольте пару вопросиков! – выпалил шакал пера, равнодушно скользнув взглядом по фигурке Валери.

– Все равно ж не отлипнешь, зараза, – проворчал Никола.

– Только не спрашивай, на какие места мы нацеливаемся, излюбленный вопрос всех писак, и мой когда-то тоже, – дружелюбно подколол коллегу Лоран.

Судя по вытянувшейся физиономии щелкопера, он хотел спросить нечто подобное, но махом перестроился:

– Надо ли расценивать ваше участие, как то, что вы скучаете по «Зеленому пеклу» и используете любой повод прокатиться здесь?

Вокруг бокса уже собралась стайка зевак – они с интересом прислушивались к импровизированному интервью.

– У меня лично в кузовных гонках лучше получается, для меня это лишь один из этапов первенства спортпрототипов, – первым ответил Лоран, а итальянец и датчанин переглянулись.

– А вы, джентльмены?! – не унимался репортер. – Для вас это не так характерно.

– У трассы свои плюсы и минусы, – дипломатично сказал Ларс. – Как только ее реконструируют, мы с удовольствием вновь вернемся в рамках мирового чемпионата.

– Вы любили «Пекло», герр Линдегард?

– Его нельзя любить, но это и вправду интересный вызов для любого уважающего себя гонщика.

– Чего пристал? – сморщился Гросси. – Будто не знаешь, что «Пекло» исключили решением пилотов? Как все поправят – глянем, что вышло.

Журналист, наконец, обратил внимание на Валери:

– А вы, фройляйн?! Судя по комбинезону, вы тоже гонщица! Должно быть, вы приверженица идей феминизма? Раз выбрали сугубо мужскую профессию?!

– Ничуть. Мне просто нравятся быстрые автомобили.

– Похвально. А не боитесь этой трассы, с ней не каждый мужчина справится!

– Боялась – не села бы в кокпит, – осмелела Валери.

– Превосходный ответ, так и запишу для своих читателей. Фройляйн…?!

Валери представилась, и во взгляде хроникера загорелся плотоядный огонек.

– Позвольте еще вопросик, фройляйн Демар.

Валери, предчувствуя неладное, обреченно кивнула.