Никита Сахно – Охотники на героев (страница 67)

Держать глаза открытыми становилось все сложнее, хотелось провалиться в сон, но он усердствовал, каждый раз вскидывая голову. Раз за разом, пока не видел в полусне раскинувшееся на земле тело и кровь. Крови становилось все больше, она растекалась все сильнее, заливая все, что можно было увидеть. Лепестки сока жизни тонули в крови вместе с целыми деревьями. На небе начали лопаться пузыри, и Имва ощутил на лице жар. Он хотел обратиться к силе, обернуть все вспять, изменить форму мира и собрать все заново, но ничего не выходило. Становилось только хуже. Тогда Имва отдернул руку, но ничего не помогало. Он замер, как приклеенный, наблюдая за тем, как кровь поднимается все выше. Чтобы не смотреть, он отвернулся, но увидел родной лес, к которому летят множество железных шаров. Посередине леса почему-то стоял белый старик и смеялся, от его смеха листья падали вниз и сгорали. Старик взмахнул рукой – и железные шары превратились в летающих тварей, они развернулись и упали на людские города, превращая их в пыль, а над руинами поднималось солнце. Только черное. Имва хотел убежать, но увидел, что стоит в луже крови уже по пояс. Он закричал, но у него не было голоса. И тут он проснулся.

Дыхание восстановилось не сразу, и еще долго Имва слушал, как стучит в груди сердце. Сон был ужасен, с какой стороны на него ни посмотри. И во всех кошмарах виноват он. Имва заметил, что небольшое деревце коснулось его одной из своих маленьких веток, и осторожно убрал ее.

Солнце стояло уже высоко. Город давно ожил, народу становилось все больше. Все занимались своими делами, хотя Имва не совсем знал, какими. Он пытался забыть кошмар с великим множеством железных шаров, и тут ему на ум пришла мысль. Ночью город пустеет, ходить проще, но что, если Навната забрал человек? Петуха уже держали взаперти. И те люди работали, только когда было свело. Нужно было попробовать поискать его днем.

Мысль была одновременно обнадеживающей и заставляющей сжаться. Имва был один, в бегах, в рваном тряпье. Любая мелочь могла его выдать. Тогда Имву или разорвут на части, или посадят в клетку, и он больше никогда не увидит Навната. Но он вспомнил сон, как мерзко было оттого, что он не может пошевелиться. Это было страшнее любых жутких образов. Не хотел вновь переживать момент, когда не можешь ничего сделать и просто смотришь. Нужно было возвращаться домой, а не терять время, отсиживаясь на крыше. И людской наставник в цветных одеждах говорил похожие вещи.

Имва глубоко вздохнул, и вместе с этим воздухом из него выходила вся боль и переживания. Вопрос был в том, что осталось кроме них? Предпочитая ни о чем не думать, Имва пошел к прежнему месту. Спускаться по стене днем было слишком опасно, и он решил перепрыгнуть на крышу рядом стоящего дома. Оттуда на следующую, только пониже, а там спуститься было проще.

«Если бы я был петухом, то куда бы пошел?»

Имва плохо представлял жизнь петуха, как и жизнь человека. Поэтому решил положиться на людской поток, поглядев, куда тот может привести. Он шел туда, куда и все остальные, используя уже знакомый способ передвижения – рывками вдоль стен. Все равно на оборванца никто не будет обращать внимания.

Он глазел по сторонам, ловя каждое движение, любой след. Навнат мог быть совсем рядом. Как и Виктория с Рантаром. От этой мысли Имва стал озираться еще чаще. Что делать, если он увидит их в толпе? Или они его?

От напряжения разболелась голова, чтобы унять пульсацию в висках, Имва взялся за голову, но тут накидка с него слетела, обнажив хвост. Имва тут же завернулся обратно, внутри все похолодело. Но никто не обращал внимания на него, люди занимались своими делами. И все же надо было быть осторожнее. Прижимая к себе накидку, Имва поспешил дальше.

Трудно было представить, что может делать такая толпа людей. Какие занятия у них могут быть? Не похоже, чтобы они торопились работать как те люди, что он видел за пределами города. Густой поток шел туда, где слышались песни, крики и смех.

Вскоре Имва заметил огромные шатры из алой ткани, напоминающие бутоны. Народу было так много, что люди начали толкаться, Имве захотелось уйти, но тут он заметил гаура. Совсем неподалеку, под одним из шатров, двигалась огромная фигура. Точнее, над головами людей возвышалась раковина, сбоку из нее торчала трубка, прямо как из людских домов. Из нее шел пар. Но Имва-то знал, что это панцирь. Вот и высунувшуюся притупленную голову с широкими глазами можно было как следует рассмотреть. Имва бы не отказался от такой раковины: тогда куда бы ты ни пошел, везде у него был бы дом, в нем было бы безопасно и тепло.

– Почтеннейшие! – раздался звонкий голос рядом с гауром. – Уделите герою малость времени.

Не так далеко от гаура стоял крупный парень в длинном красном плаще. Люди вокруг слегка расступились и начали его рассматривать. Парень совсем не смутился, улыбаясь во все зубы.

– Перед вами Лотан Неустрашимый. Я слышал, местным нужна помощь, и боги вас услышали! Но если вам нужна помощь, то сперва нужно помочь мне.

– Монету, что ли, дать? – спросил кто-то, и по толпе прошли осторожные смешки.

– Нет, мне нужны лишь новости. Говорят, что в вашем прекрасном краю крадут скот и свозят его в город. Группа негодяев шантажирует местных. Скажите, видели ли вы этих мерзавцев, и я освобожу вас!

Люди начали переглядываться, кто-то закатил глаза и ушел. Женщина невдалеке поступила странно – схватила ребенка и чуть не побежала в противоположную от героя сторону.

«Если у них есть проблемы, почему не принимают помощь?»

– Зло не скроется от моего взора! Враг не избежит кулака!

На этот раз в толпе раздалось куда больше смеха. Но парень выглядел абсолютно серьезно. Улыбка так и не сползла с его лица.

– Сомневаетесь? От Лотана Неустрашимого еще никто не уходил! Назовите имя негодяя – и вас больше не побеспокоят. Негоже людям страдать во время праздника.

Мужчина, посасывающий трубку в паре шагов от Имвы, нахмурился и нехотя сказал:

– Слыхал я про скот. Говорят, сгоняют к Молочному тупику.

– Ни слова больше! Считайте, что такой проблемы больше нет. Ты! Подойди сюда.

Имва не сразу понял, что Лотан тычет в него. А когда понял, то весь мир сжался в размерах до кончика пальца, на который смотрел. Сейчас бы спрятаться или просто убежать. Имва стрельнул глазами по сторонам, но толпа держалась очень плотно и все смотрели на него.

– Я?

– Да ты. У тебя большие глаза. То, что надо. Ты станешь моим помощником в этом нелегком деле! Подойди.

Лотану, наверное, нравилось, когда на него все смотрят, рассматривают его золотистые кудряшки, а вот Имва хотел исчезнуть. Очень медленно, прижимая к себе накидку, он пошел вперед. При каждом шаге он мысленно давал команду, чтобы хвост не думал шевелиться. Под конец пути длиной в десяток шагов с него начал катиться пот.

– Как твое имя, дружище?

– Имва.

– Отлично, Имва, идем. Нас ждут великие дела!

Парень подхватил его под локоть и потащил за собой. Сопротивляться даже при желании стало бы затруднительно. Руки Лотана были крепкими, как толстые ветви. Толпа расступалась, но Имва слышал за спиной все более громкие смешки. Он только не знал, над кем именно смеются.

– Скажи, Имва, где Молочный тупик? По правде, я тут только второй день.

– Э-э-э… я не знаю. Я тут несколько дней.

– Я думал, доходяги вроде тебя лучше все вынюхивают. Не беда! Эй, малец, где Молочный тупик?

Пока ребенок объяснял, Имва чуть лучше рассмотрел своего неожиданного товарища. Светлые кудри, румянец на щеках, очень похож на героев историй из человеческих книг. Лотан был выше Имвы на добрые две головы, мышцы было видно даже через коричневую рубаху под нагрудником. Лотан по-прежнему держал его за руку, так что выкрутиться и исчезнуть не удалось. Одна надежда – если Лотан ищет пропавших зверей, то там может оказаться Навнат.

Когда юный герой, наконец, понял, куда направиться, то ослабил хватку на руке Имвы. Можно было уйти, вряд ли погонится, но надежда найти Навната заставляла идти вперед.

– Идем, Имва! Это совсем недалеко.

– Зачем ты взял меня с собой?

– Как это – зачем? У каждого героя есть спутник. Все это знают. Он помогает, таскает вещи, сторожит сон и, конечно, все запоминает! Я как твои глаза огромные увидел, сразу решил – вот кто будет ходить со мной и запоминать все подвиги, каждую деталь.

– Запоминать, чтобы… рассказывать?

– Конечно! Мои поклонники, да что там, – все должны знать про Лотана Неустрашимого!

– Я не очень хороший рассказчик.

– Да, говоришь чудно, ты с юга? Да и ладно, главное – запоминай. Потом можно и менестрелю рассказать, он на свой лад переделает. Еще и музыку сочинит!

«Интересно, когда я говорил про героев – это выглядело так же странно?»

Они шли вдоль ничем не примечательной улицы, где пахло так, что хотелось зажать себе нос, рот и глаза, чтобы те не слезились.

– Сегодня отличный день, Имва. Запомни, какой я жизнерадостный в преддверии праведной битвы. Какой прекрасный воздух! – Лотан сделал вдох поглубже, но тут же закашлялся. На землю ложились клубы гари от недалеких труб. Имва закутался в накидку почти до ушей.

Стены вокруг сжимались все больше, а вдоль них сидело несколько человек и гоблинов, торговавших с лотков. Один из людей, молодой, буквально ребенок, посмотрел на Лотана и побежал. Герой взвился, без всякой подготовки бросаясь вдогонку. Он не смотрел на то, что разбросал вещи старушки, не заметил, что разбил прилавок гоблину и все его товары рассыпались по земле. Имва пытался как мог собрать некоторые вещи, все время виновато кланяясь и не поспевая за Лотаном. А тот бежал дальше за мальчиком. Когда он наконец-то настиг его, то за его спиной осталась целая улица злых торговцев с поврежденным товаром.