Никита Никитин – Звонок меняющий судьбу (страница 2)

А стол, был заставлен так плотно, как будто мы приехали с «голодного края» и сейчас накинемся на блюда, жадно уничтожая. Празднование перешло во вторую стадию. Я уколол легкий салатик и налил себе сока, а выпивающий контингент, продолжил тосты за здравие. Спустя полчаса, решил выйти в основной зал и осмотреться. Ресторан, несмотря на районную принадлежность, выглядел очень презентабельно. Добротная мебель, дорогущие шторы, зеркальный танцпол, официанты одетые с иголочки и в довершение ко всему: ребята-музыканты, играли очень здорово. Смена атмосферы, по моему мнению, прошла очень удачно.

Сам ресторан находился на втором этаже, а на первом была кафешка и несколько бильярдных столов. Но самый главный атрибут, тех времен, был в холле: игровые автоматы. Я знал, что плотно «употребивший» Петюня, не упустит возможности сразиться на бильярде, а тем более попытать удачу на «одноруких бандитах». Вернувшись за стол, после рекогносцировки местности, я убедился в своем предположении. Как только я бухнулся на диван, Петька сидевший рядом, громко прошептал на ухо, мощным спиртным духом: «Ты видел, что там внизу твориться? Нам срочно нужно туда! Тут и без нас разберутся, а там мы сейчас, добавим веселья!». Я улыбнулся и кивнул головой. Надо сказать, что и на бильярде, и на автоматах, Петюня был профи.

Наш дуэт плавно покинул ресторан и спустился в низ: зону игры и азарта. Бильярд Петька забраковал: «русские столы», как сказал он : были сильно «уставшими». А в «американский пул» мы играли только с девчонками. И это значило, что в холле , подмигивая огоньками, нас ждали «однорукие жулики». Мы сели за одни и свободных аппаратов по покеру. Сзади послышался шепот местных: «о городские садятся играть, пойдем позырим». Петька засунул денежку в купюроприемник и шоу началось! Изюминка его стиля игры, заключалась в том, что основные куши он поднимал на удвоении. При выпадении выигрышной комбинации, автомат предлагал: «забрать выигрыш» или «удвоить». При удвоении, аппарат выдавал свою карту, допустим: бубновую восьмерку. Масть роли не играла , но из трех кнопок, нужно было случайным способом, выбрать карту старше восьмерки. При нажатии на клавишу, открывалась выбранная карта. Если карта больше, победа удваивалась. Петька ударил по кнопкам. После третей крутки, автомат дал двух королей: выигрыш 100 рублей. И тут началось представление по удвоению! Петюня «набил» 6400 рублей, он шесть раз угадал карту старше, чем была у автомата. Я оглянулся, количество зрителей заметно прибавилось. Петька почувствовал вкус победы и понеслось… Пропорционально ставкам увеличилось число болельщиков. При очередном удвоении, Петюня закрывал глаза и делал магические пассы над кнопками, народ в это время замолкал. Когда он удваивал уже двадцать тысяч рублей, вся публика кафе и бильярдной собралась за нами, в нервном наблюдении. Шоу продолжалось минут сорок и когда при удвоении тридцати тысяч, Петька не угадал карту, народ разочарованно выдохнул.

– Ну на этом и закончим! Кассир, выдайте мне, кровно заработанные. –сказал Петюня- Пойдем еще по рюмочке.

–Пойдем. Дружище, может будем , плавно начинать смотреть , в сторону дома? – спросил я

–Давай еще полчасика и помчим,– согласился Петька

Забрав выигрыш, мы пошли в ресторан. Обернувшись, увидел , как среди пацанов, началась «битва» за автомат, который был минуту назад «нашим». Основными выкрики гласили: «аппарат дает!», « а я говорил, что нужно всегда удваивать», «сейчас и нам насыплет!». Меня так и подмывало сказать Петьке, о Наташкином звонке, но его состояние и окружающая обстановка, давало понять: информация не будет принята в нужном понимании. Решил, что завтра после встречи с Натусей, всем и поделюсь.

После традиционных «на посошок», рукопожатий и объятий , нас проводили к машине. Хмельные объятия продолжились и на парковке, но меня это не касалось: я уже сидел за рулем и газуя, показывал готовность к старту: меня ждало утреннее рандеву. Наконец-то экипаж загрузился и я надавил на гашетку, устремившись в город. Колеса шуршали, проглатывая под собой дорожную разметку. Пацаны весело обсуждали прошедший вечер, а не принимал участие, потому что в голове, бродили совсем другие мысли. Петька, лишь однажды спросил:

–У тебя чего, такая блаженная улыбка?

– Да просто вспомнил, как вы плясали в ресторане, была бы камера, записал бы. – парировал я

Вскоре, впереди, белым заревом, на черном горизонте , обозначил себя, приближающийся город. Пятнадцать минут светофоров и перекрестков , и мы были на месте, изначального начала путешествия на загородную вечеринку. Ребята решили, дальше не продолжать банкет: Петюню ждала дома «новая любовь», а Вовку-кондера, старая жена и тоже дома. Вовка жил в двух минутах от меня. Машину я остановил посерединке от наших домов. На предложение доехать до Петькиного жилища, чтобы не попасть к гаишникам, а мне вернуться назад, на такси, он ответил дежурной фразой, что знает подпольные тропы, где «гайцы» не водятся. На том и порешили. Попрощались, Петька плюхнулся за руль и стартанул и через пять минут я был у себя. На часах было двенадцать с копейками. У Натуси я должен быть в 4-20, стоял вопрос: зарядить пару фильмов или все-таки лечь поспать. После не долгих раздумий, выбор был сделан в пользу сна. Будильник на 3-30. Мысли о завтрашней встрече и все вечерние движения, подействовали, как снотворное.

Проснулся довольно легко, состояние было такое, как будто спал полноценную ночь. Что значит, лечь с положительными эмоциями. Подъем, утренние процедуры и кофе заняли минут пятнадцать. И вот я прогреваю машину. Еще раз глянул на себя в зеркало заднего вида: вроде ничего, с утренним чаем пойдет- сделал вывод про свой образ. По пустым улицам долетел до Липок , в одну секунду. Ровно в 4-18 я стоя у Наташкиного подъезда. Ладошки вспотели и я нервно теребил руль. Честное слово, как будто в первый класс собрался, стою с букетом и жду первый звонок! Подъездная дверь открылась, Наутся была дутой курточке, джинсиках и коротких сапожках. Первым в машину впорхнул аромат ее духов, а следом, все такая же, как и три месяца назад, очаровательная хозяйка.

–С добрым утром! Целоваться будем? Столько лет не виделись. – взял я инициативу в свои руки.

–С добрым! Но давай начнем с « в щечку», а то мы торопимся.– отшутилась Натуся и чмокнула меня в щеку.– Поехали, а то опоздаем.

А я как ребенок, после этого, готов был вытащить крылья, которые появились после поцелуя и лететь на вокзал, а не ехать. Что сказать, первый мой шаг в сладкую трясину был сделан…

–Ну, рассказывайте барышня, как поживаете? – продолжил я диалог.

–Ой, да ничего интересного. Дом, работа, дом, работа. Иногда с Иркой на дискотеку вырываемся. А так, рутина каждый день. Но сейчас, станет еще труднее. Мама у меня, женщина строгая, особо не разгуляешься. Как минимум на месяц, о веселье придется забыть.– и Натуся тяжело вздохнула.

–Неужели все так плохо? Мама, прямо деспот, какой-то получается! Будут-же увольнительные, хоть на выходных? Тебе же не 15 лет!– спросил я и Натуся зарядила монолог об отношениях с мамой , до самого вокзала. Я периодически поглядывал на оратора и улыбался, про себя. Сердитая Натали, выглядела еще красивее и строже. И если бы не появившийся вокзал, речь бы еще продолжалась и продолжалась. Конфликт «Отцов и детей», был присущ во все времена.

На перроне мы были в 4-50, как я и рассчитывал. И прямо в эту минуту, диктор объявила о прибытии Наташкиного поезда. Натуся скрестила руки и поежилась.

– Ты что замерзла?– спросил я

–Нет, все нормально. Это скорее нервное.– ответила Натали. Теперь строгость ушла и по виду она напоминала школьницу, которую за дверями ждала строгая экзаменаторша.

Мы перешли на объявленный путь и спустя минуту прожектор приближающегося поезда, ударил длинным лучом по рельсам. Вагон скрипнув, остановился и в открытой двери появилась проводница с тряпкой в руках. Ступенька опустилась и следом, были заботливо вытерты поручни. Единственным пассажиром из этого вагона, прибывшем на место, была Наташкина мама. Натуся замахала ладошкой вглубь тамбура. Мама двинула коленом, перед собой, огромный чемодан. Вскочив на ступеньку и поздоровавшись с мамой я опустил чемодан на перрон. Вторая кладь: сумка, была поменьше я взял ее и подал матери руку. Спустившись из вагона мама еще раз поприветствовала встречающую делегацию. Натусина мама была одета в дорогое пальто с меховым воротником и шапку из такого же зверя, сапоги, а так же перчатки в тон меха. Это была плотная женщина со строгим, изучающим взором и вообще, всем своим видом она напоминала, как минимум депутата государственной думы. Вспомнился монолог о тяжелом характере матери: рассказ воплощался в реальность, даже благодаря увиденному.

–Мама, знакомься: это Никита.– начала процесс знакомства Натуся.

–Очень приятно. Ирина Анатольевна- кивнула мама

–И мне очень приятно!– кивнул по-гусарски я. – Как Вы доехали, как дорога?– попытался сразу, расположить к себе

– Устала.– лаконичный ответ матери, давал понять, что диалог окончен.

–Тогда давайте быстрее к машине! – сказал я ,взяв чемодан и направившись на выход с перрона.

Но в момент, когда я брал чемодан, а дамы решали: как нести вторую сумку, я краем уха услышал шепот матери: «А где Федор?». Наташка так же сквозь зубы прошипела: «Мама, все потом!». Барышни думали, что за вокзальным шумом я не услышу их тайного диалога, но увы… Тогда я не придал значения этому разговору: всякие феди, могли быть в Наташкиной жизни, до меня. Я не видел ее почти три месяца, но позвонила –то, чтобы встретить мать, мне! А ни какому-то эфемерному Феде. Эх, поговорить бы о Федоре тогда, после вокзала… Не знаю, как бы сложилась Наташкина жизнь…И сложилась бы вообще…