Никита Киров – Резидент. Часть 3 (страница 11)

— Сиди и рули! — возмутился Штерн. — Умные все какие стали. Здоровый образ жизни, надо же. Да ты пойми, Денчик, что девушки на это не клюют. Им другое надо. Если у тебя есть стержень… да хватит меня сбивать! Короче, девку отпускают.

— Наташку Волкову? А почему?

— Надо так. Встретишь её вечером, довезёшь до дома, чтобы никуда не потерялась. И всё. Она же сотрудник, мы о ней заботимся, — он хмыкнул.

Интересно девки пляшут. А почему её отпускают?

— Пацана выманить хотят на неё? — догадался Денис.

— Много знать хочешь. Надо так.

И правда, её могут использовать как наживку.

Тем временем заднее окно машины открылось, оттуда пошёл дым. Я притормозил, пропуская их ещё дальше вперёд.

— Пацан-то по сути и не нужен, это Волкова с Лисицыным связана, — продолжал Штерн. — Прикинь, Лиса и Волк, как в сказке.

— Ну да.

— Но он примелькался, вопросы к нему будут, а он куда-то задевался. Голову не забивай, короче. У тебя она для того, чтобы в неё есть.

Это и правда может быть ловушкой на меня. Она приедет домой, я с ней свяжусь, и тут нас берут обоих, как соучастников. Но кому это надо? Местным из ФСБ или всё же Штерну и тому агенту?

— Ты же с админом поговорил? — спросил Штерн. — С Кириллом?

— Очень настойчиво. Он всё понял.

— А чё мне люди говорят, что он куда-то с работы свинтил раньше времени.

— А мне не надо было за ним следить. Не было такой задачи. Раз они сами обосрались, я причём? Я своё сделал.

— Буквально обосрались, — Штерн хмыкнул. — Понос у одного, жрёт всякую гадость. А второй как-то мажется странно. Уснул, походу, или накидался чем-то. Увезёшь её, админа мне найди, проверь его. И утром дуешь в аэропорт.

— Утром? — недовольно протянул Денис. — Во сколько?

Из машины вылетел окурок, и окно закрылось.

— В шесть утра прилетает Рогов из головного офиса лично. Проконтролируешь, как встретят, увезёшь в офис. Всё, здесь тормозни, я проблемы решать пошёл.

— Вы же говорили, что у вас не проблемы, а мелкие неприятности?

— Иди ты! Умный какой стал.

Машина остановилась у обочины, и Штерн пошёл в сторону кафе и скрылся внутри. Я снова врубил камеру. Так, вижу как следом туда зашёл капитан Гриневич из УСБ, он же зелёный дракон.

Мать драконов и зелёный пришли что-то обсудить лично, с глазу на глаз. Ладно, новых вводных много, и всё это я упорядоченно заносил в память. А Денис отъехал подальше.

И тут у меня зазвонил кнопочный телефон. Этот служит только одной цели.

— Кафе «Шаурмахерная», — с акцентом сказал я.

— А чё там, скидка-то действует? — раздался голос Дениса.

— Да, акция действует при наличии рекламного буклета.

— А чё сайта нет?

— Ещё в разработке.

— Короче, «спортивную» по адресу надо привезти…

Проголодался парень. Вот и первый заказ в новом кафе. Процесс вербовки продолжается.

Глава 6

Первоначально план был сложнее и дольше. Но пары дней, чтобы завязать контакт с целью и готовить у меня не было, и в процессе подготовки я решил всё упростить. И даже ничего не подсыпать в саму шаурму. Но раз уж начал готовить, не забрасывать же. Да и думается в такие моменты хорошо, и дальше впустую не пропадёт.

Мой любимый швейцарский кухонный нож остался дома, поэтому я взял из машины два ножа Тумана. Конечно, резать продукты выкидухой я не собирался, это очень неудобно, зато охотничье-боевой нож японской фирмы Хаттори с вогнутыми спусками мог неплохо порезать продукты. Он острый.

Я в облике гастарбайтера вошёл в съёмную посуточную квартиру, проверил, что никто не поставил новых жучков, и открыл холодильник, где лежали курица и продукты.

Конечно, клиент хотел более диетическую сухую грудку, но я повар, мне виднее, как будет вкуснее. Мне же есть, а ему завидовать.

Достал бёдрышки, снял кожу и убрал кости, орудуя японским ножом. Он и правда острый, как бритва. Казалось бы, простенькая сталь, а не дорогая порошковая, но глава фирмы, старик Хаттори, отлично понимает в термообработке, и у него даже обычная сталь режет на отличном уровне. Туман всем этим интересовался и нож этот добыл за конские деньги. А я теперь это всё знаю и пользуюсь.

Этим же ножом я покромсал курицу поперёк волокон, пока на газу грелась найденная в плите старая чугунная сковородка.

Втёр в мясо специи. Зиру, паприку, соль и перец не жалел, щедро втирал руками. Порезал красную луковицу, но положил это в чашку и залил уксусом с сахаром и солью. Лук замаринуется, уйдёт горечь.

Его я отставил в сторонку, маринуется он быстро, и начал делать соус из греческого йогурта, чеснока, лимона и приправ, найденных в ближайшем «Магните». После очень тонко пошинковал капусту, а помидоры нарезал мелким кубиком и слил сок.

Сковорода уже дымилась, я плеснул на неё масло, дождался, когда оно нагреется, и выложил курицу одним слоем. Она тут же зашипела, но я не трогал несколько минут, чтобы схватилась корочка.

Долго не жарил. Закончив, достал кусочки и порезал их ещё меньше, а лаваш подогрел прямо на газовом огне, чтобы стал тёплым, но не сухим и хрустящим, совсем чуть-чуть.

Его я бросил на доску, смазал соусом, разложил курицу, добавил ещё соус. Теперь капуста, помидоры, лук и свежая зелень. Завернул так, что любой повар шаурмы одобрительно бы закивал, после подогнул края и положил на сковородку швом вниз. Обжарил, но недолго. В фольгу не убирал, пусть постоит, а то размякнет.

Теперь пора ехать. Клиент голоден. Я тоже.

* * *

— Чё так долго? — возмутился Денчик, окинув меня подозрительным взглядом.

На нём ещё костюм, он не переодевался, потому что скоро ему опять ехать. Я протянул ему пакет. Он взял его двумя руками, открыл, втянул носом воздух и подобрел.

— Ладно. Сколько там должен…

Он подобрел, а я нет. Жаль, что закончилось то супер-средство из баллончика. Но зато обе руки у него заняты, ведь он держал ими пакет.

Я шагнул вперёд, он инстинктивно попытался закрыть собой дверной проём, но я нырнул сбоку и ниже, и прошёл за его спину. Пусть он весит килограмм на двадцать больше, сейчас это ему не поможет. Да и я выше.

Пока он пытался понять, что происходит, я обхватил его шею правой рукой, чтобы сгиб локтя был на кадыке, а левой зафиксировал треугольник за головой, нажимая на его затылок.

Он дёргался, пытался задеть меня локтем или сбросить, но времени у него было мало. Через шесть секунд упирающийся Денчик начал обмякать. Я отпустил, чтобы он не помер, и потащил его тушу на кухню.

Тяжёлый, зараза какая.

Так, стульев нет, одни табуретки. Придётся ему полежать на полу. Я вернулся, забрал шаурму и закрыл дверь на замок. Теперь к нему, пока он не пришёл в себя.

Очнулся Денчик быстро, но встать никак не мог. Я перевязал его ноги толстым скотчем в несколько слоёв, дважды, выше колен и у щиколоток, а руки стянул пластиковой стяжкой, запас которых лежал в машине. Причём стянул у локтей и у запястий, и ещё между собой связал обе стяжки.

Рот обмотал скотчем, засунув перед этим туда тряпку. Его карманы сразу вывернул и забрал из них всё, чтобы он не использовал что-то из этого для освобождения. И пока он пытался понять, что происходит, я уже получил доступ к его телефону, скачав ему особый файлик.

— Я бы приехал быстрее, — сказал я, подтащив табуретку к столу. — Но очень хотелось есть, и я не знал, что приготовить. А ты мне подсказал, и повод появился.

На мне тёмные очки и куртка с капюшоном. Сейчас мы не на улице, а один на один, не надо делать так, чтобы он меня узнал или вспомнил потом. Поэтому куртка мешковатая, лица не видно, а голос другой из-за вкладок.

На этом разговоре мы с ним не закончим, ему ещё показания давать на своего шефа.

Я достал выкидуху. Лезвие щёлкнуло, а Денчик вздрогнул. Но я просто разрезал шаурму наискосок и взялся за правую половинку.

— Ого, — сказал я, откусив. — Знаешь, это лучшая шаурма из всех, что я пробовал. Конечно, не такая сухая, как ты хотел, но всё равно отличная.

А ничего так вышло, хрустит. Надоест шпионствовать, открою киоск, буду делать шаурму.

— М-м-м! — замычал Денчик и начал кататься.

— Завидуешь? — я усмехнулся. — А теперь слушай расклад, — я достал телефон.