Никита Киров – Резидент. Часть 2 (страница 30)

В отличие от остальных игр, эта коробка не была покрыта пылью, будто кто-то брал её постоянно. Странное дело для такой малоизвестной у нас игры, ещё и сложной для вечерних посиделок компанией. Или китайские туристы здесь часто отдыхают?

Думаю, эта коробка здесь неспроста.

Мы сели за стол, и глаза Наташи округлились. Она узнала иероглифы, ведь как раз перед ней лежала белая костяшка с красным иероглифом 中 и зелёным 發. Те самые, что были вырезаны на стене и на дереве.

— Три дракона, — сказал я, наводя её на мысль. — Красный и зелёный. Ещё есть белый.

— А у него какой иероглиф?

— Без него или просто рамочка, — я передал ей полностью белую костяшку.

И я обратил внимание, что именно эти кости были во дворце памяти. У них такой же оттенок белого цвета, пожелтевшего от старости, и те же царапины.

Присмотрелся к тому, как именно они лежат. Должно быть, это шифр для встречи. Если я сложу их на столе именно таким образом, как было в памяти, то контакт Тумана поймёт, что я связан с ним.

Ну да, приехал на турбазу, где мало кто будет добровольно играть в маджонг. Так и узнают друг друга.

Но пока я так делать не буду, ведь кто-то может запаниковать и атаковать. Нет, сделаю вид, что это всё случайно, ведь мне сначала нужно просто разведать, что и как.

— Вот смотри, три масти, — начал я объяснять правила. — Бамбуки, точки и символы. Вот ветра — восток, юг, запад и север.

— Ох, на что же я согласилась? — Наташа приложила руку к лицу, но засмеялась.

— И не говори.

Я и сам охренел, но для меня это было как игра в шахматы и нарды. Если когда-то научили, как играть, то даже после большого перерыва сразу всё вспомнишь. И хоть я не играл в маджонг никогда, но Туман правила знал, навык игры у него был, и мне всё это вспоминалось легко.

— Но теперь уже поздно, будем играть, — я усмехнулся и продолжил: — И вот три дракона: белый, красный и зелёный. Они самые ценные.

И тут в зал вошли два человека, парень лет двадцати пяти в джинсах и водолазке и девушка-брюнетка в джинсовом костюме. Оба тут же уставились на нас.

— Вы в маджонг играете? — удивился парень.

— Учимся, — сказал я.

— Классно, — произнесла девушка. — А я думала, что только мы тут умеем.

— Мы много чего умеем, — я разложил костяшки на столе.

— Шашлыки вот точно умеем жарить, — добавила Наташа. — Вернее, Толя умеет, — назвала она меня другим именем.

— А Катя мне помогала, — подыграл я.

— Мы всем отделом обзавидовались, — сказал парень со смехом. — Запахи-то повсюду какие шли. Объясните, может, как сделать такие же? У нас мясо есть.

Ну, нас за шпионов они не приняли, и не факт, что сами шпионы, а не посыльные кого-то ещё.

Выводы делать рано, но контакт завязан, и надо его изучить, чтобы продвинуться дальше. Потому что в памяти что-то крутилось, но ещё не собиралось до конца.

Глава 14

Наши новые знакомые были айтишниками, которые отмечали успешное закрытие проекта, и для этого начальник отдела позвал всех на природу, на эту самую турбазу. Причём, как я понял, делал он это регулярно, раз в несколько месяцев, и у меня тут же появился повод насторожиться.

Это всё нам рассказывали Ярик и Таня, этот парень с девушкой, которые пришли в столовую за маджонгом.

— А вы что, играете в это? — спросил я.

— Андрюха играет, — сказал Ярик, разглядывая кости. — Постоянно просит принести. Причём редко когда играет.

Звоночек номер два. Кто-то шифруется и просит принести, чтобы не показываться здесь самому. Чтобы потом не подтянули.

Эти двое ребят были весёлые и разговорчивые, но это они выпили. Судя по их виду, они бы нас сторонились в обычное время, но сейчас, после выпитого, вели себя более расслабленно, и тут я завязал контакт, как сказал бы Туман.

А ещё эти двое пришли не только за игрой, но и к холодильнику, где у них лежали закуски. Я быстро глянул, что у них там есть.

— А давайте покажу, как из этого можно сделать, что угодно, — предложил я. — А завтра шашлыки объясню, как пожарить.

— Да как-то неловко, — сказала девушка. — Мы просто спросили.

— Лучше с ним не спорить, — заметила Наташа. — Готовит он не хуже Гордона Рамзи.

— И правильно, нечего спорить, — добавил я. — И я же не просто так это предлагаю. Слышу, у вас там караоке есть? — я кивнул на дом. — А я бы попел.

— Намёк понят, — парочка засмеялась.

— А взамен вот что предлагаю.

Короче, быстро показал им, как приготовить все эти закуски. Сначала я поджарил тонко нарезанную салями, причём жарил её до состояния чипсов, вытопив жир. Затем закинул на сковороду хлеб, обжарил его, прямо в сковороде положил на него получившиеся хрустяшки колбасы и порезанный толстыми пластами сыр.

Ещё сделал соус из их горчицы, майонеза и мелко шинкованных корнишонов. А сверху прижал всё другим ломтём хлеба и накрыл крышкой.

На другой сковороде под моим руководством они пожарили сосиски, порезанные наискосок, чтобы площадь жарки была побольше, и добавили кое-что ещё.

— Адыгейский сыр вполне себе можно жарить, но недолго, надо момент угадать, — объяснял я. — Тогда снаружи будет хрустящим, а внутри мягким. А сосиски пока не трогай, пусть корочка схватится.

Наташа, уже привыкшая к моей манере, не удивлялась, только подготовила посуду. Пара минут, и несколько фирменных бутербродов от Тумана были готовы. Конечно же, с чесноком, ещё и капнул лимонного сока.

— Готово, — сказал я. — Иду, и не на халяву.

Теперь нас позвали в дом без лишних вопросов. Ярик открыл мне дверь в большой гостевой дом и отошёл, впуская нас, при этом парень пошатнулся, так как ещё в столовой не расставался с пивом, а девушка его придержала.

— А мне здесь уже нравится, — Наташа засмеялась. — Караоке всегда хорошо.

Отсюда было слышно, как кто-то громко пел:

— Лесник сидел напротив, болтал о том о сём.

Что нет среди животных у старика врагов…

— Айтишники «Короля и Шута» почему-то любят, — заметил я.

— Ярик не любит, — засмеялась Таня и пихнула парня в водолазке. — Но как выпьет, так постоянно поёт.

— Я так-то интроверт, — начал рассказывать он. — Но тут такая компания собралась, что…

Перед тем, как войти, я увидел синюю банку «Пепси», причём настоящую, а не местной вариации. Такое в продаже найти можно, просто стоит дороже и продаётся не на каждом шагу, как когда-то.

Сверху банка была покрыта пеплом. Хм… а в лесу была банка колы. Это понятно, изучаем дальше. Следующая улика оказалась интереснее. Я разглядел один окурок, валявшийся на земле. Он был не красным, а зелёным, но в таких сигаретах могут быть разные цвета в одной пачке. Зато фильтр был такой же золотого оттенка, что и там, на дереве.

Так, Туман бы сделал вывод, что агент, который был в лесу, находится здесь. Возможно, он завербованный, не профи, поэтому намусорил. Впрочем, Туман бы узнал своего агента наверняка, но раз память его заблокирована, мы пользуемся другими методами.

— Ничего особенного делать не надо, — тихо сказала мне Наташа, когда мы вошли внутрь. — Просто будь самим собой, у тебя хорошо получается располагать к себе людей. А я тут выясню, что к чему, и всё, уйдём.

— Я тоже поспрашиваю, — произнёс я, понимая, что буду действовать самостоятельно. — Что ищем?

— Да любые обрывки информации. Потом всё пригодится.

А я всё равно выясню, что нужно мне.

На втором этаже дома находились спальни, а на первом был общий зал с декоративным камином, бильярдным столом и караоке.

В глаза сразу бросилась картина жуткого вида картина с женщиной, которая несла на блюде отрубленную голову. Кто-то из владельцев турбазы тоже любит эпоху Возрождения.

Я понятия не имел, кто такой этот Караваджо, что создал картину, и что на картине изображена Саломея с головой Иоанна Крестителя, причём художник, как говорят, изобразил на этой голове собственное лицо… Блин, собственный гугл в голове, можно сказать. Туман знал дохрена чего, что иногда всплывало в памяти.

Ещё здесь был русский бильярд, сукно на столе было изрядно поцарапано. Половина белых шаров загнана в лузы, кии лежали сверху, один был сильно побитый. На краю стола стояла ещё синяя банка «Пепси», а дальше — красная банка колы, тоже зарубежная, такая же, что была в лесу.

Так что я точно пришёл по адресу. Контакт Тумана здесь.