Никита Киров – Новое дело (страница 19)

Танкист засмеялся.

— Так что сильно его тут не гоняйте.

— Да ты не ссы, — к нам подошёл Шустрый. — Мы то тогда «дедов» так гоняли, они от нас не знали, куда прятаться. Помните, пацаны, как Газон тому утырку под ноги стрелял, чтобы танцевал? С ручного пулемёта, в натуре!

Парни, Халява и Шопен, засмеялись, вспоминая тот случай. Рыжий тоже, думая, что мы так шутим. Ну, и правда шутим, но тому «деду» действительно стреляли под ноги.

— Ну, в общем, если понимаешь, то будет очень неплохо, — заключил я. — Будешь объяснять. Народ у нас спокойный, деловой, в обиду не дадим. И, знаешь, этим клубом мы не ограничимся.

Я обвёл рукой вокруг себя.

— Со временем будет ещё.

После обеда приехали менты. Но, формально, они приехали не как менты, а как представители частной охранной компании «БАРС».

Но мы уже были в курсе, что в самом «БАРСе» работает буквально три человека, включая начальника, племянника руководителя местного ОВО, и бухгалтера. Ну а всю работу выполняют наряды вневедомственной охраны, а то и экипажи ППС, оказавшиеся рядом.

Нам это было на руку, потому что нормальных сильных ЧОПов в городе не было, а с ментами бандиты связываться побоятся. Ну, а мелочь они прогонят успешно, особенно, если доплатить и самим нарядам ОВО.

В общем, оценили они свои услуги, конечно, дороговато, но это намного дешевле, чем платить за крышу братве. Правда, придётся потратиться на сигналку и решётки. Потому что одну старую решётку-солнышко Халява чуть случайно не выдрал, когда уцепился за неё, всё держалось на одних соплях. Ну и дверь надо другую.

Впрочем, круглые сутки в помещении всегда будет кто-то из нас. Кто-то будет дежурить администратором, а кто-нибудь будет приходить помогать, особенно в первое время.

Конечно, особого заработка с зарплаты парням не будет, первое время уж точно. Поэтому нужно будет находить другие способы, как получить бабки. Но вернём долг и заработаем деньги на расширение, я думаю, быстро, и есть, с чего начинать.

Когда уехали менты, приехал Газон. Вид у него сегодня довольный, а на меня смотрел с таким видом, будто ему не терпелось рассказать мне новости.

Пока же он поздоровался со всеми за руку, и я отвёл его в кабинет поболтать наедине.

— Ну, что расскажешь, Саня? — тихо спросил я.

— Короче, Гарик скрывается в посёлке, носа оттуда не кажет. В него стреляли из снайперки, — Газон хмыкнул. — Нашли, кстати, винтовочку. Трёхлинеечку.

— Ничего себе, — я сделал вид, что удивился.

Саня заулыбался. И это доказало мне, что он сейчас целиком на нашей стороне, на все сто процентов. Ведь для его банды был головняк, а вот для нас всё идёт по плану. Дальше может случиться всякое, но первый шаг сделан успешно.

— В тачке у Налима нашли груз взрывчатки, — продолжил он. — Опытные ставили, да не совсем. Я разминировал. Хорошо, что опыт был, отвечаю. Ты же мне в армейке показывал. Вот если бы ты сам ставил…

Вид у него хитрый-хитрый. Шефу то же самое наговорил значит, как мы и договорились.

— Ну да, ты в этом сечёшь немного, — сказал я. — Хотя наша «махра», говорят, взрывчатку не любит.

— И есть из-за чего. Я Налиму так и сказал… и немного оставил, — прошептал Газон. — На всякий случай.

— Будем учитывать, — я кивнул.

— И что теперь? — спросил Газон меня уже серьёзным тоном, когда мы вышли на улицу.

— А теперь, — я показал в окно, на здание через дорогу, — а теперь я пойду к товарищу Громову.

— К чекисту? — удивился он.

— Ну да. Давно хочу с ним поговорить по этому поводу.

— Тебе виднее, — Саня почесал затылок. — Они же нас тогда подставили с Халявой.

— Да, его коллега подсуетился, но сам он подмогнул. Вот и ещё бы ему кое-что сделать, чтобы уж точно всё сошлось.

Глава 10

В местном отделении ФСБ до этого дня я не был никогда. Внутри оно почти ничем не отличалось от любой другой бюрократической конторы. Та же мебель, те же столы, такие же цветы в горшках. Словно пришёл в городскую администрацию девяностых.

В отделении работало не так много народу: начальство, делопроизводитель и всего три оперативника на весь город и окружающий район.

Один из них, майор Климов, недавно был сослан в глушь за свой косяк, но уже готовился идти на пенсию. Не без нашей подачи его выслали, но он чуть не стал виновником смерти Славика, так что ещё легко отделался.

Все оперативники работали в одном кабинете, но сейчас там находился только один человек. Внутри стояло три стола, заваленных бесчисленными кипами бумаг, и один стол, на котором пили чай. В целом ничего особенного. Один из шкафчиков приоткрыт, внутри постелена газета, на которой лежала порезанная булка хлеба и новая банка шпротов.

Закусывали прямо на рабочем месте, и выпивали тоже. Но это же девяностые, сейчас к этому относятся намного проще, и на работе вполне могли набухаться. В милиции уж точно, это я знал на сто процентов. И чекисты, скорее всего, не отказывали себе в этом.

Единственная разница: на стене висел портрет пожилого мужика в костюме. Это директор спецслужбы Ковалёв. Но через полтора года на его месте будет висеть другой портрет, более всем знакомый и привычный.

Мой знакомый Олег Громов что-то писал в разлинованном журнале. Пиджак висел на спинке стула, на плечах видна кобура с табельным ПМ.

Молодой чекист меня узнал, кивнул и показал на стул перед своим столом, мол, располагайся. Работы у него прибавилось, и он сидел на майорской должности, хотя был старшим лейтенантом. Но в ФСБ, как и у ментов, к званиям относятся не так, как у военных. Через полтора года директором вообще станет подполковник, у которого будут в подчинении генералы.

Громов неплохо помог нам тогда, когда наёмники пытались вывезти Славу Халяву с подачи майора Климова, шефа Громова.

Впрочем, помог не просто так. Олег Громов бывал в командировках в Чечне, прямо в разгар боевых действий. Характер у него твёрдый, но упрямый, и начальство его не любило. Вот и мотается по командировкам. Но он видел, что там было, и ещё не забронзовел окончательно, мог прикрыть, даже если такое нарушает их правила. Главное, чтобы сам считал себя правым.

Хоть друзьями или даже приятелями мы не стали, но отношения у нас сложились вполне нормальные. И я хотел воспользоваться его возможностями ещё раз.

Мы продолжаем бомбить бандитов, и нужно подключать артиллерию побольше.

— Андрей, вот как раз про тебя вспоминал, — сказал Громов, поднимая голову, но продолжая записи.

— Когда про тебя вспоминают товарищи чекисты, это вызывает опасение, — я усмехнулся.

Громов хмыкнул.

— А что, есть повод для таких опасений? Шучу.

— И почему вспоминал?

— Да тут, смотри, какое дело, — он отложил ручку. — Есть парень, один из ваших, служил в Чечне, во внутренних войсках. Демобилизовался весной.

— И что с ним?

— Да, тут такая история, — Олег достал сигареты из ящика стола. — Короче, он приехал в Тихоборск на похороны, ну и хотел остаться, работу поискать. У него батя здесь жил, но он помер. А у бати уже вторая семья была, парня пожить не пустили, и он после похорон на вокзал ушёл, чтобы переночевать.

— Сослуживцев не было? — уточнил я.

— Может, и были, да он не знал.

— И что дальше?

Он закурил, а я смотрел на него, думая, для чего он мне это рассказывает.

— Купил билет на последние деньги, а он только завтра. Жрать нечего, сидит. И тут к нему подошла местная шпана.

— Хотели наехать? — спросил я.

— Не. Эти хитрые оказались. Подошли, познакомились, за жизнь поговорили, всё нормально, вежливо. Блатные так умеют, когда надо, а он деревенский, доверчивый. Говорит, что без денег, ждёт поезда, жрать охота. Они ему раз — и дают сто тысяч одной купюрой, и пожрать предлагают купить.

— Не просто так, — сказал я, задумавшись об этом.

— Я бы тоже им не поверил, — Громов кивнул и стряхнул пепел в стеклянную банку, выполнявшую роль пепельницы. — Но сначала говорят, что ничего им не надо. Типа ты в беде, а люди должны друг другу помогать, особенно тем, кто нуждается. Тем более ты, вон, войну прошёл, не сдрейфил, пацан нормальный. Разговорили, накормили, водочки плеснули, дали денежку, а парень-то благодарностью преисполнился. Спросил: «Может, чем помочь?»

— Вот это было зря.

Я уже начал догадываться, что будет дальше.

— Вот именно. Они пошли взламывать продуктовый склад, и его взяли с собой, чтобы на шухере постоял, ну а ему сказали, мол, свисти, если чё, мы тут просто своё заберём. А за этой бандой РУОП уже давно следил, ждали их. Но они скрылись, а парень убежать не успел.

— И что с ним будет?

— Дурак он. За то, что дурак, не садят, а вот что на шухере стоял — это уже повод серьёзный. Но он сразу весь расклад выдал, даже не понял, что они на дело пошли. Майор из РУОПа ещё думал, что тот под дурачка косит, да я вот вижу, что парень честный, как раз там был. Поговорили, решили, короче, не оформлять его. Дать ему шанс, чтобы не уехал на зону.