Никита Киров – Молот империи 5 (страница 16)

— Валь, хватит, — вмешался уже я. — Тебе ещё не надоело? Что там с твоим братом?

— Ну, большой прогресс, — сказал он, подняв глаза к потолку. — Учитывая, что он меня не добил, а я не отрезал ему ноги, наверное, всё закончилось хорошо. Мы даже всё обсудили по плану, представь себе.

— Что выяснил? — я оторвал куриное крыло и макнул в маленькую чашечку с соусом.

Кто-то из штабных был поваром, поэтому приготовил какой-то особый соус. И тощая заморенная курица, в которой почти не было жира, казалась вкуснее.

— Ты был прав, он пилот Императора.

— Императора? — удивился я.

— Ну да, они так переименовали свой новый большой шагоход. Хотят, чтобы это не ассоциировалось с династией Громовых. У их же основателя как раз было прозвище палач.

— Да, помню. Что ещё?

— Ничего особенного, — Валь оторвал чуть ли всю грудку, но видя протесты Марка, вернул большую часть назад. — Мы начали работать, потом поругались, потом опять поработали, потом он в сердцах бросил, что раздавит меня на своём шагоходе, а я сказал, что он не догонит мою Ищейку, потом…

— К сути.

— Ну, если всё опустить, я теперь знаю, что у него не работает автомат перезарядки главного калибра, а заряжать новые снаряды очень долго и нужен кран. И запас хода всего сто двадцать километров, а сжигает он за это время аж две тонны игниума. Паша даже сам не понял, что мне это сказал.

— Ого, — Марк удивился. — Мой Чивэнь может работать на тонне несколько дней.

— Это полезно знать, — сказал я. — Что ещё?

— Он пытался меня обмануть и запугать, — Валь начал жевать. — Но я-то вижу, когда он врёт. Наверное, Рэгвард хотел, чтобы он меня запутал, — он покосился на Яна. — Но всё же брешь в его обороне я пробил, когда передал ему извинения от деда. Помнишь, он просил тогда перед тем, как умер? Вы же все рядом были, кроме нашего Яна. Да и сам кое о чём ему сказал.

— А что у вас случилось? — спросил я. — Между тобой, братом и вашим дедом?

— Как-нибудь потом, Загорский, — Валь помрачнел. — В другой раз.

— А что в итоге будет с планом? — спросил Ян, меняя тему. — Пока у нас нет деталей.

— Ждём, когда придумает Рома, — Марк показал на меня.

— Основные я уже знаю, — я начал раскладывать на тарелке кости, потом вспомнил о карте, лежащей рядом на другом столе, и отошёл к ней. — Нужно только разработать детали. Мы должны взять город за три дня, начиная с завтрашнего утра.

— Ого, — Марк подошёл к столу. — Это… серьёзно.

— Не то слово, — я достал карандаш. — Утром мы начинаем, так что выспитесь, другого шанса не будет. В шесть утра все громкоговорители и рации будут требовать у жителей, чтобы оставались на местах и не мешали нам, а мы начнём пробиваться. Вот здесь, смотрите.

Я начал черкать линии на карте, а парни склонились над ней.

Глава 10

Когда-то давно, когда мне ещё было тринадцать, меня взяли в офицерскую академию Сильва Коллис. Тогда я думал, что это всё будет весело, и большая часть работы офицера — это пострелушки и дуэли на шагоходах.

Если бы я знал тогда, что большая часть моих будущих занятий — это не сражения, а логистика, ремонт, планирование, расчёты, сложная работа с личным составом и очень много-много карт, я бы наверное пошёл учиться на доктора, как мне советовала мама. Военных, говорила она, много, а докторов всегда не хватает.

Хотя вряд ли кто-то меня туда пустил. На тот момент император Валерий Громов про меня подзабыл, но всё равно кто-то его окружения следил, чтобы я с моими цепями и вживлённым мне безымянным Небожителем занялся военной службой, а не чем-то другим. А потом уже сам коронованный ублюдок про меня вспомнил…

Ну а сейчас я стоял у стола с карандашом, который держал чаще, чем пистолет или рычаги ригги, и показывал парням на карту.

— Самые сильные участки их обороны вот здесь, — начал я. — Это северо-восточные фермы, где построены укрепления, и север, вот эти ремонтные заводы, с которых хороший обзор на местность. Там наверняка войска Хардаленов, а они вряд ли будут сдаваться.

— Но у него же их не так много, чтобы они обороняли весь периметр города, — заметил Марк, будто погружаясь в карту вместе со мной. — А на этих мы можем обрушить удар Исполинов.

— Верно. А вот тут места ослабленные, — я постучал карандашом. — Пехота здесь не пробьётся, помешают мины, а вот мобильные группы шагоходов и танков вполне могут пробить бреши. Ригги ломают оборону здесь и здесь, проделывают проходы, в которые мы входим и углубляемся. И окружаем самые сильные их войска.

Я сделал ещё несколько пометок.

— Задача — вклиниться к ним в оборону как можно глубже. Наши инженеры будут разминировать подходы к городу здесь. Клановое ополчение начинает эвакуацию населения, а нарландские штурмовики пробиваются в центр города. Их поддерживают мобильные группы шагоходов и нерские стрелки. Пехота захватывает здание за зданием, а ещё проверяет катакомбы под городом. Если надо, забрасывают там всё гранатами. Поэтому пригодятся местные, они про них хорошо знают.

Я так сильно надавил на карандаш, что грифель отломился. Положил его на карту, направив на центр.

— Любую вражескую риггу, которая покажется, будет выносить авиация и Ищейка точечными ударами с большой дистанции. Небожитель и Чивэнь на ближней дистанции, работают по координатам. Те, кто захочет перейти на нашу сторону, и их будет не мало, поднимут восстание, а мы будем давить и напирать. Захватывать кварталы, разделять их войска, мешать их связи, лишать снабжению. Зажимать, окружать и уничтожать тех, кто сдаваться не будет. У нас есть одно преимущество перед ними.

— Какое? — спросил Ян.

— Это мы здесь дома, а не они, — я посмотрел на стол. — Наш хребет на завтра — это пехота, у панцирников роль очень ограниченная, а шагоходы будут выполнять поддержку артиллерийским огнём, или как броня, чтобы продавить что-нибудь важное. Мы делали подобное в Бинхае, но завтра всё будет более слаженно.

Я вернулся к столу и выпил остывший чай, потом надел фуражку.

— Сейчас выходим на совет, потом идёте спать, следующая возможность выдастся нескоро. Будет сложно.

— Будто когда-то было просто, — Валь повернул своё кресло.

— Верно. Всё, за работу.

Я снова сломал себе режим сна, опять спал урывками по полтора часа, если удавалось, иногда прямо сидя за столом. Раньше, когда ещё не стал офицером, а был кадетом, мог спать стоя или вообще в машинном отсеке в работающей ригге, но это умение ушло с возрастом.

В очередной раз перенесли штаб, нашли более подходящий бункер и притащили туда генераторы. Внутри я проведу первую фазу операции, а потом, если будет нужно, поднимусь наверх, чтобы смотреть за ходом боя из своего шагохода, как привык.

Большинство штабистов, кто занимал свои места, уже были со мной в Бинхае. Их перевезли авиацией в срочном порядке, потому что эти офицеры мне очень нужны.

Они уже хорошо понимают новую тактику мобильных групп ригг, а не отдельных квадр, как раньше, и хорошо приловчились к координации разных родов войск.

Правда, в прошлый раз мы обороняли город, а теперь захватываем. И не Нерск, который, хоть и был хорошо укреплён, был намного меньше Мардаграда, и большая часть гарнизона перешла на нашу сторону.

Столица Огрании большая, но плотность населения очень низкая, почти все проживают в центре. Мне известно, что интервенты хотят использовать гражданских, как живой щит, потому войскам велено вести огонь аккуратнее.

Для армии Великих Домов империи Дискрем это не очень хороший шаг, ведь бой однажды закончится, а эту подлость им припомнят.

От карты я отошёл, от неё уже рябило в глазах, и сел в стороне, чтобы попить остывший горький кофе без молока и сахара. С утра помыл лицо холодной водой, но сон никак не проходил. А на карте размещали отметки. Направлений ударов много, но три из них основные.

Посмотрел на часы. 3:58, начнём через один час восемь минут. Просто все военные любят круглые цифры и даты, да и я сам такой же, сначала хотел начинать ровно в шесть.

Когда кто-то посмотрит на часы, увидит, что время 4:00, а атака не началась, то вполне может решить, что мы начнём в пять. В пять будет то же самое. Кто-то даже может расслабиться и уснуть. А когда мы начнём в 5:06, для кого-то это будет полной неожиданностью.

Повернулся к карте и потёр глаза. В центре города огромный дворец, который видел ещё самих Таргина Великого и Павла Громова. Здание с большой историей, за которое будет особо жёсткая битва, ведь его хорошо укрепили.

Не разрушить бы то крыло, о котором мне говорила Громова. Я бы потом его обыскал, может, там и правда есть какие-то подсказки.

Офицеры наслаждались последними минутами покоя. Куряги возвращались в бункер, пропахшие сигаретами, радисты рассаживались по местам и надевали наушники. Радио начинало пищать, стучали пишущие машинки, кто-то перехватывал радиосигналы.

Разведчики входили и выходили, суеты начиналось всё больше. Я тайком зевнул. Из высших офицеров тут только я, все генералы распределены по своим войскам. Планы чёткие, даже если нам на голову прямо сейчас упадёт игниумовая бомба, атака должна продолжиться в любом случае.

Хотя когда всё в последний раз шло по плану? Даже идеально спланированная операция битвы в Бинхае трещала по швам. Но выстояли там, пробьёмся и здесь.

Лейтенант Зорин принёс мне ещё кофе и пачку докладов. Это мой новый адъютант, внук одного из Наблюдателей Малых Домов Восточной провинции. Василий Дерайга ждал меня в шагоходе, а новый помощник нужен мне всегда.