Никита Киров – Молот империи 4 (страница 36)

— Неизвестно откуда прибыл Таргин Великий, — Радич начал шептать. — Все записи о том, что было до его Вторжения — стёрты. Но известно, что он принёс с собой второй вид эссенции, с душами, к которым привязано оружие.

— То самое оружие Небожителей?

— Ага, те самые красные клинки, которых призывал обладатель. Копья, мечи алебарды. Всего девять душ и уникальное оружие. И способности — огонь, лёд, молнии. Сам знаешь.

— Но их было восемь, — сказал я.

— Да. Таргин нашёл восемь человек, кому вживил эти эссенции, и они стали первыми Небожителями. Но силы Небожителей не могли справиться с культом предков. Души умерших, которые жили в свечах из игниума, сдерживали Небожителей.

— Дальше я знаю. Хитрый Таргин закупил в империи Дискрем пушки и мушкеты, а герцоги Юнитума полагались на тяжёлую рыцарскую кавалерию, которой быстро пришёл конец. Давай без уроков истории, которую все знают.

— В общем, после смерти Таргина в его святилище…

— Погоди, что с девятой?

— Девятая у тебя, — Радич посмотрел на меня. — Таргин почему-то не использовал её, но Эссенция осталась. Зато император Валерий Громов вживил её тебе.

— Здорово. И даже не проверил.

— Не то слово.

— Я был не первым. Просто только я тогда выжил.

Мы замолчали. Ветер с моря усилился. Солнце скрылось, скоро начнётся дождь. Я быстро пошёл в сторону особняка, Радич следом. Он продолжал:

— После воцарения Павла Громова в хранилище осталось мало Эссенций. Только свечи и души в них. Твоя, которой никто не пользовался, Таргина, потом Инжи Дерайга, он умер рано.

Вдали показался летящий крылолёт. Это Ермолин перегонял машину, на который мы прилетели, на другое место.

— Когда Павел Громов скончался в преклонном возрасте, появились ещё. Его собственная эссенция, которая впитала в себя силы всех Небожителей, которых он прикончил и… последняя, самая загадочная. Знаешь, чья?

— Король-Спаситель, — догадался я. — Тот самый фанатик.

— Верно, — Радич невесело улыбнулся и посмотрел в небо вслед за крылолётом. — Уже когда я стал заниматься твоим делом, хранилище уже было пустым.

— Всё использовали?

— Да. Катерина Громова, судя по всему, получила Эссенцию своего прапрадеда, самую сильную из возможных. Но это мои догадки, и я не знаю, кто дух в её свече, которую она носит.

— Кто получил остальные?

— Кроме тебя никого не знаю. Больше выяснить невозможно. Кто этим занимался, давно уже умер, а записей очень мало. Будь я в столице, смог бы выяснить больше, но на расстоянии только это.

— Этого достаточно, Влад. Спасибо за работу.

В голове уже складывалась картина. Одну силу получил я, очень много сил получила Громова прямо от своего легендарного предка. Осталось три.

Эссенцию Инжи Дерайга получил тот самый Дмитрий Бокан, у него копьё. Ещё две, Эссенция Таргина Великого и Короля-Спасителя. Только Таргин мог перемещать предметы на расстоянии, как и Дмитрий Бокан. Да вон там, недалеко отсюда, на дне лежит корабль, который Таргин уничтожил, смяв его на расстоянии.

Бокан что, принял в себе целых две Эссенции? А я помню, как он приподнимал меня и отбрасывал солдат взмахом руки. Этот Бокан жадный.

А это значит, у Янека есть сила и душа Короля-Спасителя. Того самого фанатика, отвергающего прогресс, помешанного на сожжениях живьём и просто не самого приятного человека.

Про него мало что известно. В учебниках истории вообще пишут «… а по пути в столицу Павел Громов подавил религиозное восстание так называемого Короля-Спасителя» и всё.

Только в академии мы изучали это восстание чуть подробнее. Ну и ещё во время старой жизни доводилось поговорить с одним из старых фанатиков, который видел своего мессию вживую.

Не лучший выбор, учитывая нестабильное состояние Яна. Но он всё же держится, хоть и с огромным трудом.

Но Небожители хоть и это сильное оружие, только войны сейчас идут по-другому. И мне надо заниматься совсем другими вещами.

— Утром новое собрание, — передал я Радичу. — А пока занимайся разведкой. Или для этого есть отдельный министр?

— Буду я, что поделать, — он притворно вздохнул. — У меня это получится лучше, чем у остальных.

Мы готовились к обороне и планировали атаку. С запада тем временем приходили хорошие вести. Группировка покойного генерала Соколова наращивала силы.

У них полное содействие местного населения. Скрытая поддержка выживших Наблюдателей, которые говорили, что подчиняются Дерайга или Клайдерам, а на деле снабжали наши войска.

И это не говоря о том, что у партизан действовала Ищейка. Один из самых мощных и быстрых Исполинов, что ещё оставались на ходу, прекрасно подходил для внезапных ударов по линиям снабжения.

Ещё хорошая погода, которая позволяла действовать в полную силу. И мы устроили тонкую веточку снабжения через горы вокруг всей страны. Но это лучше, чем ничего.

Я же пока оставался в Восточной провинции, обдумывая планы. Куда они ударят? Когда у меня бывало свободное время, я иногда изучал планы прошедших битв. Хотел понять, как думает Рэгвард.

А Рэгвард думал, как я. Он же учился на моих тактиках.

И чем больше я об этом размышлял, тем сильнее был уверен, что ударов будет два. Один, отвлекающий, по Восточной провинции, силами маршала Дерайга, Клайдеров и наёмников.

И основной по Бинхаю, с Исполинами и всеми шагоходами, что были под рукой. Командовать, скорее всего, будет сам Келвин, если новый совет не начнёт устраивать против него интриги.

Рэгвард даже прибыл в столицу империи, как доложили люди Радича, которые оставались там.

— Как там мой шагоход? — спросил я, когда забрался в двигательное помещение.

Василий Дерайга драил блок двигателя, очищая грязь.

— В полном порядке, господин генерал, — сказал высокий парень, вытянулся, но в этот раз не ударился башкой о «пилотоуловитель», как было раньше. — Проверяю каждый день, Старый Герберт полностью готов к бою в любой момент.

— Рад слышать, — я посмотрел на него. — Как к тебе тут относятся?

— С подозрением, — парень вздохнул. — Но я их понимаю. За мной всегда следит пара человек из гвардии, чтобы я не подходил к рации и не с кем не говорил кроме них, — он усмехнулся. — А что поделать? Надо завоевать доверие. А недавно…

Он замолчал.

— Ну говори…

— Я наткнулся на лорда Яна. Думал, он меня прикончит прямо на месте, — Василий откашлялся. — Но он посмотрел на меня и прошёл мимо.

— Ладно. Запусти двигатели, я послушаю.

На самом деле, рёв двигателей моего шагохода просто делал меня спокойнее. Если двигатели работают исправно, то и наша военная машина тоже.

Мы угроза для врага. Он знает, на что мы способны и что мы очень опасны.

Закончив с неплановой проверкой, я вернулся в особняк Тихоновых, где разместился сам, и где жили некоторые важные гости.

В гостиной на диване сидела Мария Загорская, которая вытирала глаза белым платком.

— Что такое? — спросил я, усаживаясь рядом.

— Я ходила к Яну, — она высморкалась. — Хотела принести ему какао, он раньше его любил…

— Он тебе нагрубил, что ли?

— Нет, он очень мало говорит. Просто… — Мария выдохнула. — Хотя, может, ему станет лучше, когда всё закончится?

У неё на коленях лежала толстая книга в красной кожаной обложке.

— Что это? — спросил я.

— Это альбом с фотографиями, — она оживилась. — Забрала ещё зимой, когда была в моём старом клане. Это фото моих родителей и дедушки с бабушкой. Всё хотела тебе показать, но боялась отвлекать.

Это мои потомки. Я так и не говорил Марии, кто я такой, да и незачем. Пусть так и думает, что я её троюродный брат, никому это не мешает.

— Посмотришь? — она шмыгнула носом и взглянула на меня.

Я открыл крышку часов. Десять минут у меня было, армия без меня за это время не проиграет. Да и она успокоится. Я подвинулся ближе, а Мария открыла альбом, полный чёрно-белых фотографий.