Никита Киров – Молот империи 3 (страница 31)

Я достал карту и карандаш.

— Так что, Загорский? — Валь повернулся ко мне. — Что с этим можно сделать?

— Планирование оставь мне, — сказал я, начиная прикидывать операцию, которую обдумывал, как проснулся. А потом поднял голову: — Так, я не понял. А чего мы это стоим? На снабжение, и выходим в бой!

— Принято! — Валентин взялся за рычаги.

Глава 13

— Значит, это операция возмездия? — Валентин повернулся ко мне.

— Ты лучше за дорогой следи, — сказал я, продолжая сверяться с картами.

Валь с лязгом вытянут перископ и всмотрелся в него. Кабина раскачивалась, тряска сильная. На половине пути сломались стабилизаторы, но времени на их ремонт не было.

Приходилось сидеть в кресле и отбивать задницу при каждом шаге огромных ног Исполина.

— Контакт на радаре, — доложил радист, упитанный и вечно серьёзный парень. — Малые точки.

— А я уж думал, вдруг здесь покажется Исполин, — Валентин усмехнулся. — А раз мы идём на юг, это значит, что возмездие приходит с севера, верно? Я это слышал с самого детства. Любят у нас эту фразу.

Он довольно засмеялся. Его искажённый рацией голос слышался у меня в наушниках.

— До прибытия двадцать минут, — сказал второй пилот, парень со сломанным и плохо сросшимся носом.

Операция рискованная, но я решился на неё по трём причинам — враги уже потеряли три ригги, шторм продолжался до сих пор, хотя и начинал ослабевать.

И самая главная причина — Ищейка благодаря своей проходимости и броне может легко и быстро углубиться на вражескую территорию. Причём даже по сложному горному маршруту, где обычная ригга пробиралась бы дня два или три.

Ищейка пересекала эти холмы и перевалы, будто мы двигались по шоссе. Через них мы обошли разгромленную группу, не хотел тратить время на бой с ними.

Меня интересовал Дакун. Не город, он лежит очень далеко от побережья, а военный порт с тем же названием. Там должна быть база снабжения для северной группировки и экспедиционного корпуса из Дискрема.

Покончим с этим, они уже не смогут сунуться сюда. Без снабжения и топлива любая атака обречена на поражение.

Флот интервентов может обстреливать наши оборонительные линии хоть до посинения. Если их никто не сможет штурмовать, это мало что даст. Кораблям придётся отступить, а высадившейся армии нужно будет идти на объединение со второй группировкой, про которую говорил Ван Чен.

Пока существует вторая армия, грозящая нашим границам в другом месте, Бинхай всё ещё враг для нас. Напал — значит, стоит ожидать возмездия. А уже потом мы будем договариваться с новым правителем.

Город мы обстреливать не будем, только военный порт. Быстро поразим цели и вернёмся до того, как они поймут, то случилось.

— Десять минут, — сказал второй пилот, сверившись с картой и часами.

— Полная боевая готовность, — пробурчал Валь, становясь серьёзнее. — Проверить орудия.

— Орудия в норме, главный калибр заряжен и готов к выстрелу. Дополнительные орудия заряжены, — постоянно смеющийся канонир перестал улыбаться.

Команда, побывавшая всего в двух боях, сработалась быстро. Из академии только Валь. Второй пилот из какого-то горного клана к северу от Нерска, он должен был стать водителем панцирника. Канонир — обычный артиллерист, а радист вообще житель Мардаграда, который пошёл добровольцем в первый день нашего прибытия в столицу севера.

Учились прямо на ходу, но у них получалось неплохо. Всё равно главную работу делал Валентин.

— Радар засвечен, — доложил радист, потирая ухо под наушником. — Множество контактов. Сильное излучение игниума, ничего не видно.

— Значит они тоже ничего не видят, — Валь переключал рычаги. — Выходим на холм. Всем приготовиться.

Кабина задралась вверх, меня начало вдавливать в кресло, я почти лежал на нём. Экипаж же будто привык к такому и спокойно работал в этих условиях.

Ищейка медленно забиралась на холм. Шаг за шагом, вместо быстрого бега теперь неторопливый подъём. Но торопиться некуда. Нас должны были засечь уже давно. Но из-за кучи техники и топливных складов радары могут сбоить.

Я взялся за рукоятку перископа на потолке и вытянул его к себе. Стальной корпус почему-то забрызган маслом, которое было повсюду, даже в кабине. Протёр его платком и прижался плотнее.

Оптика была треснута после прошедшего боя, но обзору не мешало. Сейчас видно небо, яркое. Солнца в этих местах тоже нет, но днём светло.

— Десять метров, — спокойно говорил второй пилот.

Кабина дёрнулась, она опустилась. Мы забрались на ровную поверхность. Оптика качнулась и направилась вниз. Я отрегулировал её рычагом.

— Прямая видимость целей.

Теперь видно порт. Он новый, его построили несколько лет назад к северу от старого. По сути, это просто удобная бухта, где стоят наспех построенные склады, вышки, высокие портовые краны и техника для защиты.

И пристани, идущие далеко в море. Рядом с ними несколько сторожевых кораблей. Но не только они.

В глаза сразу бросился линкор. Вижу иероглифы на борту. Я читать их не умел, но вид знакомый, это корабль Дома Ямадзаки. Он уже нацеливал пушки, собираясь стрелять по нам.

Почему-то он не отправился в бой с остальными. Тем хуже для него.

— Цель — линкор, — приказал я.

— Валим его, парни! — выкрикнул Валь. — Пока он по нам не выстрелил! Главный калибр — в боевое положение!

Канонир дёрнул стальную ручку на стене кабины. Сейчас должны сняться транспортировочные кольца, и пушку можно будет навести. На потолке загорелась красная лампа. Валентин взялся за контролер наводки. Никаких поворотных рычагов, только сложная система прицеливания.

— Три градуса выше.

— Вижу ригги, нацеливаются в нашу сторону.

— Линкор наводится на нас!

Кабина загудела, это стреляла артиллерия по нам. Ригги же перестраивались, готовясь атаковать нас из главных калибров.

Валь нацелил пушку и нажал на красный крючок на контролере. В наушниках раздался резкий щелчок, чтобы мы не оглохли от выстрела. А через несколько мгновений вдали донёсся взрыв.

Столб огня поднимался над линкором. Огромный корабль пошатнуло. Попадание в борт. Куда именно непонятно, слишком много огня и дыма.

Где-то в нашем корпусе тем временем заряжался новый снаряд. Система зарядки у нас почти такая же, как на боевых кораблях. Но нужно время, пока тяжёлое орудие снова будет готово к выстрелу.

— Огонь по мелким риггам! — приказал я. — А то окружат.

Наводчик взялся сразу за два пульта. Это закреплённые на груди Ищейки пушки, чтобы отбиться от бронетехники. Наши залпы через броню почти неслышно, но попадания в нас раздражают.

Стреляли ригги, стреляла артиллерия, палили сторожевые корабли.

Каждый снаряд, прилетевший в нас, звучал так, будто кто-то бил трубой по каске, надетой на мою голову. Такова участь Исполинов. Появился, так по тебе будут стрелять все, кто тебя видят. А видят такую махину издалека.

— Сменить позицию, — сказал я. — Пока они не навели большие пушки.

— Принято, — Валь взялся за рычаги управления.

Корабль тем временем начал оседать набок. Несильно, но достаточно, чтобы экипаж бросил целиться и занялся пробоиной. Такую посудину потопить сложно, но сейчас это не было нашей целью. У нас другая задача.

Кабина опустилась, мы спускались с холма, чтобы залезть на другой. Приходилось держаться, а то я почти повис на ремнях. Но нужно осматриваться даже на ходу.

— Склады на одиннадцать часов, — я взглянул в перископ. — Уничтожить!

— Есть!

Пушка ещё не зарядилась, но экипаж подготовил ракеты. А их у Ищейки пара десятков. Хватит, чтобы сравнять с землёй половину города.

Громкое шипение вылетающих Преисподних слышалось и в кабине. Густой дымовой след скрыл всё, в оптику ничего не видно. Но сильный ветер с моря быстро всё разметал.

— Цель поражена, — доложил канонир.

Вдали начались взрывы, но не было того, что хотел я. Это не топливные склады. Игниум, когда он в больших количествах, взрывается иначе.

— Ещё один склад, — сказал я, когда мы отошли. — На один час, дистанция два километра. С главного калибра.

— Есть!