Никита Киров – Молот империи 1 [СИ] (страница 35)

— Рановато.

— Так в документах приписали лишний год, — Марк достал фонарик и посветил на руку шагохода. — Бывало и хуже. Хоть не оторвали, мы бы замучались её доставать из болота.

— Брат Яна бы замучался, я бы от него не отстал.

— Он тебя побаивается, — Марк засмеялся. — Везёт. А я как начинаю говорить с этой знатью, язык заплетается. Даже не знаю, как с ними надо общаться.

— Общайся, как с ровесниками. Это не страшнее, чем сидеть в кабине во время обстрела.

— Тут ты прав, да. Но…

— Загорский! Зимин! — раздался резкий окрик со стороны входа.

Мы повернулись. У ворот ангара стоял директор Кобаяши.

— Вас двоих и ещё Яна Варга хочет видеть канцлер Ульдов, — сказал он. — Очень срочно.

— Это из-за вчерашнего? — спросил Марк.

— Да, но не из-за того, что ты думаешь, — он посмотрел на нас, потом на машину. — Думали, я не в курсе, что случилось с рукой и баком? Но ладно. Идите туда сразу, не задерживайтесь.

— Так что случилось? — спросил я. — Если это не из-за ссоры.

— Канцлер нашёл поручение для вас четверых. Как раз по вам.

— А кто четвёртый? — спросил Марк.

— Увидите. Быстрее, время идёт, а у вас сегодня очень ответственная задача.

Глава 17

— Присаживайтесь! — Александр Ульдов показал нам на кресла перед своим столом. — Угощайтесь. Фрукты, конфеты, что угодно.

Я потянулся и взял из хрустальной вазы какую-то карамельку в бумажной обёртке. Приторно-сладкая, со вкусом лимона. Только я был достаточно наглый для этого, остальные трое постеснялись.

Справа от меня сидели Ян, Марк и почему-то Келвин Рэгвард, который вообще был не в нашем классе, но его тоже пригласили.

Парень с глазами разного цвета был удивлён не меньше меня. Ульдов тем временем насыпал в кружку чая три полные ложки сахара с горкой и начал размешивать, сильно при этом гремя. Директор Кобаяши недовольно выдохнул.

Сидим тут уже пять минут, но всё ещё ничего не ясно. Вернее, кое-что мне ясно. Раз Ульдов, канцлер империи, столько времени проводит в академии и может позволить себе так долго пить чай, значит, в столице у него не так уж много работы.

А раз у имперского канцлера мало работы, значит, ему её просто не дают. Возможно, его должность — просто светить мордой перед публикой. Или он в опале, и ничего важного ему не доверяют.

Вот так много может сказать о человеке его привычка долго размешивать сахар. Наконец, Ульдов взял кружку с красным цветочком и отпил, громко швыркая. Кобаяши вздохнул ещё раз.

— Точно не хотите чаю? — спросил Ульдов.

— Нет, спасибо, — сказал Ян.

Наконец, канцлер поставил кружку на блюдечко и покрутил стоящий рядом с ним на столе маленький глобус на бронзовой ножке.

— Я был в восторге, когда увидел ваши соревнования, — сказал Ульдов. — Ребята, академия не работала много лет, но вы, первый выпуск после простоя, превзошли все наши ожидания. Этот профессионализм, этот дух единства! Я был счастлив вчера!

А перед этим предлагал не допускать нас до гонки. Хм… что изменилось за то время, раз он поменял мнение?

— И у меня возникла мысль, что студенты академии могут помочь императорской армии, — продолжил он. — Прямо сейчас наши бравые солдаты, выходцы из всех восьми государств, воюют на юге против мятежников, среди которых Клайдеры.

Ян дёрнулся и шумно выдохнул через нос. Кулаки сжались так, что пальцы захрустели. Это же ригга Клайдеров обстреляла нас в порту. И там погиб друг Яна у него на глазах.

— Бойцы сражаются успешно, — канцлер откинулся на спинку высокого чёрного кресла. — Но им нужна подмога.

— Вы отправляете нас туда? — спросил Ян. — Сражаться против Клайдеров? Когда нам выступать?

Я чуть ткнул его локтем, чтобы помолчал. Его намерения понятны, хочет отомстить за друга. Но даже во время мести надо действовать расчётливо и без спешки.

— Успокойся, дорогой наш Янек, — Ульдов поднял обе руки. — Я же сам из Огрании, помню слова, что возмездие приходит с севера. Но сейчас у вас другая задача. Мы должны показать единство. Кичиро? Будь добр, объясни нам ситуацию на фронте.

Директор Кобаяши подхромал к висящей на стене карте.

— Вчера вечером столичный ремонтный завод закончил починку Катафракта. Но на фронте не могут отпустить экипаж, чтобы они пригнали её к ним, там каждый человек на счету. Поэтому господин канцлер вызвался помочь армии и дать ей пилотов на время перегона.

— Я хотел отправить только Янека и Келвина, — сказал Ульдов. — Чтобы продемонстрировать военным единство Великих Домов Варга и Рэгвард…

Он уже сказал мне больше, чем хотел. Если на юге армия империи, в ней служат войска со всего континента. И между северянами и жителями Хитланда явно не всё гладко. Приму к сведению. Я взял ещё одну конфетку и развернул шершавую этикетку.

— Но Кичиро сегодня утром напомнил мне о трагедии в Нарландии, когда погиб несчастный Адам. И предложил усилить команду двумя людьми с реальным боевым опытом. Это Марк и вы, Роман. Я сначала принялся спорить, — Ульдов снова взял кружку и отпил. — Но вспоминая ваше вчерашнее выступление, теперь уверен, что Кичиро прав.

— Нам нужно перегнать риггу на юг? — спросил я.

— Верно, — Ульдов кивнул и чуть не расплескал чай. — Ну и небольшой отряд солдат сопровождения от компании «Мундус Игниум».

— Наёмники, — Кобаяши скривился.

— Других нет, Кичиро. Как только передадите риггу командованию фронта, вас сфотографируют военные журналисты. И потом вам дадут машину, чтобы вернулись в академию. Управитесь за неделю. Потом придётся нагнать учёбу, но вы должны справиться. Отправляетесь сегодня с обеда. Господа, прошу готовиться. Все карты получите потом.

Отказаться от поручения, похоже, нельзя. Оно было немного несвоевременным и не дало мне времени всё обдумать. Мне нужно кое с кем посоветоваться.

Мы вышли из кабинета в коридор и остановились у растущего в синей кадке дерева.

— Если честно, рад, что в компании у меня будете вы, а не кто-то ещё, — сказал Рэгвард. — Из всех классов был бы рад пообщаться именно с вами. Может быть, чему-нибудь научусь. Увидимся, товарищи, уже сегодня.

Он быстро пошёл к выходу.

— Тогда мы тоже идём собираться? — спросил Марк.

— Верно, — Ян заметно приободрился. — А что надо брать?

— Только самое нужное, — сказал Марк. — Я объясню. Роман, ты идёшь?

— Идите пока без меня, — я махнул им рукой.

Дождался, когда они уйдут, и пошёл к той подсобке, где разговаривал с агентом в первый раз. Но едва я поднял руку, чтобы постучать, выкрашенная в коричневый цвет дверь открылась сама.

— Вообще-то, у меня сегодня выходной, — помятый и небритый Влад Радич зевнул. — Хотя кого я обманываю, их у меня не было лет двадцать.

— Хочу, чтобы ты мне кое-что рассказал, — я прошёл в его каморку и сел на неудобную табуретку.

На столе стоял блестящий чайничек, из которого пахло какими-то травами с резким запахом. Радич сел напротив и налил тёмно-зелёного отвара себе в кружку.

— Ты хочешь узнать, что на самом деле хочет Ульдов?

— Ты уже всё знаешь, — я усмехнулся.

— Это моя работа. Давай расскажу. Будешь? — он показал на чайник. — Успокаивает боли в спине.

— У меня не болит спина.

— Завидую. В твоём-то возрасте… Ладно, смотри, в чём суть.

Он отхлебнул из кружки и скривился.

— Ну и гадость же. Александр Ульдов — покойник. В переносном смысле, имею в виду. Он политический труп. Никакого влияния, вот и лезет к каждому в жопу без мыла, чтобы напомнить о себе.

— А что он натворил?

— Взятки, — Радич пожал плечами. — Не, берут-то их все, кроме меня, поэтому я такой нищий. Но Ульдов брал особо много и не делился. Он канцлер, но на деле сейчас это просто мебель. Представительный мужичонка в кабинете, которого можно показывать послам.

— И ещё академия.