Никита Киров – Куратор. Часть 2 (страница 10)

– Меня твой брат много чему научил, вот я и пользуюсь головой, как он говорил. А вот ты подводишь его. Надо хитрить. Так что познакомь. Пригласи ко мне.

– Ладно, – Рахманов сдался. – Сейчас подойдёт.

Он кивнул и пошёл за стойку, а я развалился на мягком стуле. Никитин тем временем заказал ещё стакан виски, на этот раз безо льда. Я снова поднял свой.

Продолжаем разыгрывать комбинацию.

Тут, наконец-то, ко мне подплыл подпивший адвокат Терентьев, как раз тогда, когда принесли целую бутылку виски.

– Андрей Николаевич, рад с вами познакомиться, – я потряс его руку. – Вас мне рекомендовал Григорий Константинович, – я кивнул в сторону стойки диджея, где неутомимый Шустов выбирал новую песню.

– Буду рад помочь, э-э-э…

– Владимир Анатольевич, – «представился» я.

– Давно у нас в городе? – спросил Терентьев, когда выпил. – И откуда вы?

– Вообще, я из Питера, – ответил я.

– О-о, был там, и не раз. Красивый город, с женой раньше ездил, – начал вспоминать он. – В каком районе живёте?

– Петроградка, на Большой Пушкарской. А сюда приехал по делам. Расширяемся с партнёрами.

– А что за фирма? – адвокат полез было за телефоном.

– Скажем так, в интернете мы особо не светимся, – я остановил его жестом. – Действуем по старинке для доверенных клиентов. Мы транспортная компания…

Чуть повысил голос, чтобы донеслось до Никитина, а он слушал внимательно.

– В основном у нас грузоперевозки фурами. Крупногабаритные грузы, негабарит. Много делаем, мало спрашиваем, – я засмеялся.

– Тогда вам точно пригодится моя помощь, – Терентьев заулыбался.

Я начал рассказывать ему всякое о фирме, не забывая подливать, пока он после очередной дозы крепкого виски не начал клевать носом.

– Рюмка водки на столе! – проорал уже уставший Шустов, но песню не закончил.

Похоже, забыл слова или после выпитого не мог читать, что там написано. Он вернулся на своё место, ну а я захватил недопитую бутылку и направился к нему.

– Григорий Константинович, – обратился к нему я. – А вас мне как раз рекомендовали как человека, который может мне помочь.

Я махнул стаканом в сторону Терентьева, и тот важно кивнул в ответ, после чего снова всё внимание начал уделять блондинке рядом с собой.

– Андрюха рекомендовал? – Шустов сощурил глаза.

Щёки у него раскраснелись, видно плохо сбритую щетину. Сильно пьяный, но о делах поговорить может.

– А по поводу? – он уставился на меня, потом опустил взгляд на грудь и поправил медаль, на которой было сложно что-то разобрать.

– У меня тут своя фирма, – начал объяснять я. – С грузоперевозками. Вы пьёте виски?

После первой дозы Шустов подобрел. Чем больше им наливать, тем меньше вопросов к тому, почему в моём стакане виски уменьшается как-то странно и слишком медленно.

– Ну, помочь могу, – сказал он, разглядывая стакан. – Но времена сейчас тяжёлые для страны, надо всем поработать. И, конечно, решить вопрос можно…

Тут чиновник хитро заулыбался.

– Но надо же и парням помочь на передовой. Скажем, отправить гуманитарку. Как раз отправляем от области большой груз и всё думаем, как доставить…

– Мы только за.

Понял я его схему. Тем более, смотрел он на меня так, как чиновник смотрит на кучу денег, которые вот-вот на него свалятся.

Хитрый и беспринципный гад. А схема простая: тратят бабки на гуманитарку, отправляют туда, где в неё врежется дрон или ещё что-нибудь, после чего всё списывается на боевые потери. До цели груз не доходит, да и не дошло бы ничего – всё украдено давно.

Это одна из многих схем, но вряд ли в этом замешан Никитин. Хотя он в таких участвовал в Чечне и мог подсказать, как лучше сделать.

Зато Никитин мною заинтересовался, потому что о чём-то поговорил с Терентьевым, а потом подозвал Рахманова, и тот ответил.

Если Никитин ворует или скупает оружие, ему нужен транспорт. Конечно, у него должна быть своя сеть поставок, но расширить её он не откажется, особенно если нужный человек идёт на контакт.

Но я не иду к нему предлагать это сам. Пусть лучше он идёт ко мне, почуяв выгоду.

А заодно я возьму в оборот Шустова, который уже подсчитывает в голове барыши.

Ничего он не заработает, но потеряет всё.

– Приходите ко мне завтра, – предложил он. – Мы обсудим дела. Хотя нет, завтра не получится.

Шустов задумался, полез в карман военной куртки. Оттуда он достал ежедневник, но явно такой, какого у простых бойцов не бывает – с толстой коричневой кожаной обложкой и уголками жёлтого цвета. Я даже не удивился бы, если бы они оказались золотыми.

– Всё занято. Позвоните тогда мне, и можно будет обсудить время. Вообще, приятно встретить настоящего патриота, – произнёс он с довольным видом. – Таких сейчас мало.

Пьяного Игнашевича я продолжал игнорировать, но познакомился ещё с парой человек, кто был пьян сильнее остальных – директор банка и один бизнесмен, связанный со строительством.

И везде я говорил одно и то же: транспортная компания, грузоперевозки, негабарит, мало вопросов и много дела. И представлялся знакомым Шустова, тем более тот даже звал меня петь. Но так сильно мелькать я не собирался, одно дело – тихие разговоры за столиком, другое – стоять на сцене.

Да и представление я устраивал только для одного человека, который весь вечер за мной следил и раздумывал.

Наконец, я вернулся за свой столик.

Продолжаем.

Сначала Никитин и Баранов, потом Шустов и Игнашевич, и их маленький совместный бизнес. А от него протянем ниточки к основному делу Трофимова, тем более я был уверен, что он не в курсе этого подряда.

Или давно бы прекратил такой риск для всего проекта.

Заказал ещё одну бутылку виски и сигару, оставаясь весь вечер трезвым. За своего сошёл, некоторые теперь будут говорить, что давно меня знают, но каждый будет уверен, что я знакомый кого-то другого. И главное – где меня искать, никто толком не понял.

Ладно, в конце концов, транспортной компании у меня нет, зато есть хороший повод для разговора с целью.

И тут к моему столику подошёл человек. Высокий, с наголо бритой головой, с седеющими усами, в тёмных очках, несмотря на тусклый свет вокруг.

Оружейный барон Никитин взялся за спинку стула.

– Присаживайтесь, – пригласил я.

– Просто необычно видеть в этом городе любителя доминиканских сигар. Обычно курят для вида кубинские, а настоящих ценителей мало. Да и в виски понимаете.

Никитин решился поговорить, чтобы понять, буду ли я ему полезен. Сейчас он ничего не предложит, просто присматривается, ведь он полагает себя знатоком людей, но первый контакт есть – дальше его нужно будет развить и качать гада.

А перед этим потребуется разведка. И туда придётся идти самому.

– Недавно открыл для себя «Давидофф», – ответил я, поднимая сигару. – До этого курил разное, но эти понравились больше.

– Конечно, – Никитин присел на край стула напротив меня. – Я бы сказал, что дороговато для такого вкуса, но в целом достаточно неплохо. А я выбираю «Монтекристо» из Гаваны. Это классика.

– Классика, – согласился я. – Но иногда хочется чего-то другого.

– Вы правы, – кивнул Никитин. – Знаете, есть такое мнение, что сигара – это не просто табак. Это философия, если хотите. Ритуал. Возможность остановиться, подумать.

Всё так и мнит себя эстетом и интеллектуалом. Старый ворюга с руками по локоть в крови, а всё туда же.

– Философия, – усмехнулся я. – Не всегда она уместна, ведь некоторые вещи можно объяснить проще. Для меня, к примеру, это просто хороший способ расслабиться. А лишнее стоит отсекать, чтобы не мешало.

– И в этом тоже есть смысл, – Никитин зажёг свою сигару массивной серебристой зажигалкой. – Зато в вопросах виски мы сходимся. Кстати, вы занимаетесь грузоперевозками, как я слышал?

– Да, – подтвердил я. – Бывает. В чём у вас интерес? Что-то нужно перевезти?