Никита Киров – Куратор 2 (страница 8)

— Конечно расскажу, — пробормотал Дима, потирая запястье. — Ну, вообще… Мы с партнёрами запускаем образовательный проект. Курсы по таргетингу, СММ, криптовалюте, вайб-кодингу и нейросетям. Всё, что нужно знать успешному человеку.

— Курсы, значит, — повторил я тоном чекиста. — И даже юрлицо есть?

— Работаем через ИП, — ответил он, пытаясь отодвинуться от меня, но я не давал.

— Твоё?

— Не моего. Партнёра.

Он уже пожалел, что со мной заговорил, но я не отставал. И наблюдал за реакцией остальных. И если дед особо ничего не понимал в этих словах, но уже давно сделал выводы, причём верные, то мать Толика внимательно слушала каждое слово, глядя то на него, то на меня.

— То есть документально ты нигде не фигурируешь?

— Да какая разница? — раздражённо бросил Дима. — Это доверительные отношения. Мы на словах договорились.

— А налоги-то платите? — я усмехнулся.

— Слушай, ты чего мне допрос устроил? — возмутился он, нервно постукивая пальцами по столу. — Я тебе как старший и опытный мужчина советую, что делать, а ты за своё…

— Тише, тише, — я улыбнулся. — Просто хочу понять твою бизнес-модель.

— Ты хоть понимаешь, как современный бизнес устроен? — Дима заговорил обиженным тоном, словно ребёнок, которого несправедливо обидели. — Всё легально, просто схема другая. Я, как лидер проекта…

— Какая-то серая схема? Или вообще чёрная?

Я наклонился чуть ближе.

— Да всё нормально! Надо просто немного… — он осёкся.

— Денег нет, — догадался я.

— Да при чём здесь деньги? У нас курс, чтобы можно было зарабатывать!

— Так, ты его сам пройди для начала, вот и заработаешь потом, — ехидно сказал я.

Дед хрипло засмеялся.

— Или просто хочешь его впарить, чтобы заработать на тех, кто этот курс купит? — спросил я. — Но не отвечай, ответ понятен.

Я без спроса взял его телефон, айфон 16, как и у Толика, но более продвинутая модель Max, и просто приподнял его на уровень лица Димы, чтобы разблокировать экран.

Тот смотрел, не понимая, что я делаю, а я просто глянул фотку на экране, где был он сам. Классика, он в дорогой машине на берегу моря. Правда, машина, скорее всего, в аренду или вообще чужая. Ни хрена он не зарабатывает. Похоже, всё на деньги матери Толика.

— А где ты берёшь деньги на курс? — продолжал я допрос, подмечая, как дёрнулась Светлана.

Всё понятно. Но поймёт она всё или нет? Люди обычно сложно принимают то, что выбивает землю у них из-под ног, а разговор шёл о том, о чём она явно думала, но отбрасывала подальше. Ведь считала, что он знает, о чём говорит.

— Инвестиции, — у него вспотел лоб. — Вот люди, которые в этом разбираются, легко вкинут! С деньгами вообще нет проблем, если знаешь, где их брать! Я вот знаю, и…

— И откуда? — спросил я. — Вряд ли много желающих подкинуть тебе денег.

— Димочка, — вдруг проговорила мать Толика тихим голосом почти без эмоций. — А для чего ты просил, чтобы я ещё один кредит взяла, и чтобы родителей попросила взять один? Поэтому же и приехали, да?

— Вот и инвестиции, — добавил я. — Сколько он тебе уже должен?

— Двести тысяч, — неохотно проговорила она стыдливым тоном.

Уже открываются глаза.

— Света, ну ты чего? — Дима растерялся, забегал глазами. — Я же объяснял — это временный кассовый разрыв. Это нормально в бизнесе.

— Сказал, что скоро вернёшь, — голос у матери Толика совсем упал. — Ещё год назад. Это ещё про ту кофейню в Ереване не вспоминала. Так ничего и не заработали на ней.

Кажется, до неё начало доходить. Значит, не всё с ней потеряно.

— То есть денег нет, — я посмотрел на Диму. — Но ты хочешь брать ещё? На какой-то проект, в котором ты не участвуешь документально, за который не платите налоги, и который никак не оформлен? Втюхивая людям какую-то дичь про этот ваш вайб-кодинг? А это что? Чтобы нейросетка вместо тебя работала? Причём бизнес — в кредит на других людей. Хорошо устроился.

— Да это вообще наше дело! — попытался возмутиться Дима и встать, но я положил ему руку на плечо и усадил обратно. — Эти токсичные…

— Не-не-не, посиди. Что-то мне твои курсы не нравятся. Похоже на мошенничество.

— Я же всё верну!

— Конечно, вернёшь, — я не отводил от него взгляда. — А если не вернёшь…

— Это вообще между мной и Светой… — он попытался отстраниться.

— Не-не. Теперь, раз уж ты меня хотел втянуть, теперь это между нами. И пока мы тут разбираемся, или пойдёшь по сто пятьдесят девятой статье УК РФ — мошенничество. Так что больше мне не втирай лекции про всякий чиллинг, абьюзинг и прочую фигню. А думай, как вернуть бабки, Дмитрий Батькович. И в этот раз в Армению не уедешь.

Я показал на лежащий перед ним айфон.

— Вот у тебя телефончик дорогой. Ноутбук ещё. Знаешь, это всё можно спокойно продать, вернуть долг, а потом себе работать, как честный человек.

— Да я всё верну, мне просто надо на встречу ехать, — забормотал он, сгорбившись. — Дела срочные. С инвестором. Света, мы созвонимся…

Я его отпустил, а в прихожей, пока он не свалил, тихо добавил:

— Проверю, как вернёшь. И не думай, что выйдет отмазаться.

Не, это не бандит. С таким справиться попроще.

Спорить он не стал, а просто хотел свалить. Ну и пусть, теперь он у меня на заметке. Я проводил его до двери, проверяя, чтобы этот доморощенный коуч ничего не свистнул по пути, и вернулся в комнату.

Мать сидела в подавленном состоянии в кресле, бабушка её успокаивала.

— Их так учат же на их курсах, — говорила бабушка. — Чтобы подавлять. Вот и становятся такими арбузерами. Да и вообще, давай тебе чая ромашкового заварю.

— Как я не видела? — стонала Светлана.

Зато Фёдор Ильич сидел довольный, что избавились от надоедливого гостя.

— Пройди курс, говоришь, заработаешь, — посмеивался он. — Это было метко.

— Чай ещё горячий, — заметил я, подходя к столу. — Хоть и не ферментированный, но отличный. И жду борщ, ба.

— А ты после аварии совсем другой стал. — мать Толика внимательно посмотрела на меня. — Взрослый такой. Раньше, когда мы здесь жили, он тебе прохода не давал, а сейчас…

— Башкой стукнулся, вот мозги на место встали, — пошутил я. — Да и такие люди больше не пугают.

— Это молодёжь сейчас продвинутая, — бабушка вернулась к плите. — Тогда мошенника вычислил, а теперь — ещё одного.

— Мама! — протянула Светлана.

— А что, не так, что ли? Так и есть. Да и ты когда в последний раз Толю видела? Давно уже, всё забыла, а он сильно вырос. Они быстро сейчас растут, — она открыла крышку кастрюли, выпустив облако пара. — Скоро будет готово.

Посидел, но недолго, после борща сослался на процедуры и ушёл на очередную съёмную посуточную квартиру. Много времени у бабушки проводить не мог — у матери Толика с каждой минутой может быть всё больше вопросов.

Ну а вечером, почти уже к ночи, я снова пришёл в ресторан и сразу направился в ВИП-зону с караоке.

Публика собралась разношёрстная — и молодёжь, и люди постарше. Одеты по-разному, кто в костюмах и галстуках, кто в пиджаках, кто в ярких шмотках, кто в деловом костюме, кто вообще сидел в шляпе. Кто гладко выбрит, кто носит щетину, а кто и бороды.

Но меня они интересовали мало. Главное, что нет людей, кто знал Толика, ведь он в таких кругах не общался.

Охранник пропустил в закрытый зал без вопросов, молча открыв передо мной дверь. Музыка сразу стала громче.

Дальше освещения было мало, в основном оно шло только от большого экрана, на котором появлялись субтитры песен.

— Бухгалтер, милый мой бухгалтер! Вот он какой, такой простой бухгалтер!