Никита Киров – Командор - 4 (страница 15)
— Новому ротному не верю, — честно отозвался Воронин.
— А… вредный тип. Гонора столько. Вот в разведке служит Громов, так даже он попроще. А у него родственник — не генерал, а сам император.
— И не говори, Лёша…
— Рябина-3, — зашипела рация в бронемашине. — Выдвигайтесь в 2-7-8-7.
— Принял, Рябина, — сказал Зорин, поправил ларингофон. — Удачи, брат.
— Вали уже, — Воронин хмыкнул.
Лёгкая бронетехника выдвинулась, захватив на броне дополнительный десант. Враг прорывался через старый так называемый «дурацкий» брод, и там уже были видны вспышки сигнальных ракет.
— Одна, — считал Зорин про себя. — Вторая… Ваня, пусти наши сигналки, — приказал он по внутренней связи, — пусть знают, что мы идём. А то подумают, что окружили, стрелять ещё начнут.
— Есть!
Две жёлтые сигнальные ракеты с шипением взмыли в небо. А вскоре впереди начали взлетать красные дымовые шашки. Ровно три сигнальные ракеты. Старинный сигнал, что в бой вступает Небожитель.
— Стоять! — приказал Зорин, завидев зарево на том берегу. — Опять началось. Фотоаппарат приготовили?
— Рябина-3! — раздался голос Бронина в шлемофоне. — Это Рябина-1. Приказываю продвигаться.
— Повторите приказ, Рябина-1, — удивился Зорин. — Там сигнал номер три!
— Продвигаемся, Рябина-3, — повторил Бронин.
— Есть! — отозвался Зорин.
В бой пошли и другие подразделения десанта. А когда крепости вышли на позицию для заградительного артиллерийского огня, Зорин не удержался и открыл люк, глядя на это.
— Вот это пошло дело! — протянул он и снова посмотрел вперёд, где зарево становилось гуще.
* * *
— Сержант, все на месте? — спросил лейтенант Шульгин, едва отдышавшись.
— Так точно! — сержант Музыкант пересчитал всех по головам всего за несколько секунд. — Все на месте, никто не потерялся.
На точке встречи разведчики объединились со вторым взводом лейтенанта Громова. И уже оттуда видели, что происходит на поле.
— Когда-то мой далёкий предок умел такое, — произнёс Громов.
Землю вдали снова тряхнуло, по ней прошла трещина. Но её почти не было видно, потому что вспыхнула ещё добывающая вышка, и яркий столб огня поднялся ввысь. Землетрясение усиливалось, а сверху, помимо едких туч чёрного и густого как масло дыма от горящей нефти собирались красноватые тучи.
Красные молнии били с неба, фонтаны нефти поднимались из вышек, которые ломались, а войска, которые до этого перегруппировались на поле, пытались уйти.
Но пожары и дым мешали манёврам.
— Рация барахлит, — сказал радист.
А на поле она вообще могла отключиться, как уже бывало во время атаки Небожителя.
Бах! Очередная ярко-красная молния ударила с неба. Затем раздался взрыв, когда крепости, несмотря на первоначальные запреты, открыли огонь. Потому что дело пошло, и уже надо давить.
Уже вскоре огромное поле пылало. Но и это не всё. Холм вдали раскололся, из трещины посыпался дым, а затем полетели раскалённые горящие камни. Хлынула красная магма, дыма стало больше, и его тянуло на восток, и вражеская авиация постепенно отходила. Их вертолёты не летали, а колонны бронетехники пытались найти, куда уйти.
— Наши, — Шутник показал на долину.
Отступающие колонны дискремской бронетехники наткнулись на танки Огранских РВС. А тем временем десант занимал новые высоты, чтобы удержать до подхода основных. По плану они должны были направить врага туда, куда нужно всем, мешая вырваться противнику из окружения.
А затем вулкан начал извергаться ещё сильнее. Но в тучах удушливого дыма от горящей нефти это уже почти не было видно.
* * *
— Климов набрался сил, дорогая, — сказал узурпатор, наблюдая за извержением вулкана с безопасного расстояния. — Уже стал сильнее нас.
— Зато нас двое, — отозвалась Анна Хардален и сжала пальцы в кулак. Он начал белеть. — Вызвать бурю?
— Нет. Нашим войскам надо отойти, и так связь барахлит. Война ещё не закончилась. Где твой брат?
— Мне кажется, это поражение его добило, — она задумалась. — И я думаю, что он уйдёт.
— Это плохо, — произнёс узурпатор. — Ведь ваш с ним отец этого и добивается. А мы не успели…
* * *
Я наблюдал с неба за происходящим, пока это было возможно, но дым всё скрыл. Отдал приказ вернуться в штаб. Меня морозило, старые раны заныли, а шар, который будто поселился в моей голове, пульсировал, словно выпускал шипы.
Но мало было вулкана и молний. Да и одной только горящей нефти бы не хватило для победы. Если бы войска не пошли в бой, враг бы вырвался. А так одна из клешней наступающих танковых сил, которая пыталась нас окружить, сама оказалась в ловушке между горящими полями и вулканом с одной стороны и позициями имперской армии с другой. Да и второй досталось не меньше.
Какие-то части врага сдавались, но большая часть армии узурпатора прорывалась на север, чтобы закрепиться в горах. Мы бросили туда десант, но операцию пришлось свернуть, потому что там дым и извержение вулкана мешали уже нам, а не врагу. И чтобы не положить людей, мы приказали остановиться.
— Хорошо поработали, Станислав, — сказал я, когда вылез из вертушки.
— Да, Дмитрий, — вид у Варга был уставший. — Пришлось убедить всех этих генералов, что надо не стоять на месте, а атаковать, когда всё горит. Но у меня получилось.
— Осталось добить.
Вскоре гвардейский майор из дворца принёс приказы мне и Станиславу: немедленно прибыть в ставку для разбирательств.
— Вы за это ответите, — пообещал адмирал Климов, встретившись нам по пути.
— За победу? — спросил я.
— Победа была вопросом времени, — отмахнулся адмирал. — А вот за самоуправство и экономический ущерб придётся ответить!
— Враг почти нас окружил. А мы не дали кольцу сомкнуться.
— Император меня услышит, — пробурчал он.
— И сделает разумные выводы, — сказал я.
Если раньше у нас были натянутые отношения, то теперь начиналась откровенная вражда. А пробившийся на самый верх Климов очень поднаторел в интригах. Он же избавился от узурпатора в прошлый раз…
* * *
Ставка размещалась в самой столице, в бункере под дворцом. В городе, конечно, всё это время была паника, жители опасались, что враг войдёт внутрь, поэтому уже бывали случаи мародёрства и грабежей. Но внутренние войска жёстко подавляли это.
А затем новость, что узурпатор отступает, воодушевила. Впрочем, праздновать на улицах никто не решился, потому что артиллерия врага ещё доставала до города.
Нас привезли в центр на бронемашине, но оружие не забрали. Генерал Кондратьев прибыл на разбор ещё раньше, но вид у старика, когда мы встретили его в приёмной, был довольный.
— За эту нефть они готовы проливать кровь, — заметил он с усмешкой. — Даже нашу. Хотя, говорят, без неё будет тяжело. Выгорело слишком много, придётся закупать за морем.
— Нам обошлось бы это всё куда дороже, — сказал я, — если бы узурпатор удержался на этом поле.
— Совершенно верно, Климов. И всё же… я думаю, что вы готовы.
— К чему?
Кондратьев вместо ответа показал на толстую дверь.
* * *