Никита Киров – Дети Левиафана (страница 71)

— А чего это вы тут валяетесь? — спросил мальчишка, который мечтал о баронском титуле. — Решили вздремнуть?

Он захихикал. Зелёный луч застыл у него на лице.

— Прыгай вниз! — крикнул Людвиг. — Они стреляют!

— Да с такой дистанции…

Пуля сорвала шлем с мальчишки вместе с верхней частью головы и отбросила далеко назад. Со стороны города донёсся звук очень громкого выстрела. Тело упало в траншею.

— Знаешь, — сказал Эйнар и встал, пригибаясь. — Я от тебя ни ногой. Идём к капитану?

Людвиг кивнул. Томас говорил, что ему разрешат вернуться. Просто посидеть в траншее, а потом сбежать, опять. Остаться трусом? Значит, не подавал никаких надежд? Не вырос мужчиной? Ну уж нет, он покажет, что кое-чему научился. Пролетающие ядра из пушек пробуждали в нём воспоминания первого боя, яркие, будто случились только вчера. Сердце падало при каждом пролёте, одежда промокла от пота. Но страх, хоть и сильный, не мог одолеть раздражение и злость. Неужели всё, что Людвиг испытал, было напрасно?

Ну уж нет.

Глава 10.3

Заревели боевые трубы, кто-то начал бить в барабан. Смертники заорали, но их крики заглушила пальба. На стенах города поднялось настоящее облако из порохового дыма. Эйнар пригибался, над головой пролетали сотни пуль, жужжащих как пчёлы. Они разбрасывали землю, разламывали доски, которыми были укреплены стены траншеи и пробивали любого, в кого попадали. Бегущего следом рыцаря в толстой кирасе превратили в решето. Будто стреляло несколько тысяч мушкетёров, но боденских стрелков всего две дюжины.

— Стой! — Людвиг схватил Эйнара плечо и притянул к себе.

За воротник насыпался песок. Простреливали именно это место. Островитянин тяжело дышал, мокрые волосы прилипли к грязному от земли лицу. Кто-то кричал, совсем рядом, но затих после очередной очереди. Боденцы продолжали палить из своих древних ружей. Какие-то пушки громко бухали и стреляли редко, а какие-то быстро хлопали, выпуская кучу свинца в атакующих. Всего две дюжины остановили несколько сотен.

— Пошли! — приказал Людвиг и бросился первым.

Пули летели вокруг, но траншея, забитая трупами, вдруг стала безопасной. Рыцарь пробежал до следующей, посмотрел на стену, почти невидимую в туче порохового дыма и спрятался за углом.

— Ждём!

Эйнар пытался отдышаться. Пробежки под скорострельными пушками ему точно не хватало в этой жизни. Правая рука билась в судороге. Выстрелы гремят совсем рядом, над землёй столько густого дыма, что исчезла даже Стеклянная башня. Древнее оружие в руках боденцев или грубые копии под старину не предназначены для простого дымного пороха. Но менее смертоносным оно не стало.

— В бой! — крикнули впереди и раздался жуткий свист.

Начал бить барабан, заглушая всё вокруг. Из траншей поднялась первая волна атакующих и их встретили плотным огнём. Людвиг пробирался дальше, без проблем ориентируясь в густом пороховом тумане. Эйнар наткнулся на мальчишку-барабанщика, пули изрешетили тело и разнесли инструмент на кусочки. Вторая волна смертников ютилась ближе к земле, чтобы их не задело, а первая почти достигли стены, где дым был гуще всего, и уже карабкалась по грубым камням.

— Ну вы где-то там застряли? — рявкнул Каннан. Пуля сбила перо на его шляпе, и он выругался. — Я набрал людей! Сейчас в бой пойдёт следующая волна, мы одновременно с ними!

Ещё одна приманка из пары сотен человек, всё для того, чтобы малый отряд добрался до дыры в земле. Но в этом аду они бы и так погибли.

— Мы готовы, — сказал Людвиг.

— Да я не спрашивал, готов ты или нет! Идём сейчас, вместе со всеми, но в другую сторону.

Рядом с капитаном сидит тот синий плащ с разрубленной мордой, Джес, несколько наёмников бывалого вида и пара рыцарей. Ну и сапёр Мюррей, который спешно поглощал содержимое фляжки.

Дым стал ещё гуще. Впереди слышен звон стали, кто-то уже забрался наверх. Некоторые смертники уже отступали. Выстрелов не было, боденцы, несмотря на все свои теки, через такой дым не видели.

— Готовьтесь, — капитан держал в руке металлический свисток.

Он выглянул и засвистел так громко, что заложило ухо.

— В бой! На ворота! Альба!

Воины вылезали из траншеи. Стрелки открыли огонь, почти наугад. Каннан с проворством, неожиданным для его тучности, забрался наверх, помог подняться сапёру, и вдвоём они помчались налево. Там, среди груды обгоревших брёвен, должен быть проход.

Эйнар поднялся и пустился следом, чувствуя дующий в лицо ветер. Облако порохового дыма сносило в сторону.

— Быстрее! — Людвиг ударил в спину.

Бежать в траншее было не так страшно, как наверху. Хоть один взгляд со стены и всей их группе конец. Туман развеялся, и боденцы начали стрелять по штурмующим в упор.

— Да не стой ты!

Людвиг подгонял, как заправский надзиратель ленивого раба. Эйнар уже не мог дышать, но если он остановится, то умрёт. Выстрел со стены был таким громким, что его почувствовала кожа. Бегущего впереди рыцаря снесло вбок, будто его ударили гигантским молотом. Наёмник, которые почти добрался до прохода под землю, рухнул вниз. В кого же теперь целятся?

Словно кувалда ударила в спину. Трава подлетела и стукнула в лицо. Сетка древней брони не пробита, но как же больно. Эйнар едва поднялся на колени, но встать дальше не мог. Сейчас стрелок прицелится получше…

— Он заряжается! Эйн, вставай! — Людвиг склонился над ним. — Помогите! Кто-нибудь!

Сапёр пробежал мимо, но Джес подскочил с другой стороны и помог встать. Вдвоём они донесли Эйнара до развалин и сбросили вниз без всяких церемоний. Только чудо, что он не сломал себе шею и остальные кости. Рыцари спрыгнули следом.

— Эйни, ты цел?

— Угу.

— Ты сука, зачем ты полез в это дерьмо? — Людвиг вытер лицо и тяжело выдохнул. — Я думал, ты всё. Идиот.

Эйнар встал на колени. Сильно болела спина.

— У тебя там кольчуга? — Джес достал из дыры в жилете смятую пулю размером с палец.

— Что-то вроде, — прохрипел Эйнар.

— Крепкая, должно быть.

Людвиг выглянул наверх.

— Быстрее! — крикнул он. Каннан успел и спрыгнул вниз, а вот последнего рыцаря настигла пуля.

Капитан долго не мог отдышаться.

— Кто ещё жив?

Уцелели только Эйнар, Людвиг, сапёр, Каннан и синий плащ. Звуки выстрелов продолжались, но вскоре затихли.

— Вот теперь надежда действительно потеряна, — проговорил Джес. — Форлорн Хоуп пал.

— Мы ещё живы, — пробормотал капитан. — А вот тем да, конец. И мы должны сделать всё, чтобы они не погибли зря.

Откуда-то со стороны лагеря донёсся громкий печальный гул трубы. Людвиг вздрогнул.

— Сигнал отступления? — удивился Джес. — Для смертников?

— Такое я слышу впервые, — сказал капитан. — Но наша работа только началась. Мы должны понять, можно ли открыть дверь, есть ли там проход, и знает ли о нём гарнизон. Не так уж сложно, верно? Если они о нас не знают, мы откроем ворота сегодня ночью. Красный плащ, ты идёшь первым, — распорядился Каннан. — Нордер, ты с ним. А мы прикрываем вам спины, если сукины дети решат спуститься с этой стороны.

— Не решат, — сказал сапёр. — Они боятся того, что под городом. Будем надеяться, что вы знаете, что делать. Потому что я, сука, не знаю ни хрена.

— А какая разница, где помирать? — Джес приготовил пистолеты. — Штурм провалился, мы бы всё равно сдохли.

— А вдруг демон Вечного заберёт наши души? Зря я сюда вернулся, сука. Ох, зря.

— Сначала посмотрим, что это за дверь, — Эйнар достал лихтер. Вид древнего тека подействовал на отряд к лучшему. Тревога капитана и синего плаща ушла, даже Мюррей успокоился.

— Никогда бы не подумал, что обрадуюсь, увидев помойную крысу, — Джес ухмыльнулся своим разъехавшимся ртом. — Но будь я проклят, я действительно этому рад, друг. Пойдём, зададим этой твари жару.

— Как далеко вы подкопались? — спросил Людвиг.

— Почти до стены, — ответил Мюррей. — Хотели заложить порох, да вниз провалились. А там дверь. И все мои ребята остались.

— Все три человека, — добавил капитан.

— Я их знал всех лет двадцать. Ещё у старого герцога служили. А ты, толстожопый увалень, потерял сегодня несколько сотен и тебе похрену.

— Если выберусь отсюда живым, выпью за каждого в списке.

— Я вообще пить брошу, сука.

Пришлось пригибаться, но проход сделан на совесть, даже расставили подпорки. За шиворот насыпалось ещё земли. Впереди показался фундамент каменной стены и дыра под ним.