Никита Киров – Дети Левиафана (страница 61)

Белль отодвинулась и убрала нож.

— Говори.

— Мне нужна помощь, — он потёр лицо. На кончиках пальцев осталась кровь. — Я слышал, что у тебя много влияния в этом месте. Используй его и освободи моего друга.

— А почему ты не пришёл с этим к Алеку?

— Я хотел, но он…

— Безумный психопат, у которого стояк при виде чужих внутренностей? — Белль засмеялась.

— Что-то вроде.

— И как я освобожу твоего друга? У него смертный приговор, заверенный Советом, даже Алек не сможет ничего сделать, он пока ещё не готов так сильно конфликтовать с директорами. Разве что решит их вырезать.

— Ты же Близнец, придумай.

— Ну здорово! Придумай, — Белль подошла налить ещё. — Что мне с того? Начинать открытую войну, чтобы узнать какую-то информацию? А с чего ты взял, что для меня она важна? Ты же варвар, тебе даже простая лампочка кажется чудом.

— Сеть заперта, к ней нужен доступ, — сказал Людвиг. — Ключи, чтобы открыть её. Я не знаю, как это работает, да. Но что такое замок и ключ, я понимаю.

— И откуда ты знаешь, что это Инфосеть, а не что-то другое?

— Мы нашли ключи, но сначала не поняли, что это. Но с их помощью получилось запустить Сеть, ненадолго. Потом мы встретили Старца и он рассказал, насколько это важно.

— Старца? Какого Старца?

— Из Терциума.

Белль перелила вино через край и не сразу это увидела.

— Один из них жив до сих пор. Он висел перед нами образом себя прежнего, но тело находилось в коконе из зеркального стекла. Внутри был только скелет с чёрным сердцем.

— Где ты его видел?

— Неважно. Мы повздорили из-за Сети, и я чуть его не убил, — Людвиг попробовал улыбнуться. — А перед этим он рассказал о Терциуме, Сети и гибели Старого мира.

Белль задумалась.

— Отец много говорил об этом. Его голограмма, если быть точнее. И о Терциуме, и о Пророке, и о планах восстановить прошлое. Ну и что они сами погубили Старый Мир. Отец сказал, что как только узнал о Директиве Молот, то решил, что ему не по пути с Терциумом. Будто раньше об этом не знал, — она усмехнулась. — Он собирался пробудиться позже оговорённого срока, чтобы про него забыли и не ожидали удара. Так и сделал, но сам Терциум не дожил до пробуждения. Сильных врагов у отца не было, и он начал строить свой собственный мир, как считал правильным.

Она осушила стакан двумя глотками.

— Все годы Похода отец искал Инфосеть, но не нашёл ни единого намёка. И вот ты говоришь, что знаешь об этом. Учти, что хоть я и не Алек, но с предателями и лжецами обращаюсь не мягче.

— Сначала пообещай, что вытащишь моего друга.

— Обещаю, если информация того стоит.

— Она того стоит.

— Обещаю, — она подняла правую руку вверх.

Людвиг достал капсулу.

— Неплохая побрякушка, — сказала Белль. — Что внутри?

— Ключи, которые мы нашли в одном древнем убежище.

— Дай проверить.

Она вырвала устройство, умелым движением открыла корпус и в воздухе появилась картинка. Близнец водила по ней пальцами, что-то разглядывая. Чем дольше она смотрела, тем более сосредоточенной становилась.

— Сначала мы думали, что это сбой, — сказала она. — Но Инфосеть действительно работала, мы смогли даже узнать источник, откуда пошла передача. Правда, там было только взорванное убежище, на обломках которого воевали между собой люди Младшего, Быка и храмовники. Мы не нашли ничего полезного, а судя по тому, что Пожиратель Скал не штурмует крепость, Бешеный Бык тоже ушёл с пустыми руками. Ответь, а при включении Инфосети использовались стандартные хабы первой версии или подключились напрямую к спутнику?

— Это я не знаю, — Людвиг отставил пустой стакан. — Сеть запустила бывший храмовник, она знала, что делает. Но через несколько минут всё погасло, будто что-то блокировало вход.

— Ну конечно, — Белль прыснула от смеха. — Вы же варвары, где вам в этом разобраться? Надо было делать по уму, а не спамить запросы на все устройства, вот вас и залочили. Где вы нашли эти данные?

— Мы их нашли в…

Людвиг замолчал и вгляделся в глаза Белль. Они совсем не смотрелись на её красивом лице. У Близнеца взгляд опасного человека. Она лучше, чем Алек, но это не значит, что ей можно доверять.

— Расскажу всё, когда вытащишь моего друга, — он выхватил капсулу из её руки. — И отдам тебе это.

Белль рассмеялась, хотя её глаза сверкали молниями.

— Ставишь мне условия? Ну смотри, парнишка.

Она провела пальцем по его лицу, обводя шрамы.

— Твои данные повреждены и неполны. Но это достаточно для… для многого. Можно склонить весы и повысить ставки. Послезавтра ты увидишь своего друга, я обещаю.

— Послезавтра?

— Да. Послезавтра будут бои на арене.

— Алек говорил.

— А он говорил, против кого будет драться?

— Какой-то заключённый.

— Алек выйдет против твоего друга, — сказала Белль. — Ты вовремя пришёл ко мне.

— Он соврал, — пробормотал Людвиг.

— Удивлён? Но мне можно верить, я никогда не обманываю, — Близнец взяла его за руку. — Для него чужая жизнь не стоит ничего. Хорошо, что ты доверился мне, я вытащу вас обоих.

Она погладила его по бедру.

— Не хочешь остаться?

Он посмотрел на неё. Она красивая. Но её глаза. Ей нельзя верить. А где-то далеко горюет Ханна.

— Нет, лучше я пойду.

— Хорошо, — Белль сделала вид, что обиделась. — Но если расскажешь Алеку о нашем разговоре… я найду тебя где угодно. И уничтожу. Жди, я пошлю за тобой.

Эйнар за эти дни привык спать на земляном полу и справлять нужду у всех на глазах. Да и открывающая решётка больше не пугала. Через сон слышно, как о чём-то говорят тюремщики.

Кто-то настойчиво тыкнул в плечо.

— Готовься, — прошептал какой-то мужик с ничем не примечательным лицом.

— К чему?

— Время пришло.

Эйнар поднялся, откинув слипшиеся волосы и вытерев щетину от земли. Неужели сюда засадили шпиона ради него? Какая честь.

У клетки стоял легионер и несколько надзирателей.

— Приведите Большого Барта, — сказал он. — Завтра поединок, время сильнейшего бойца.

— Но ведь он уже проигрывал, — старший тюремщик прикрывал нос платочком. — Ребята говорили, что его избил один из новичков.

— Да? — легионер удивился. — И кто его побил?