Никита Калинин – Падший (страница 39)

— Где сейчас Пикассо? - соображая, крикнул я Зарипу. Мы не могли уйти отсюда ни с чем!

Колдун явно не собирался сдаваться и уж тем более бежать. Он небрежно указал на стену слева, как если бы отмахнулся от шмеля, надумавшего приземлиться на его размякшую на солнце халву. Затем с кряхтеньем уселся на пол, предварительно постелив небольшой коврик, и принялся шептать заговор, отчего лоза по контуру двери сразу же пришла в движение. Бормоча на родном языке, Зарип закрыл глаза и начал раскачиваться.

В коридоре громыхнули выстрелы и послышались крики: сначала бойкие команды, почти сразу сменившиеся воплями и рыком. Не на миг не отпуская руки Леры, я подскочил к стене, на которую указал колдун, притянул девушку к себе:

— Прижмись!

И, обняв её за плечи как можно крепче, уволок за собой сквозь толстую бетонную перегородку. Мы очутились в пустой запертой комнате, полной хлама, остатков жизнедеятельности и скомканных плесневелых матрасов. Похоже, здесь встретил закономерный финал своей зависимости не один десяток людей…

Но никаких следов присутствия колдуна Пикассо тут не было.

— Валим, чел! - дёрнула за руку Лера, но я был настроен более чем решительно. Снова увлекая за собой ведьму, перешагнул через горы рваной одежды, клочков полиэтилена и оплавленного пластика, чтобы добраться до противоположной стены.

И в этот момент дверь в комнату с треском вылетела. Лера вскрикнула, внутрь ввалился вопящий спецназовец почему-то без огнестрела, который неистово размахивал перед собой армейским ножом. Он словно с ума сошёл, отбиваясь от пустого места и матерясь. Но вдруг слева от него повалился матрас, затем хрустнул пластиковый “гусь” с головой из фольги, сделанный из полторашки, и что-то незримое рывком подняло его в воздух. Орденец завопил ещё сильней, попытался отмахнуться ножом, но у него ничего не вышло. В следующий миг невидимый яг Супербиа из-под самого потолка с силой врезал его в бетон, спецназовец сдавленно крякнул и захрипел.

Имя Абитус вспыхнуло опять, я дёрнул к себе ведьму, и мы, не дожидаясь развития событий, провалились сквозь следующую стену. И вот эта комната уже была обжитой, и вне всяких сомнений какое-то время принадлежала тату-мастеру. Которого, правда, в ней не оказалось, и притом ушёл он буквально только что! Твою мать, пока мы выясняли отношения с этим гнусавым, Пикассо всё это время был прямо тут!

— Он сбежал!

Я выматерился и первым делом подпёр дверь деревянным стулом. Смех, но хотя бы что-то. В коридоре шёл бой, и пара ягов Супербиа, похоже, неплохо так теснила спецназ Ордена.

— Надо осмотреть его вещи, чел! Колдун без атрибутов пустое место! - видимо всё же приняв мысль, что просто так мы отсюда не уйдём, Лера бросилась к старому комоду, часть ящиков которого была выдвинута.

— Что мы ищем? - я вывалил содержимое пары дорожных чемоданов, но в них находились только вещи.

— Дай сообразить, - немного присев из-за выстрелов за стеной и выставив в стороны руки, разноглазая ведьма с множеством белых кос сделалась героиней компьютерной игры - ну просто точь-в-точь! - Какой-нибудь сборник рисунков. Альбомы. Или пузырьки с чем-нибудь… Тушь. О, сумка! - радостно выкрикнула ведьма и подскочила к заваленному всякой всячиной столу. На нём стоял старинный кожаный саквояж коричневого цвета, раскрывающийся на манер жабьей пасти. Внутри оказалось примерно то, что перечислила Лера.

В одну руку я схватил этот саквояж, а в другую сгрёб ведьму. И уже приготовился, зажигая у стены нужное Имя, как вдруг дверь в комнату Пикассо медленно раскрылась, а подпиравший её стул с сухим треском сложился, как и не было его. Я увидел двоих. Первый прятался за спиной второго, и это без сомнений был не кто иной, как сам Пикассо: загнанного вида хитроватый старикан, похожий на Хоттабыча, который на вписке с панками по неопытности перебрал с веществами и теперь вынужден носить на лице чуть ли не вытатуированный член. А вот второй…

Его движения не были быстрыми, как у вампира, нет. Наоборот, слишком плавными даже. Просто никак не получалось уловить какое-либо его движение целиком, отметить чёткое начало его и понятный, обозначенный конец. Как если бы чувак пребывал в раскадровке, в постоянном хаотичном разнообразном скольжении в пространстве. Он был словно бы ожившим персонажем недоснятого кино, сбежавшего прямиком из монтажной! И его лицо… оно не выражало ничего и казалось ненастоящим, будто бы суперреалистичной силиконовой маской какой-то: пустые остановившиеся глаза были стекло стеклом и мимика отсутствовал напрочь!

— Что это такое… - сглотнула моя спутница.

А мы с этим существом смотрели друг другу в глаза…

Пикассо указал на нас с Лерой и хотел что-то крикнуть вошедшему типу без эмоций, но ждать я не стал - уже привычным движением протянул нас сквозь стену, за которой лежал один из спецназовцев. Только вот в захламлённой комнате мы не сделали и пары шагов, а в проёме уже снова возник этот бездушный тип, уставившийся опять чётко на меня. В следующую секунду я угадал его порыв в мою сторону. И он бы настиг нас, точно. Да только вот в комнате притаился яг…

Невидимый пёс Супербиа отбросил его обратно в коридор и повалил, зарычав как самый настоящий зверь. Пробивавшийся сквозь азарт инстинкт самосохранения не позволил досмотреть их схватку, и я в очередной раз провёл нас сквозь стену, обратно в чертоги Зарипа, как раз в тот момент, когда над распластанным по полу прототипом вспыхнул вдруг какой-то странный свет.

— Вы убили предателя? - не шевелясь, без особого интереса спросил нас колдун.

Народу в комнате прибавилось. В углу всё ещё хлопала проясняющимися глазами ничего не понимающая девушка, а возле Зарипа грозно дышал безразмерный яг Фуфел. Только теперь у разбитого окна, запрокинувшись назад, словно бы под тяжёлой дозой наркоты, стояли два спецназовца, не успевших даже отстегнуть страховочные тросы.

Ответить я не успел - в коридоре, прямо напротив входа из воздуха возник второй пёс Супербиа. Никто почему-то не стрелял в него, хотя я слышал голоса спецов, но при этом и яг стоял замерев, словно загипнотизированный. Слева из коридора приближался свет. Ровный, не слишком яркий и… белый. И за секунду до появления я будто бы даже знал, что это будет за свет.

Прототип вышел к ягу с развёрнутой настеж грудью. Пёс Супербиа не шевелился, его руки повисли, а глаза застыли, вмиг растеряв всю ярость боя - он ни на секунду не мог оторваться от белого света, источаемого Пламенем странного орденца! Яга будто бы выключили нахрен!

— Это что за… - Зарип поперхнулся собственным заговором и распахнутыми глазами уставился на происходящее. Лоза по контуру дверей остановилась…

Откуда-то громыхнул одиночный выстрел, и голова яга, расколовшись надвое переспелым арбузом, по инерции утянула назад остальное тело. Прототип развернулся к нам, и грудь его была по-прежнему развёрнутой.

— Не смотри! - булькнул губищами Зарип, но его яг уже с каким-то странным облегчением выдохнул, пойманный в ловушку белого света:

— Тепло…

И в эту секунду произошло сразу две вещи. Мы снова встретились с типом взглядами, после чего тот вмиг свернул своё гипнотизирующее свечение и, наплевав на угрозу от громадного Фуфела, целеустремлённо двинулся на меня. А несчастная девушка в углу надумала выйти.

Она была не причём. Она была обыкновенной накроманкой, которую пользуют все и вся, и за жизнь и душу которой Орден-то и боролся. Но прототип вмял её в стену, когда она оказалась на его пути ко мне. Простым движением, каким обычно отводят в сторону мешающего проходу постороннего, только чересчур сильным, со смачным ударом головой о бетон в конце. Оставляя кровавый след, девушка замертво сползла на пол.

— Че-е-ел?!

Имя Абитус разверзло под нами пол, и мы с Лерой рухнули на голое перекрытие пола с высоты второго этажа. Это было неожиданно и больно даже для меня самого. Вернув себе дыхание, я поднялся и тут же наткнулся взглядом на лежащий в коридоре за дверным проёмом матрас с пятном точно по центру, который я полчаса назад отправил сюда из коридора этажом выше. И хорошо ещё, что сразу зажёг наше спасительное Имя.

Он наплевал даже на Зарипа и яга, его охранявшего! Мы и опомниться не успели, как прототип с разгону выскочил прямо перед нами уже на этом этаже! Но он вдруг угодил на тот самый матрас, который по инерции протащил его ещё пару-тройку лишних метров. Это-то и дало нам время, чтобы я принял лучшее решение. Вместо того, чтобы в очередной раз провалиться на этаж ниже, я рывком увлёк нас вправо, в соседний подъезд, который соединялся одним коридором с этим только на верхнем этаже.

Мы угодили в кромешную темноту и потратили какое-то время, чтобы раздобыть свет. Но ещё до того, как Лера включила на гаджете фонарик, я ощутил, что помещение полно медленно остывающих людей. Полуголые, едва шевелящиеся, они не издавали ни звука, валяясь на треклятых матрасах повсюду, как в грёбаной кладовой! Внутри меня что-то взрокотало, и я рывком, слишком сильно потянул ведьму за собой.

— Больно! - пискнула она.

Мы выскочили в коридор и бросились к лестнице. Но и тут всюду медленно таяли люди. Казалось, даже холодные стены чёртовой хрущёвки имели больше жизни, чем все эти утлые вместилища белого огня…