Никита Калинин – Падший (страница 24)

Когда я вернулся в дом, Лера придирчиво разглядывала купленные на маркетплейсе вещи, а её брат занимался украшательством пиццы - сыпал на неё какую-то зелень и тёр дополнительный сыр. И притом с таким явным неудовольствием на лице, чтобы я наверняка понял - еда на заказ в их доме редкость. С момента, как я впервые увидел зелёную “Ладу”, и моя жизнь покатилась в тартарары, я съел столько пиццы, что черепашки-ниндзя обзавидовались бы.

Первым делом я запросил у хозяев душ. И был им благодарен за него даже, наверное, больше, чем за прямое спасение жизни.

— Прикинешь? - когда я вернулся, Лера протянула хорошую такую, тёмно-синюю рубаху и классические, без модных наворотов, джинсы.

— Может, обойдёмся?.. - неуклюже попытался съехать я. Ну не было у меня привычки принимать подарки от малознакомых людей. Даже от эффектных девушек.

— Ты выглядишь, как бездомный, - не поднимая головы от “готовки”, прогудел лысый колдун. Я был готов поклясться, что, не сходи я в душ, он непременно добавил бы “и воняешь так же”. - Оденься. Пусть на обед и пицца, но в таком виде я тебя за стол не пущу.

— Давай-давай!.. - дожала меня ведьмочка.

В итоге, когда они вдоволь нашутились про мои слова, что я обязательно переведу стоимость вещей, как только куплю другой смартфон, мы всё же сели за длиннющую барную стойку, которая заодно исполняла у них и роль обеденного стола. Лера собрала белые от самых корней косы в толстенный хвост, в то время как её “братанчик” налил нам с ней колы, а себе какого-то безлактозного, обезжиренного, безмолочного какого-то, молока.

— Молитву скажешь? - решил подколоть его я. - Или от неё даже твоё молоко скиснет?

Лера хохотнула и покивала, как бы говоря: “зачёт!”.

— Приятного аппетита, - не удостоив меня и взгляда, колдун начал аккуратно, почти даже манерно, есть своё колдунство. Принялся обедать и я, хорошенько добавив своим кускам чёрного молотого перцу.

Спустя какое-то время мы перебрались на громадный диван перед не менее громадным камином, который был тут же, в одном с барной стойкой помещении. По центру стоял лакированный журнальный столик, глянув на который я почему-то опять вспомнил Иосифовну…

Ведьма и колдун вкратце объяснили суть их плана. Который, к слову, родился у них уже давно, просто место гомункула, меня то есть, должен был занять кое-кто другой. Они же не рассчитывали, что к ним заявится недоделанный демон, получающийся не чаще одного раза в сотню лет! И потому для себя уже приняли решение всё же “продаться властям”. Никаких конкретных телодвижений сделать не успели, но в качестве покровителей выбрали хорошо мне знакомую, пусть и заочно, Семью Супербиа.

Деньги в таком щепетильном деле союзником быть не могли. А вот Пламень… Неспроста Лера называла его кайфом. И я хорошо понимал, почему. Белый огонь, попадая внутрь, действительно приносил удовольствие. Весьма недолгое, хоть и достаточно сильное. Но!

Вообще ни с чем не сравнимое.

Они планировали позвать в клуб представителей Семьи Супербиа, попросить предоставить им лицензию, как, возможно, стоило бы сделать давным-давно. А в качестве откупа за столь долгий срок работы на вольных хлебах уже приготовили немало Пламени в виде упакованного, готового к употреблению энергетика на разный вкус и цвет. Часть которого, вроде как, теперь предназначалась мне.

Это был целиком план самодовольного Рудольфа, который и не чуял, в какую жопу угодила его сестрица. Он честно полагал, что Крис испугается Супербиа. И что нужны ему тупо деньги. Поначалу, может, так оно и было.

— Короче, - подытожил колдун. - Крис должен вернуться в город послезавтра. Думаю, к нам в “Вертолёт” он припрётся сразу же. Поэтому предлагаю фигнёй не страдать, и уже сейчас дать гомункулу всё, что нужно.

— Я могла бы вечером…

— Братан, давай обычным способом наполним гомункула Пламенем, хорошо?

— Ну и валяй, хрен моржовый! - вспылила вдруг Лера и, скрестив руки, откинулась на диване.

Из этой короткой перепалки я понял только то, что ничего не понял. Бармен отточенными движениями расставил передо мной пустые вместимые бокалы. Я, предвкушая вкус Пламени, даже ощутил мурашки по спине. Интересно, а что чувствует в такой момент вампир?.. Этот их раскрученный фильмами и книгами знаменитый голод, он правда существует? Если так, то тянет их, получается, не к крови вовсе, а к Пламени, растворённому в человеческой крови. И чем больше его в жертве, тем хуже вампир себя контролирует…

Я украдкой глянул на Леру. Раз уж ведьмы способны вытягивать из людей, раскрывшихся под действием греха, белый огонь, то и накапливать его внутри себя они тоже были способны. Ну это тупо логика. А если так, то в любой ведьме по умолчанию значительно больше Пламени, чем в простом обывателе. Несравнимо больше. Получается, неспроста этого Криса так тянуло к Лере. И неспроста ведьма настолько боялась третьего нападения. Скорее всего оно действительно закончилось бы тем, что вампир, насытившись ею как женщиной, по итогу бы высосал Леру. Насухо.

— Думаю, пришло время посмотреть на эту вашу мамину книгу, - предложил я. - Если это возможно.

— Возможно, чё б нет, - Лера с охотой подскочила с дивана и взбежала по винтовой лестнице на второй этаж. А когда вернулась, положила книгу на стол передо мной. Я ждал чего-нибудь из ряда вон выходящего: переплёта, шитого настоящими телячьими жилами, какого-нибудь хитрого замка на цепях или уж таинственного магического свечения на худой конец. Но нет. Это была самая обычная, разве что крупная, книга в сером неприглядном дерматиновом переплёте без каких-либо надписей.

— Только руками не трогай, - навис рядом хренов лысый Голиаф с белыми бровями. Кажется, при взгляде на него я почти даже вспомнил дурацкую музыку, часто слышимую по телеку…

— А как он её листать будет, гений?

Я решил забить на тупое предостережение Рудольфа и открыл книгу. Только она могла рассказать обо мне хоть что-то. А может даже и всё. Коль уж такая демоническая ошибка не раз случалась в истории, хорошо было бы узнать опыт моих предшественников!

— Вы надо мной прикалываетесь, да?.. - не на шутку разозлившись, я едва не отшвырнул от себя книгу.

Она была пуста. То есть, в ней присутствовали какие-то единичные чернильные закорючки, похожие на язык пришельца из фильма “Хищник”, но ведь и всё! Ни рисунков, ни, сука, пояснений, кто я такой и как мне теперь со всем этим жить! Я открыл книгу в трёх местах: в начале, в середине и в самом конце. Но везде меня ждало одно и то же.

— Она ж пустая, ё-моё! - я изо всех сил старался не материться.

— Мамина книга не ошибается… - ошарашенно напомнил Лере Рудольф.

— А то я не знаю! Чел, я хэзэ, почему так. Я могу… прочитать её для тебя, если хочешь…

— Мамина книга не ошибается! - рявкнул колдун и схватил фолиант, словно бы вырвал своего кричащего ребёнка из-под носа у циничной и подвыпившей медсестры с грязным шприцом. - Если она не позволила себя прочесть, значит так и надо!

— Рудик, ты больной? - Лера попыталась пошутить, но её брат был сама серьёзность.

В этот момент я почувствовал, что близок ко взрыву. Да что со мной не так?.. Почему я ничего не увидел в книге, когда эти двое преспокойно её читают? Почему я не могу просто прочесть то, что и так могу узнать через ведьму? Что за грёбаный бред?! Странная реакция колдуна меня не очень заботила, он вообще почему-то относился ко мне предвзято. Уж не знаю, почему.

— Это-то хоть можно? - указал я на бутылку на противоположном краю стола и, не дожидаясь позволения, взял её. Горячая. Чистая похоть, понял я. Сладкая, почти приторная, как ликёр, с пряным послевкусием корицы и нотами жареного миндаля. Я откупорил, налил себе белого огня и залпом выпил. Надо же, нигде не ошибся!

Никто, естественно, не был против. Хотя бы потому, что бутылки с Пламенем тут для меня и стояли. Я налил себе ещё, ощущая лёгкий… не, не хмель даже. Около того, но нет. Словами такое не описать. Ближе всего, как ни крути, было короткое и пошлое слово “кайф”.

— Я ж сказал, что тащить в дом гомункула - плохая идея, - Рудольф вдруг опять заговорил обо мне так, будто бы меня не существовало.

— Братан, - изо всех сил стараясь сдерживать эмоции, ответила Лера. - Ты пообещал. Или забыл уже? Ты же сказал, что поддержишь любое моё решение! Ну? Чё? Вот оно, решение: я расскажу Саше всё, что прочитала о гомункулах сама. Мне. Так. Нужно.

— Добро, - сдался он с явным усилием над собой. - Я наверх. Если ему не хватит, достань запасы из подвала.

— Мы продали их, ты забыл?

— Ну тогда трахни его, ты же этого хотела!

И лысый здоровяк с белыми бровями и в белоснежной футболке в обтяжку, спортивненько так посеменил вверх по винтовой лестнице в обнимку с книгой.

— Точно, - щёлкнул пальцами я, вспомнив, на кого же всё-таки был похож этот напыщенный колдун Рудольф. - Хренов мистер Проппер!

— Чё?.. - не расслышала Лера.

— А, неважно. Ты будешь? - на автомате предложил я ей белого огня. Она отказалась, странно улыбнувшись при этом, и я выпил сам. Потом ещё. И ещё. От Пламени не получалось какого-то очевидного накопительного эффекта, как и не было усиливающегося. То есть, в момент пока ты пьёшь, и недолгое время после, ощущается чистое блаженство, которое нельзя ни растянуть во времени, ни усилить количеством выпитого. Только возобновить ещё одним глотком. Или немного изменить “окрас”, выпив вместо похоти, например, той же кислой зависти. И ощущения всегда были, как в первый раз.