Никита Калинин – Ловчие. Книга 2 (страница 4)

Единственное, что не особо укладывалось в мою теорию, была оговорка Виктора про Россию. Что таких мест всего два именно на территории нашей страны. При том, что размах моего проклятья едва ли ограничивался таковой. Не особо верилось, что нигде в мире больше ничего подобного нет. С другой стороны, он мог чего-то не знать. Нонго ж не докладывала ему, полумёртвому, по полной, когда нашёптывала способ разделаться с Сабэль.

Да и, опять же, проклятье-то именно рода Велес…

Получается, ещё один Проводник должен появиться в нашем роду. И под него уже заготовлено место. Нда, о проклятии и пророчестве стоило узнать побольше. И начать с расспросов Натали.

Выводы были очень интересными, но дальше разматывать клубок я не торопился. Так ведь несложно пойти по неверному следу, что куда хуже, чем просто неведение. Лучше повременить. Поразмыслить.

Я вбил в поисковик «Яндекса» запрос «стигийский клещ» и начал копаться в результатах. Поводов к недоверию Натали не давала, но и «слепым котёнком» тоже быть в этом отношении не хотелось. Слишком смазано всё вышло в пещере. Я не помнил, чтобы получал хоть какой-то урон. Тогда почему Натали пришлось меня вытаскивать?

Результаты разочаровали. Ничего стоящего про этого самого клеща найти не удалось. Да и не стоящего тоже: одни статейки про одноимённое насекомое, обитающее где-то в Греции, да упоминание о неизвестной рок-группе из той же Греции с таким же названием. «Стигийский» обозначало отношение объекта к Стиксу, великой мифической реке. И всё.

Вбив в строку «Выргонь», я сначала наткнулся на классическое изображение змееволосой Медузы Горгоны, и только полистав страницы, нашёл описание славянской богини. Если верить покойному Лао Бэю, Нюйву или Нонго у нас когда-то называли Выргонью и считали как младшей богиней смерти, так и хранительницей любви, что порою даже отождествлялось. Натали в юрте назвала её «женой тысячи мужей», чему я тоже нашёл объяснение. Нонго влюбляла в себя всех. К ней тянулись даже звери и птицы, загипнотизированные её жёлтым холодным взглядом, а о людях и говорить нечего было. Выргонь вступала в соитие с каждым, кто преодолел испытание смертоносным взором и дошёл до неё самой.

Следующим запросом было слово «Нюйва». И славная наша Вики убеждала меня, что это «одна из великих богинь китайского пантеона, создательница человечества, избавительница мира от потопа, богиня сватовства и брака». Только в отличие от славянской версии, выглядела Нюйва гигантской змеёй с красивой женской головой. И, помимо прочих малоизвестных мужчин, являлась женой бога Фуси, который тоже был своего рода змеем – луном. Так, оказывается, правильно назывался китайский бескрылый дракон. Ровно такой, какой предсмертным криком навлёк на Тайланд уничтожительное цунами. Он же, Фуси, считался и первым императором Китая.

Слопав по-тайски «Нонго», поисковик выдал видоизменённый Инь-Ян во весь экран. Нечто подобное имелось и у двух предыдущих ипостасей змеищи: у Нюйвы компас на змеиную тему, а у нашей Выргони – круглое, расколотое пополам зеркало в такой же оправе.

А дальше я прочёл предание, театрализованную постановку которого видел вживую на самой высокой горе Пхукета, чьё название хрен выговоришь. Действие предания было точь-в-точь переложено на сценарий, они не разнились ни в чём. Нонго считалась супругой Ненасытного Владыки Пхукета, победившего давным-давно все прибрежные княжества, что посмели поднять против него меч, и после смерти ставшего моим хорошим другом Претом. Она не отличалась супружеской верностью, но, «словно скользкая змея» умудрялась выйти сухой из воды после всякого обвинения в измене. Простые люди приписывали ей умение оборачиваться нагом или драконом, сбрасывать кожу и лишать памяти, а также ещё кое-какие сверхестественные способности. Эта Нонго единственная не имела ничего божественного в своей истории.

Судя по всему, все три «дамы» были разными персонами, но в то же время и одной. Получалось, что Нонго – мне так было привычней называть змеищу – часто жила одновременно несколькими телами. И не спала, если верить всё тому же несчастному Бэю, уже очень давно. Не удивлюсь, если и в мифологии стран, например, Южной Америки или Океании есть какая-нибудь любвеобильная змея-разрушительница.

Нда… чтобы наступить тебе на хвост, моя дорогая, придётся потрудиться. Впрочем, я готов. Именно для этого я восстановлю род и заручусь поддержкой других молодых родов. А может и не только молодых. И божественный статус Извечной тебя, гадина, не спасёт. Лучше б ты не просыпалась…

По запросу «Ассра» я не нашёл ничего стоящего. Попробовал повторить через другой поисковик, но тот вдруг заглючил. До отлёта оставалось ещё чуть более часа, а задница уже затекла от сидения. Я встал, надел наушники, включил ту самую «Владимирскую Русь», о которой вспоминал при виде своего храма, да и стал прохаживаться по полупустому залу ожидания. Жигуль не был бы Жигулём, не начни он коряво подпевать. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что в некоторых местах песни у гремлина вышел бы отличный дуэт с порою переходящим на ненужный хриплый фальцет солистом «Чёрного Кофе».

Очень жаль, что теперь я не узнаю почему Сабэль отказалась от права очищения и подняла меч против собственного рода. Причина почти наверняка была связана с Нонго. Или рождением их с дедом дочери. Тому не было никаких доказательств, я думал так чисто интуитивно, но всё же.

После «Владимирской Руси» началась какая-то невнятная хрень, которой ну уж точно не место в моём плейлисте. Я полез искать что-нибудь по душе и наткнулся взглядом на яйцеподобную иконку Алисы сбоку, что «с юмором» сообщала мне о необходимости взять сегодня с собой на прогулку лопату пошире. Что-то сработало в голове, и я вбил в поисковик запрос «род Ока». Мой брат принадлежал к нему. А я так ничего об этом и не знал. Серёгу ведь даже похоронить не удалось – тело так и не нашли…

Я готовился к любому результату, среди которых наиболее вероятным был бы полный винегрет в ответах, но только не к такому. Алиса со мной заговорила.

– В запросе отказано. Для получения данных необходимо соответствующее положение соответствующей касты.

По рукам пробежали мурашки. То ли я с ума сходил, то ли голос у этой ожившей нейросети был ну очень уж сексуальным. Не глубоким, не космическим, как у Сороки, а именно вызывающим стойкое желание… прикоснуться к его обладательнице. Магия какая-то.

Я встрепенулся и посмеялся над собой. Глянул на электронное табло – до посадки на рейс оставалось ещё прилично. Сидеть было невмоготу, ходить тоже осточертело. И, поддавшись ностальгии, я забил в поисковик такой запрос:

«Родина Елена лучшие проданные работы».

Я не так часто бывал в её мастерской, и ещё реже на выставках. Поэтому к собственному стыду знаком был едва ли с третью всего, что написала моя жена. Тем более с теми работами, которые уже находились в коллекциях ценителей искусства. И, как оказалось, там действительно имелось, на что посмотреть.

Тут были далеко не только портреты, но и изображения неведомых животных. Надо же, Лена писала всяческих полумифических чупакабр, а я и не подозревал об этом! Стало горько как-то и тошно, и я не всмотрелся толком ни в одно изображение. Пока, листая ниже, не наткнулся на фотографию жизнерадостной рыжей девушки, державшей картину моей супруги перед собой, как драгоценнейшую икону, отбитую у бусурман в международных судах.

Ниже виднелась подпись с именем – сияющую счастьем девушку звали Виталина Авдеева. Увеличив фото, я даже рассмеялся. Потому как обладанием картиной за авторством моей супруги несказанно гордилась не кто иная, как прирождённая рода Лель.

Та самая моя «соседка».

Глава 3

С самолётами у меня в последнее время складывались какие-то особенные отношения. Стоило взойти на борт под перевозбуждённое бормотание Жигуля, обязательно происходило что-то из ряда вон.

– Извините, – наклонилась ко мне круглолицая стюардесса, – вас просят в бизнес-класс.

– Кто? – нахмурился я, только-только приготовившийся поспать наконец. Натали недоверчиво цокнула языком, но состряпала вид «решай сам, ходячий глобус, я не вмешиваюсь ни во что».

– С нами в Москву летит Белый лама, – с придыханием поделилась стюардесса и подмигнула, словно бы тайну выдала.

– Кто?..

– О, ну как же… Разве вы не слышали о нём? Он… невероятный!

Я повернулся к Натали с немым вопросом, но та только плечами пожала. Решив, что это может быть очередной засланец Ганса, я коротко рассказал спутнице суть нашего с баварцем «недопонимания».

– На такой высоте никто не затеет стычки, Константин, – подумав, ответила полячка. – Даже во время родовых войн самолёты остаются зоной, свободной от кровопролития. Просто потому, что это самоубийственно. А какой авиакомпанией мы летим? – вдруг спросила она, провожая взглядом стюардессу.

– Есть разница?

– Большая. Какой? Я даже на посадке дремала…

– «Сибирские авиалинии».

– Не знаю, кому она принадлежит. Но сейчас войн внутри Вотчины нет, поэтому, думаю, опасаться нечего. Можешь сходить, поговорить. Этот лама наверняка ловчий из какого-нибудь калмыцкого рода, владеющего авиакомпанией. Возможно, у него чутьё на прирождённых, и он хочет завязать знакомство с молодым родом. Или… – Натали не договорила, прищурилась хитро-хитро и спросила явно уже о другом: – У тебя же нет ни с кем кровной?