Никита Исанов – При царе Горохе. Истории о гениях, злодеях и эпохах, которые они изменили (страница 2)

Ценили крестьяне Павла и за отмену телесных наказаний, дворяне же недолюбливали императора за его непредсказуемость и резкость. Павел старался делать все иначе, чем его мать Екатерина II, поэтому, став правителем, тут же частично ограничил действие Жалованной грамоты дворянству, по которой Екатерина предоставила им уйму привилегий и льгот. Так дворян, к их ужасу, за уголовные преступления при Павле снова стали телесно наказывать.

Но, как точно заметил Фонвизин, весь ужас павловского правления чувствовался в основном в Петербурге. Поэтому и заговор против ненавистного монарха сложился в среде петербургской аристократии. Главным действующим лицом разворачивающегося представления был столичный военный губернатор граф Петр Алексеевич Пален.

О заговоре против императора знал очень ограниченный круг людей. Пален посвятил в свои замыслы вице-канцлера Никиту Петровича Панина и братьев Зубовых – Платона, Николая и Валериана. Все остальные участники заговора, которых, как замечает Фонвизин, было около 60 человек, узнали о прожектах и действиях непосредственно перед дворцовым переворотом 11 марта за несколько часов до предполагаемого действа. И даже Леонтий Беннигсен, лично руководивший арестом императора Павла Петровича, был посвящен в планы только вечером 11-го за ужином у Зубовых. И вот что вспоминает Беннигсен:

«Было уже почти десять часов вечера, когда я к нему явился. Я застал у него его брата, графа Николая Зубова и трех лиц, еще не посвященных в тайну, из которых одно (Трощинский) служило в сенате и должно было отвезти туда приказ о созыве сенаторов на заседание, как только выяснится вопрос об особе императора. Граф Пален озаботился приготовить необходимые указы, начинавшиеся словами “по высочайшему повелению”. Правда, что шаг был опасный, но он был необходим, чтобы спасти народ от пропасти, которой он не мог избегнуть, если бы царствование Павла продолжалось».

Подготовлено Паленом все действительно было виртуозно. Он, казалось, позаботился обо всех моментах и форс-мажорах, которые могут произойти. Но главное, Пален заручился поддержкой Александра, старшего сына Павла.

«Часто видясь с ним, Пален всегда заводил речь о трудном и бедственном состоянии России, страждущей от безумных поступков отца его и не выводя никаких заключений, вызывал Великого князя на откровенность», – пишет Фонвизин.

Со временем Александр, хоть скрепя сердце, но все же дал согласие на свержение с трона своего отца, но, как вспоминает Адам Чарторыйский[2], мысль о лишении Павла жизни не могла прийти Александру в голову. Александр требовал, чтобы Павел остался жив, и это являлось главным его условием. И заговорщики пообещали ему это. Александр во время семейного ужина 11 марта был, как и всегда, чрезвычайно сдержан. Вообще, великие князья Александр и его младший брат Константин всегда вели себя сдержанно в присутствии отца.

«Сам же Павел, – как вспоминает паж Константин Карлович Бошняк, – сидя за столом в последний вечер был очень весел, чему-то много смеялся и беспрестанно перешептывался с сидевшим с ним рядом великим князем Александром Павловичем».

А меж тем до роковой минуты оставалось всего несколько часов.

Предлагаю взглянуть на то, как проходила завершающая подготовка и как осуществлялся план последнего дворцового переворота.

Император жил в только что достроенном Михайловском замке, где, как вспоминают современники, еще даже стены оставались мокрыми, не успев до конца просохнуть. Михайловский замок был выстроен как крепость с бруствером[3], водным рвом и с четырьмя подъемными мостами, которые вечером непременно поднимались. В этом убежище царь считал себя в безопасности от нападения. Караул в замке осуществлялся поочередно гвардейскими полками. Внизу на главной гауптвахте находилась рота со знаменем, капитаном и двумя офицерами. В замке гарнизонная служба отправлялась как в осажденной крепости, со всей военной точностью. После пробития вечерней зори весьма немногие доверенные особы, известные швейцару и дворцовым сторожам, допускались в замок по малому подъемному мостику, опускавшемуся только для них. Как раз таким очень доверенным лицом являлся адъютант лейб-батальона Преображенского полка Аргамаков, который обязан был докладывать Павлу обо всех чрезвычайных происшествиях в городе, будь то пожар или что-то в этом роде. Павел доверял Аргамакову, а потому даже ночью впускал его в свою спальню. Аргамаков знал все потайные комнаты и лестницы Михайловского замка как свои пять пальцев, а их там было бесчисленное количество. И на беду Павла, Аргамаков и стал главным проводником отряда Зубова и Беннигсена прямо в опочивальню уже спавшего императора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.