Никита Гузь – Глаза цвета неба (страница 8)

Я восторженно смотрел на Светлану, ожидая разглядеть на ее лице радость, однако после моих слов она почему-то сделалась серьезной, скорее даже озабоченной.

– Жизнь – это удивительный дар Бога нам всем! Как так можно говорить и поступать?!

– Нет! – замотал я головой. – Париж – это не город самоубийц! – Я начал сбиваться в попытках оправдаться. – Так просто говорят, что… На самом деле это город любви… Город…

– Город любви на небе, – мечтательно погрузившись в свои мысли, ответила Светлана.

Я замолчал, понимая, что это была не самая лучшая реклама Парижа, и дальнейшие мои объяснения могут сделать только хуже. К тому же, даже теоретически не знал, куда нам нужно лететь, уговори я своего ангела-хранителя на эту смутную авантюру. Будь я пилотом или диспетчером, показал бы направление, а так мы могли лететь непонятно куда и зачем. Я поднял голову и посмотрел вверх.

– О, идея! – воскликнул я, увидев, мигающую звезду в небе. – Могу же я удаляться от больницы?

– Если я рядом, то да, – Светлана все еще находилась в шоке от моей рекламы Парижа.

– Отлично! У меня появилась одна мысль.

11 глава

– Где мы? – оглядевшись, полюбопытствовала Светлана.

– В аэропорту! – довольный собой, раскрыл я одну из своих карт.

Светлана осмотрела полупустое здание. Как и всегда ночью, людей было очень мало, в основном все дремали на сиденьях. Киоски с различными товарами уже закрылись, а из всех заведений работал лишь ресторан. Несколько человек сидели за столиками и с сонным видом потягивали кофе, надеясь взбодриться. Правда, глядя на их лица, я начинал сомневаться, что это помогает. Мне же допинг не требовался, ибо я и так был бодр и весел от все еще бурлящей в голове задумки.

– Так-так, – подойдя к информационному табло, я принялся рассматривать список ближайших вылетов.

– Что ты задумал? – Светлана изучающим взглядом уже осмотрела здание аэропорта и стояла рядом, поглядывая то на меня, то на табло.

– Через три часа мы летим в Санкт-Петербург! – огласил я наконец свою задумку.

Светлана вопросительно взглянула на меня, на табло и потом снова на меня.

– Ты же никогда не была в этом чудесном и интеллигентном городе, пронизанном творчеством величайших поэтов?! Он удивительный и прекрасный с особенной, только ему присущей, архитектурой! Мне не раз приходилось в нем бывать, и постоянно он поражает, как будто видишь его впервые! – на одном дыхании и с нескрываемым восторгом произнес я.

– Я всегда рядом, – напомнила Светлана.

– И что? – проговорил я, ни в какую не собираясь сдаваться.

– Забыл, я ведь каждое мгновение с тобой, – она улыбнулась доброй и приятной улыбкой.

– Ну вот, когда я там оказывался, то не посещал же музеи? Я чаще всего ходил на концерты, да и просто гулял по городу.

– Или по клубам, – продолжила Светлана, напомнив мне последнюю поездку в Питер.

Я смутился и откашлялся, так как последняя наша поездка с Денисом в Санкт-Петербург явно не была насыщена посещением достопримечательностей и музеев культурной столицы, а скорее наоборот. Мы отправились на концерт известного ди-джея в один из клубов и там познакомились с приехавшими из пригорода девушками. Проведя с ними ночь, мы исчезли из номеров и уехали домой.

– Хорошо! Когда еще у тебя будет желание посетить музеи, – прервала повисшую паузу Светлана, смилостивившись надо мной.

– Спасибо! – обрадовался я. – Как жаль, что тебя нельзя обнять в знак благодарности.

– Достаточно слов, – улыбнулась она.

– У нас есть пара часов! Пойдем побродим по взлетному полю?!

Светлана тяжело вздохнула. Я не стал дожидаться ее ответа и направился туда один. Когда еще у меня появится возможность оказаться рядом с самолетами и, быть может, даже забраться в один из них?

– Ты же никогда не хотел быть пилотом! – удивилась Светлана.

– И что? Каждому мужчине хочется побывать в кабине самолета или еще лучше – у штурвала или за рулем гоночного автомобиля, – начал я перечислять все то, что, по моему мнению, должен желать каждый представитель сильного пола.

Главный плюс моего состояния заключался в том, что можно было проникнуть в любое помещение. Так что мы легко пробрались в самолет, летящий в Санкт-Петербург, и даже нашли два свободных места, правда, в конце салона. Просто так сидеть в кресле я не мог и поэтому решил направиться в кабину пилотов. Светлана, естественно, была рядом и попыталась узнать цель и смысл моей задумки.

– Зачем это тебе? – спросила она.

– Вот сейчас окажешься там и поймешь, – отмахнулся я.

Преодолев весь салон, мы встали перед дверью. Я на мгновение замер, а затем сделал решительный шаг. До этого мне приходилось видеть подобное только в кино про летчиков: везде были какие-то датчики, лампочки, стрелочки, смысл которых я даже приблизительно не понимал. Больше всего мое внимание привлекли штурвал и чистое небо, которое расстилалось за лобовым стеклом самолета. Увиденное просто завораживало и поначалу даже лишило меня дара речи. Взглянув на своего ангела-хранителя, я понял, что зрелище поразило не меня одного. Светлана прошла вглубь кабины и застыла между креслами пилотов.

Так мы и простояли почти весь двухчасовой перелет, сдвинувшись с места только тогда, когда один из пилотов вышел из кабины. Я уступил Светлане освободившееся кресло, ведь ее глаза цвета неба искрились такой радостью, что мне непременно хотелось сделать для нее что-то приятное. В этот момент она походила на ребенка. Стоя рядом, я периодически ловил ее полный восторга взгляд, обращенный ко мне, и сердце переполняли глубокие чувства. Я едва сдерживал желание крепко обнять ее и больше никуда не отпускать.

12 глава

Санкт-Петербург встретил нас ясной и солнечной зимой. Выйдя из аэропорта, я осознал, насколько сильна была моя зависимость от электронных устройств, интернета и всего остального, что предлагал современный мир с его технологиями. Обычно, приезжая в чужой город, я чувствовал себя в нем уверенно, так как, выйдя из самолета, сразу же заказывал такси до нужного мне места, а дальше уже перемещался при помощи навигатора. Технологии помогали везде и во всем, в каком бы городе или какой стране я ни оказался. Мне даже совсем не обязательно было знать языки. Только сейчас помочь нам со Светланой ничего не могло.

Моя молчаливая спутница с уверенностью в моих силах одновременно и подбадривала, и угнетала, ведь на меня легла вся ответственность. Будь на ее месте любая другая девушка, я бы выслушал в свой адрес тонну упреков, но она просто стояла рядом. Это не могло не радовать и одновременно не укреплять уверенность в правильности действий. Залезать к кому-то в такси я не хотел и поэтому выбрал автобус. Мы доехали до конечной остановки его маршрута, а затем отправились путешествовать по городу.

– Сейчас мы с вами находимся на площади Петра Великого… – донесся до меня голос экскурсовода.

– Вот площадь Петра Великого, который, кстати, и основал этот город. Говорят, что Петербург был построен на костях из-за того… – до этого я мало что мог сказать о том, где мы находились, так как чаще всего остановки случались у информационных стоек.

Светлана с огромным интересом взглянула на меня своими чудесными глазами цвета неба, такими чистыми и глубокими, что я мгновенно в них утонул.

– И почему же? – напомнила она, деликатно выждав время.

– Что «почему»?

– Ты рассказывал про город и…

– …он был заложен… – мимо нас прошла еще одна экскурсия.

– Пойдем, послушаем, а то, признаться, я слишком мало, к своему стыду, знаю про Питер, – признался я.

Мы присоединились к очередной экскурсии. Гид оказался очень образованным мужчиной, умеющим держать внимание слушателей. Каждое его слово захватывало так, что некоторые туристы даже записывали его речь на диктофон, чтобы потом снова «оказаться» в Петербурге. Мы посетили много удивительных мест, и время пролетело незаметно. Конечным пунктом стал Эрмитаж, в котором мы узнали историю самого музея, а затем экскурсовод выделил время для просмотра картин. До закрытия музея оставалась пара часов, но большая часть умаявшихся туристов направилась к выходу. Мы же не чувствовали усталости, поэтому решили немного задержаться.

Меня никогда особо не тянуло к посещению музеев. К живописи я относился спокойно. Точнее, пару художников мог назвать из общей школьной программы, но чем отличался тот или иной, вряд ли бы ответил. Тем не менее меня поразили те красота и великолепие, которые мы увидели, оказавшись в окружении картин.

– Насколько же вы, люди, прекрасны! – произнесла Светлана, застыв в изумлении возле одного из полотен.

Мы находились в зале, где были собраны только пейзажи, я внимательнее присмотрелся к заинтересовавшей ее работе: на ней были изображены поле и лес. Никаких людей, естественно, там не увидел, поэтому начал осматриваться по сторонам. К этому времени я уже немного устал, точнее, был настолько переполнен культурной программой, что хотелось горланить песни «Ленинграда». Светлана же пребывала явно в совершенно другом настроении, так как рассматривала каждое полотно по несколько минут.

– Тут пейзажи, – почесал я затылок.

– Устал? – Светлана улыбнулась, неожиданно повернувшись ко мне.

– Если хочешь, можем уйти, а так – нет.

– Я не хочу.

– Я тоже, – с некоторым усилием выдавил из себя короткую фразу.