Никита Фред Декс – Добро пожаловать в… (страница 2)

Полдэн сделал еще пару шагов, но не решился сразу открыть дверь. Белую дверь. Сон все еще стоял перед глазами. Полдэн, тяжело дыша, дернул круглую матовую ручку, у основания заляпанную краской, и потянут на себя. Он заглянул внутрь. Ванна стояла на том же месте, как и во сне. Все стояло на том же месте, как и во сне. Вся квартира выглядела в точности так же, только намного четче.

Полдэн не торопился войти, а пытался разглядеть в темноте помещения содержимое серой чугунной ванны. Как он ни всматривался, но не смог разглядеть даже того, что способно увидеть воображение в сумраке.

Полдэн снова вспомнил сон. Девушка в ванной. Бледная, пугающая, холодная. Это однозначно была Алиса. Конечно, во сне лицо было больше похоже на бледное пятно с неясными символами вместо глаз и рта, но знал он наверняка, что в ванной сидела его жена.

Таких осмысленных и запоминающихся снов у Полдэна еще никогда не было. Ему часто снились девушки, но то были сцены совершенного иного содержания. Они тоже были голые и могли лежать в ванне. Но они всегда были активны. Иногда даже слишком. Однажды девушка во сне так набросилась на него, что Полдэн чуть не проломил себе череп о край стола. Или это было не во сне?

Полдэн даже не заметил, как улыбка на его лице стала все сильнее разъезжаться в разные стороны. Мысли о прошлой пошлой жизни радовали его. Он мог на несколько часов затеряться в воспоминаниях, перебирая всех девушек, что были в его постели. И возвращаться в реальность совсем не хотелось. Действительность пугала.

Полдэн включил свет и шагнул на холодную плитку цвета болотной воды в августе. Слева – раковина с зеркалом. Справа – пожелтевший унитаз с разобранным, покрывшимся ржавчиной внутри, бачком.

Полдэн подошел к зеркалу и с удивлением взглянул на свое тощее лицо без намека на щетину, хотя брился он последний раз три дня назад. Он выглядел как-то слишком уставшим, даже для похмельного утра. Полдэн провел руками по запутанным каштановым волосам. Ему показалось, что их стало меньше. Или не показалось? Может ли человек начать лысеть в двадцать пять?

«С такой жизнью возможно все, – подумал он и заметил пару седых волос на висках. – Этого еще не хватало!».

Когда он вернулся, Алиса стояла посреди комнаты, глядя на старую колыбель, расположившуюся у противоположной стены. Полдэн не знал, что в данном случае пугает его больше, детская кроватка, в которой в ближайшие месяцы появится новая шумная жизнь, или его жена, примерившая то же выражение лица, что и во сне. Выглядела она так же мертвецки бледно.

– Как ты? – несмело произнес Полдэн.

Алиса даже не попыталась одеться или прикрыться одеялом. Еще несколько месяцев назад Полдэн познакомился совсем с другой девушкой. Та Алиса была куда скромнее и закомплексованнее этой девушки, что стояла перед ним. Единственное, что осталось от той скромницы, так это кудрявые волосы между ног. Но Полдэн подозревал: она не сбривает их не потому, что считает это действие неприличным, а просто забавы ради. Чтобы каждый раз наблюдать за тем, как морщится ее муж, пытаясь нащупать место проникновения.

Полдэн пытался вспомнить, как вообще он обратил внимание на этого маленького рыжего чертенка с характером и убеждениями монашки. Но то, как она сильно изменилась за последние месяцы, не давало покоя ему еще больше.

– Кто в наше время дарит на свадьбу старую поломанную детскую кровать? – произнесла Алиса, будто эта фраза застряла у нее где-то в горле, вызывая приступы удушья.

Полдэн повернул голову к колыбели, но не успел даже разглядеть ее хоть самую малость, Алиса с укоризной добавила:

– Боковая стенка заедает, а колесики не крутятся. Я вчера замучилась ее задвигать туда, когда ты уже завалился спать. Ладно хоть твои друзья помогли нам ее поднять. Сам бы ты ее и до подъезда не докатил, не говоря уже о том, чтобы затащить на пятый этаж.

(Друзья?)

Алиса замолчала. Лицо ее сделалось серым, а сама она вся съежилась, как пружина, готовящаяся в любую секунду разжаться и ударить тебя по носу. Почти так и произошло. Она сорвалась с места и, чуть не сбив с ног своего новоиспеченного мужа, помчалась в ванную комнату.

Полдэн сел на кровать. Он с трудом вспомнил, как его старые знакомые, которых Алиса назвала друзьями, тащили эту маленькую детскую «тюрьму» на колесиках, врезаясь в стены и наводя немало шума в подъезде, а он шествовал впереди, указывая дорогу.

Парни закатили колыбель в коридор, пожелав Полдэну самой долгой брачной ночи, оставив его в тумане алкогольного бреда. Он помнил, как вошел в комнату и упал на кровать, но даже представить не мог, где в этот момент была Алиса, и почему они проснулись голые.

(Ты уже делаешь это на автомате…)

– Мы ее отправим в долгое плавание на помойку и купим новую: самую красивую, – произнес Полдэн, глядя на кроватку, когда Алиса вернулась с зубной щеткой во рту.

Алиса улыбнулась и обняла мужа, размазывая по его груди пену от зубной пасты и что-то бормоча про любовь, счастье и необычайное везение. Затем она снова убежала в ванную, включила душ и пропала там на полтора часа.

Полдэн даже представить не мог, как человек может просидеть, простоять, пролежать (серьезно, что она там делает?) столько времени в ванной. Для него вода всегда была лишь средством достижения цели, то есть чистоты, но никак не самой целью, ради которой стоило тратить время. Ни соленую, ни пресную воду он на дух не переносил, да и плавать не умел. А в душ забегал максимум на пять минут, чтобы быстро намазать себя жидким мылом с ног до головы и так же быстро все это смыть.

Стоило Алисе спрятаться за дверью ванной комнаты, как Полдэн внезапно ощутил всю «прелесть» вчерашнего празднества. Тошнота, головокружение, вялость и трясущиеся конечности вызвали непреодолимое желание выбраться на балкон. Но не для того, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Ни о какой свежести и речи не было. Балкон уже разогрелся градусов до сорока.

Туда его потянула старая привычка. Первое, что Полдэн всегда делал, когда выползал из кровати очередной девушки, это – плелся на балкон и выкуривал там полторы сигареты. Одну он выкуривал для удовлетворения никотиновой потребности. А вторую для здоровья.

Любой другой человек от такой формулировки засмеялся бы, не сдерживаясь, но Полдэн верил, что делает это для своего же блага. Еще в школе ему сообщили, что сигареты с ментолом неблагоприятно влияют на сердце. Полдэн решил, что одноклассники издеваются и отзеркалил в голове полученную информацию.

И даже узнай он, что на самом деле ментоловые сигареты ни вреднее, ни полезнее обычных, то все равно не смог бы отказаться от выверенного ритуала, если бы на горизонте не появилась Алиса.

Полдэн вновь вспомнил этот приятный до мурашек щелчок, когда сжимаешь капсулу с ментолом на фильтре. Лучшая антистрессовая терапия по версии Полдэна Купера.

Но кнопки не было. Как и самих сигарет. Он бросил (ага, конечно, сам взял и бросил) в тот день, когда Алиса сообщила ему новость, что они беременны. Она любила обобщать их с Полдэном действия, используя местоимения во множественном числе. Обычно Полдэн от этого раздражался, но в тот день и сам так поступил. Именно тогда он осознал, что теперь является частью чего-то большего. Теперь он и Алиса – почти одно целое.

(Магия какая-то…)

Полдэн вышел на балкон и огляделся. Его всегда поражала география Нуша. Весь город, если так можно назвать населенный пункт в двадцать тысяч человек, состоял из бесчисленных спусков, подъемов и автомобильных дорог, преобладающих над пешеходными тротуарами.

С балкона пятого этажа он видел бетонный мост, а за ним гору, застроенную гаражами и непрочными конструкциями, смутно напоминающими дома. И солнце. Жаркое солнце. Иногда Полдэну казалось, что оно застыло с этой стороны на одном месте и светит в окно с раннего утра и до позднего вечера.

Полдэн сел на плетеное кресло и только от этого простейшего движения у него так сильно застучало сердце, будто он пробежал стометровку. Под водой. Кипящей водой.

Рядом с домом росли высокие кипарисы, но их верхушки были настолько тонкими, что не создавали даже малейшей тени. С другой стороны здания открывался шикарный вид на море, береговая линия которого располагалась на расстоянии чуть меньше километра от дома. С той же стороны всего в нескольких метрах от фасада здания жильцы организовали прекрасный сад и несколько беседок, плотно обвитых глицинией, расцветающей во всей красе весной.

Но внизу под балконом, на котором сидел Полдэн, был только бетон. Ночью ледяной, как тоска. Днем раскаленный, как нежелательные воспоминания. Именно в такие воспоминания погрузился Полдэн обливаясь потом и мечтая о ментоловой сигарете.

1. Полдэн

Три месяца назад Полдэн не подозревал, что в этом мире существует такой «зверь», как Алиса Купер. Тогда, конечно, у нее была другая фамилия, которую Полдэн не смог бы вспомнить уже спустя два дня после свадьбы, если вообще когда-то запоминал.

Весной 2016 года Полдэн еще жил в Дорогоне и даже не думал куда-либо переезжать. Он почти приблизился к цели всей своей жизни. Он уже даже не помнил, откуда взялась эта безумная мечта (то ли поспорил с кем-то, то ли в сериале увидел), но он четко для себя решил, что должен переспать за два года с сотней женщин.