Никита Емельянов – На пути к новой пенитенциарной ролевой парадигме (страница 4)

• судья;

• истец;

• ответчик и др.

9. Уголовно-процессуальное положение (неограниченное количество ролей):

• судья;

• следователь;

• обвиняемый;

• подозреваемый;

• осуждённый и др.

10. Уголовно-исполнительное положение:

• начальник исправительной колонии;

• воспитатель и др.;

• осуждённый.

Ролям из последнего пункта и посвящено настоящее монографическое исследование.

Приведённая классификация не является исчерпывающей – она лишь демонстрирует множественность ролевых наборов для наглядного представления об исследуемом объекте. Каждой роли присущи свойственные ей рамки и правила поведения, а также стереотипы, которые складываются в разных слоях обществах (например, представление о том, что продавцы обязательно обманывают, обвешивают).

Важно отметить, что роли также подразделяют на формальные и неформальные – их ещё называют институциализированные и неинституциализированные. К первым относятся официально (нормативно) установленные модели поведения в зависимости от занимаемого статуса, положения (например, начальник отдела). Соответственно, вторые представляют собой роли неофициальные (например, теневой лидер в отделе).

Помимо социальных ролей, каждый из нас является носителем и так называемой психологической роли, которая проявляется в личностном отношении к себе, своему назначению.

Психологическая роль представляет собой определённый способ переживания действительности. Как правило, именно она является приоритетной моделью поведения индивида. Это может быть роль:

• героя;

• спасителя/освободителя;

• жертвы;

• победителя;

• проигравшего и т. п.

Психологические роли относятся к диспозиции личности, т. е. характеризуют предрасположенность человека к восприятию действительности и определённому поведению в заданных условиях.

Обобщая полученные сведения, можно прийти к выводу, что роль – это определённая функция, которую выполняет индивид в зависимости от своего статуса (основа функционалистской концепции). В этой связи для понимания причинного комплекса поведения человека важно уяснить закономерность, которую выявил Л. Салливен: этот учёный утверждал, что «форма всегда следует за функцией».

Форма (внешний вид) есть у всего сущего, и это не только то, что можно осязать. Есть форма поведения индивида, форма отношений между индивидами и форма конфликта между ними, в конечном итоге – форма любого процесса, в котором принимают участие люди. Исходя из вывода, сделанного Л. Салливеном, поведение человека (форма) зависит от его роли (функции).

Поведение зависит от роли человека или функции, которую он выполняет в конкретном процессе. Вместе с тем то, как выполняется роль, зависит от особенностей индивида – его психики, мышления, уровня знаний и т. д. (основы интеракционистской концепции). Внутренние мыслительные и эмоциональные установки в совокупности представляют собой целостную парадигму.

Дефиниция «парадигма» происходит от греческого слова «пример», «модель», «образец», «представление» и в данном исследовании употребляется как шаблон мышления, свойственный определённым ролям (см. пар. 2.3).

В конечном итоге поведение индивида определяет не просто его роль (требования, предъявляемые к индивиду), но и его ролевая парадигма (понимание своей роли и роли взаимодействующих индивидов).

Как мы видим, люди исполняют множество ролей. Безусловно, при таком разнообразии различных моделей поведения невозможно обойтись без противоречий – как между ролями одного и того человека (лицемерие, обман и т. д.), так и между ролями разных людей (разногласия, драки, оскорбления и пр.). Подобного рода противоречия и конфликты интересны для криминологического исследования в связи с тем, что способы участия в них, как и способы их разрешения, могут становиться общественно опасными. Таким образом, учитывая, что роль является детерминантой поведения каждого человека, важно установить, может ли она детерминировать преступное поведение и какие роли прямо относятся к преступным.

1.2. Ролевой подход в исследовании личности и поведения преступника

Фундаментальные положения ролевой теории являются на сегодняшний день отправной точкой для исследований в области не только социологии и социальной психологии, но и криминологии.

Проблемы исследования причин, условий и мотивов преступлений, личностей преступников требуют знаний из различных областей наук. Социология (объясняет функцию) и психология (объясняет парадигму) всегда шли авангардом криминологических исследований, особенно в изучении причин насильственных преступлений против личности.

Именно психологи указывают на то, что изучение любой личности, в том числе личности насильственного преступника, есть понимание её как целостного образования, единства всех взаимосвязанных и взаимодействующих свойств и качеств, отображающих связь личности и социального окружения, в котором индивид живёт, воспитывается и проявляет себя[11].

Ролевой подход помогает в изучении личности преступника через занимаемые им в обществе социальные роли и статусы – на работе, в семье и т. д.

Ларри Хьелл и Дэниел Зиглер в своей «Теории личности» сделали вывод о том, что личность преступника может рассматриваться путём анализа его профессии. Например, они установили, что среди лиц, совершающих преступления особой тяжести, 62,7 % – это трудоспособные люди без определённого рода занятий[12].

В учебнике по криминологии под редакцией профессора А. И. Долговой авторы исходят из нормативного понимания роли, когда поведение человека зависит от позиций, занимаемых им в обществе[13]. Особенности данной позиции были подробно рассмотрены в предыдущем параграфе, здесь же важно отметить, что ролевые ситуации особенно важны непосредственно для криминологических исследований, когда:

• индивид лишён социальных статусов, которые позволяют ему ознакомиться с нормами и вести себя в соответствии с требованиями права и морали (т. е. человек находится в деморализованной среде);

• статусный набор связан с противоречивыми требованиями (между статусами и ролями одного индивида возникает конфликт);

• статус индивида прямо диктует исполнение противоправной роли;

• отсутствует преемственность исполнения ролей, что приводит к неподготовленности индивида к соблюдению принятых норм в соответствующем социальном статусе (это влечёт нарушение правил охраны труда, халатность и т. п.);

• индивид исполняет одну роль, а ориентируется на другую[14].

Анализ различных видов преступлений, преимущественно совершаемых с применением насилия, позволяет сделать вывод о том, что с помощью основных положений ролевой теории, которая раскрывает механизм поведения индивида, можно дать объяснение и, соответственно, прогноз по целому ряду преступных деяний.

Во-первых, видится логичным использовать ролевой подход в исследовании личностей маньяков и серийных убийц. Нередко мотивом их насильственных действий является взятая на себя роль «мстителя», «спасителя», «освободителя» и т. п. Это видно из приведённых ниже примеров наиболее ярких ролевых мотивов преступного поведения.

Александр Бычков по кличке Рэмбо, Хищник или Белинский каннибал считал своей миссией освобождение города от бродяг и бомжей. В общей сложности следствием доказана его причастность к девяти убийствам в период с 2009 по 2012 г. в городе Белинском Пензенской области.

Судом было установлено, что у Бычкова сформировалось негативное отношение к лицам, злоупотребляющим спиртными напитками и ведущим бродяжнический образ жизни. Совершенные убийства он описывал в личном дневнике. При осмотре его квартиры правоохранителями было обнаружено огромное количество фильмов ужасов и триллеров со сценами насилия.

Судебной психолого-психиатрической экспертизой было доказано, что Александр Бычков страдает смешанным расстройством личности. В марте 2013 г. суд назначил ему наказание в виде пожизненного лишения свободы[15].

Роль «освободителя» пытался играть и Сергей Ряховский, он же – Лесной монстр из Салтыковки, Балашихинский потрошитель.

Ряховский видел свою миссию в «очищении» населения от гомосексуалистов и считал, что «после смерти представители секс-меньшинств пройдут через реинкарнацию и станут “нормальными”»[16].

Свою роль в «очищении» мира от алкоголиков, бомжей и различных асоциальных личностей видел и т. н. Битцевский маньяк – Александр Пичушкин.

Пичушкин знакомился со своими жертвами под различными предлогами и заманивал в Битцевский парк, где (обычно после совместного распития алкоголя) сбрасывал их в коллекторы. Большинство людей погибали при падении или умирали от утопления или переохлаждения. Цитата из речи этого преступника характерно описывает роль, которую он сам себе присвоил и выполнял: «Всё это время я чего хотел, то и делал… Вот уже 500 дней я нахожусь под арестом, и все эти дни огромное количество народа решает мою судьбу – менты, следаки, судьи, прокуроры, присяжные, эксперты… Сотни людей решают судьбу одного человека, тогда как я один решил судьбу 6З человек! Нет, пожалуй, 60 – троих можно не считать… Я один был для них прокурором, присяжным, судьёй и палачом. Выполнил все ваши функции. Я был почти что бог! Почувствуйте разницу…»[17]

Последователи Александра Пичушкина называли себя Чистильщиками (Павел Войтов, Елена Лобачева, Артур Нарциссов, Максим Павлов и Владислав Каратаев). Эта преступная группа совершила не менее 15 убийств. Жертвами Чистильщиков становились лица, которые, по их мнению, нарушали нормы поведения, – бомжи, попрошайки и алкоголики[18]. Свою роль они так же видели в «очищении города».