Никита Буревестник – Щитни (страница 6)

Юру же ничего не волновало. Его сознание было близко к блаженному просветлению. В аспекте отсутствия тревожащих мыслей, конечно, страданий у него было навалом. Помимо постоянного запашка, раздражающего ноздри и заставляющего чихать, у него раскалывалась голова, рот напоминал пустыню Габи, а желудок гиену огненную. Запивать горе было плохим решением.

Парень, сгорбившись поднимался по лестнице. В зеленом коридоре раздавались грубые и осипшие голоса, которые только усиливались при приближении к квартире Луки. Юрий нажал на звонок и с недовольным видом прокашлялся. В ответ он услышал: «Открыто».

Усталая туша провалилась в дверь. Юрий проплелся туда, где в первую встречу сидел за компьютером Лука и обнаружил там несколько коек со спящими людьми. Всё это были мужчины разного роста, разных комплектаций, единственно что их объединяло – то, что Юра видел их в кафе «Бархат». Он попятился назад, пытаясь спрятаться за дверью, но уперся в кого-то.

– Марш в душ, – указательным тоном сказал Лука.

Юрий, даже не подняв глаза на врача действительно направился в ванную комнату. Его будто бы ветром сдуло. Теплая вода мгновениями смывала похмелье и изжогу парня, позволяя ему поймать хоть какие-то мысли в расколотую алкоголем голову. Он испытывал тревогу и страх, что на него подумают эти бандиты. Однако, когда он уже вытирался мысли уподобились пруду. Даже если они видели его вчера это ничего им не даст, зачинщиков, которые рассказали Луке и ему о планах, арестовали на месте или там же застрелили. Да и Лука его защитит, не зря же он его позвал сюда.

До этого же Лука всегда помогал Юре. Непонятно зачем. Непонятно почему и Аня его защищала. Парень подумал про то, что так они самоутверждаются. Но быстро его мысли перешли в аналогии. Юра подумал, что он простой рабочий муравей, которого ведут фуражиры Лука и Аня. Потом его мысль остановилась на образе пустого хитина от щитня.

– Я пустая оболочка из хитина, – прошептал себе под нос Юрий, будто зачитывал мантру и вышел из ванны освеженным.

***

Голова всё еще как будто наполнялась странной жижей. Он стал механизмом. У него не было спокойствия, у него просто отсутствовала тревога, так как из поля сознания исчезли все эмоциональные и чувственные проявления. Даже несмотря на освежающий душ Юрий всё еще не был в себе полноценно.

Лука отдавал команды, а подмастерье их исполнял. Он передавал своему мастеру инструменты и забирал из его рук использованные, покрытые в багровой жиже. Юра боролся с импульсивным желанием облизать её и клал в стопку, которую потом ему прикажут чистить.

Врач методично убирал осколки из органов брюшной полости. Части разбитых костей уходили на металлический поднос около тела, туда же отправлялись металлические элементы. Вся сцена проходила в дальней комнате квартиры. Она была оборудована как операционная, довольно бедная, но все еще операционная. Комната была наполнена ритмичными звуками, отражающими жизнедеятельность пациента.

Сам пациент находился в сознании. Он был разделен ширмой пополам. Низ был раскрыт, а верх скучающе смотрел перед собой в потолок. Не видел он того, что Лука помимо проведения операции аккуратно выкачивает кровь.

Наконец, врач стал закрывать вскрытую часть и убрал насос. Только в этот момент Юрий осознал происходящее. Его глаза расширились, а руки задрожали. В горло подступил ком. Парень раскашлялся. Пациент увлеченно повернул свою голову на подмастерье.

В худощавом образе бандит узнал кого-то. Увлеченность событием сменилась интересом и злостью к личности помощника Луки. Сам Лука это заметил.

– Выйди, пожалуйста, – сказал он назидательно.

Юра повиновался, поставив все инструменты около раковины, и сбежал. Лука не проводил его взглядом, только прислушался к тому, что дверь была закрыта. Мимика врача была абсолютно холодной и неподвижной. Он кинул взгляд на лицо пациента и тот начал говорить:

– Это же Юрок, – спокойно говорил он. – Он закладки на чужие места кидает.

– Ну, как видишь, – отвечал врач. – Теперь он помогает мне.

– Такие мрази не меняются, – продолжал бандит. – Я его видел у «Бархата», когда нас обстреливали.

– Как эти вещи связаны? – приостановившись спросил Лука.

– Он натравил на нас дружков, – пояснял пациент. – Эти гниды сначала убили Сашу, потом пришли на ничейную землю и порешали много наших, так еще потом и менты половину скрутили.

– Ты думаешь, что всё это он и подстроил? – уточнил мастер, возвращаясь к своему делу.

– Да не знаю, – сказал уже устало ответил мужик, повернув обратно голову на потолок.

– Ты же знаешь, что я помогаю и другим группировкам? – спокойно говорил Лука.

Бандит ничего не ответил. Однако его лицо уже не было скучающим. Оно хмурилось и искривлялось, отображая течение мыслей. Лука же совсем легонько ухмылялся. Он уже заканчивал свое дело. Мужчина отошел от тела пациента, оставляя за собой след из крови, спадающей с перчаток.

***

Юрий пил очень много воды. Лука дал ему янтарной кислоты, она немного облегчила симптомы. В голове уже не ощущалось вязкости и плотности, однако при движениях Юра ощущал какое-то течение, сбивающее его концентрацию. Сейчас он осматривал пациента в другой комнате.

Лука занимался соседом. Находились мастер и его подмастерье в соседней квартире. Благодаря теневым схемам врач мог себе обеспечить вторую базу. Разделение больных на две квартиры позволяло пациентам друг друга не убивать во время скрытого стационара.

Юра кое-как закончил осмотр и перешел в другую комнату. Врач снова не проводил взглядом своего медбрата, а следил за мимикой осматриваемого. Тот же в свою очередь был крайне увлечен молодым человеком и не отрывал от него взгляда до самого его выхода.

– Что-то не так? – спросил Лука, перевязывая рану.

– Я его видел, – отрезал пациент.

– Вполне возможно, – спокойно говорил врач. – Он же мой новый подмастерья.

– Да нет, – пренебрежительно махнул бандит. – В «Бархате» я его видал.

– Ну, он туда любит ходить, да, – поддерживал беседу мастер.

– С ментами? – прошипел пациент.

Лука никак не ответил на последнюю фразу. Его руки автоматически выполняли свою задачу, а на лице сама по себе появилась ухмылка. Врач молча вышел из комнаты и нашел своего коллегу. Он с умилением смотрел за тем, как тот работает.

Юра же с трудом держал равновесие. Такая работа ему совершенно не нравилась. Помимо ощущений течений в голове появлялись мысли о том, что он никогда больше не будет пить. Среди них мелькали воспоминания о фигуре певицы из «Бархата» и желание вернуться к закладкам, потому что там было куда веселее, и никто над ним не стоял.

***

Солнце за окнами подъезда уже опускалось вниз, перекрашивая голубое небо в сумрачный фиолетовый. Юра стоял на лестничном проеме уже с облегченной головой. Чувство течения в голове пропало, остался легкий, но зудящий шум. Со спины к нему подошел старший коллега. Он похлопал парня по плечу.

– Держи вот это, – из ниоткуда появился кейс, Лука закурил, – Отнесешь его Циклопу послезавтра

– Грише Циклопу? – удивленно спросил Юрий, рефлекторно взяв кейс.

– Ага, – отвечал спокойно Лука, – это залог за тебя.

– А жить мне на что? – с ноткой возмущения вопросил парень.

Лука ничего не ответил и выкурил кольцо дыма в лицо коллеги. Он ушел в свою квартиру и заперся. Юра остался стоять в одиночестве на лестничной площадке с кейсом. Сверху спускалась пожилая женщина.

– А ну кышь! – выкрикнула она. – Нечего тут курить! – грозилась она своей тростью.

Парень быстро раздавил бычок и бегом спустился по лестнице, исчезнув из подъезда. В своей же квартире Лука засел в операционной. Там он взялся за телефон прямой линии. Как только он поднял трубку, по ту сторону ответили.

– Циклоп? – спросил врач, – Да, я отправил его к тебе, послезавтра будет, там и хлопните.

Он положил трубку и взял соседнюю. Моментальный ответ.

– Кентавр? – спросил врач, – Помнишь Юрца, за которого я просил? – уточнял он, – Да-да, закладочник, суть в том, что я ошибся, спер он бабло и с Циклопом сговорился. – Лука закурил. – Послезавтра они свидятся. Сколько? Прилично, всё давай!

Он вновь положил трубку и взял третью. Ответ задержался, но поступил быстро.

– Послезавтра набережная.

***

В зеленом калейдоскопе был щитень. Он сгибал свой раздвоенный на конце хвостик и держался своими ротовыми щетинками за него. Рачок крутился вокруг своей оси, и Юрий чувствовал щекочущее ощущение. Это была идиллия.

Однако в этот момент на фоне появился женский силуэт. В разы огромнее щитня. Это был многорукий силуэт. Девушка танцевала, двигая руками в такт изменения фона калейдоскопа. В одной из её кистей была стальная вычурная сабля, в другой она держала отсеченную знакомую голову, третьей делала странный жест.

Свободной рукой девушка взяла за хвостик щитня, разорвав ракообразный уроборос. Она высунула язык и облизнула его. Юрий почувствовал тепло и влагу. Языком танцующий темный образ прошелся до краев хвоста. Девушка подняла, продолжая держать существо за хвост, над своим ртом. Она разомкнула пальцы ракообразное исчезло в глотке. Юра чувствовал тепло, переходящее в жуткое жжение.

В этот момент он, закашливаясь проснулся. На краю его рта он чувствовал острую боль. Изжога и кислота, оставшиеся после восстановления пьянки жутко мучали парня. Когда боль поутихла, он стал вспоминать детали сна.