Никита Баранов – Седна (страница 26)
А Ник всё продолжал сходить с ума. Финальным аккордом в прочном союзе дружбы собаки и девушки-робота стали их совместные посиделки на диване капитана. Однажды, пилот, проснувшись посреди ночи, увидел лежащую рядом и улыбчиво смотрящую на него Седну. Та подмигнула ему, многозначно проведя рукой по своему бедру, заставив Ника начать истекать потом. Решив, что отвернуться от девушки будет лучшим вариантом, он совершил этот незатейливый манёвр и нос к носу столкнулся с мордой высунувшей язык Санджаны.
И началось такое…
В общем, уже через минуту корабль стремительно летел на Дирт Пул. Не обошлось без стычки: два истребителя-перехватчика вышли на след «Панацеи», преследуя её практически до точки приземления. Лишь вовремя спохватившись и додумавшись, что если преследователи улетят, то весь его гениальный план запутывания слетит в тартарары, Ник вступил в жестокий бой, из которого вышел победителем всего через полминуты. Всё-таки, талант не пропьёшь.
И вот, наконец, долгожданное приземление. Дирт Пул ничуть не изменился с тех пор, как Ник был здесь последний раз. Да и с чего бы ему измениться?
— Скафандр, милая, — пробурчал капитан в микрофон голосовой связи. — Да-да, знаю, что будешь возмущаться, что, мол, тебе он не нужен. Нужен! Я не хочу потом ходить под ручкой с мадмуазелью, от которой так и разит радиацией.
— Может, под действием радиации я превращусь в технодемона и пойму, что за крылатый чудик оседлал нашу «Панацею», словно вороного скакуна?
— Ты мне пошути ещё тут… нет, корабль, ну ты слышал? Она назвала тебя нашим! Делит имущество. А мы ещё даже не поженились, хе-хе…
«Технодемон», появившийся на носу корабля во время его отлёта с Тризиса, тогда сразу же испарился, сдутый мощным потоком ветра. Больше о нём и его загадочных друзьях-наёмниках ничего не было слышно, что породило между Седной и Ником массу споров на сей счёт.
— Заходим на посадку.
«Панацея», как и всегда, приземлилась мягко. Посадочная площадка пустовала, что было довольно радостным событием, ведь Ник совсем не хотел попасться в руки пиратов, когда за его голову назначена нехилая награда. Заглушив двигатели, пилот переоделся в свою повседневную одежду и натянул поверх всего этого компактный скафандр. Собрав сумку с самыми необходимыми вещами, он встретился с Седной в отсеке разгерметизации.
— Санджи останется на борту, — сообщила девушка, застёгивая последние крепления на точно таком же скафандре, что и у её капитана.
— Облегчение-то какое. И вообще, не слишком ли ласково ты её называешь? А то привяжешься ещё, и расставаться будет трудно.
— Во-первых, я уже привязалась, — Седна открыла люк и спрыгнула на горячую поверхность планеты. Следом за ней из корабля вылез и Ник. — А во-вторых, с чего это ты взял, что я с ней собираюсь расстаться?
— А с того, что после нашего курорта на Шедоу я отдам её в ближайший приют для собак. Я не хочу жить рядом с псиной.
Беседа закончилась презрительным «фи» со стороны девушки. Команда молча прошла по длинному мосту над глубоким оврагом, заполненным разбитыми кораблями, вышла на площадь «старого города». Раньше, когда эта планета ещё принадлежала федерации, здесь был возведён единственный город, даже не упоминающийся в местных анналах, укрытый защитным куполом. Но в один печальный день вся защита мгновенно отключилась, и всего за полминуты поселение вместе со всеми колонизаторами превратились в нагромождение радиоактивного мусора.
Вход в «нижний город» располагался как раз здесь, посреди площади.
— Значит так, — начал свой брифинг Ник. — Шлемы снимаем, но закрываем головы капюшонами. Ни в коем случае не начинаем никаких разговоров. И, самое главное, не привлекаем к себе никакого внимания! Мне нужен только один человек. Я искренне надеюсь, он всё ещё жив-здоров и никуда отсюда не улетел, иначе вся моя затея накроется медным тазом.
Седна кивнула в знак понимания, и команда зашла в большую кабину посреди пустот площади, являющейся самым обыкновенным лифтом. Кабинка стала стремительно опускаться, нагоняя на путников заметную тревогу.
Двери лифта с шипением отъехали в сторону, открыв команде обзор на весь подземный город. Это поселение по сути являлось одним огромным комплексом, растянувшимся на несколько миль. Здесь всегда было темно, на хорошее освещение градоначальники денег пожалели. Но и те прожекторы, что давали свет жителям Гавани Корсаров, уже считались большой роскошью.
Здания здесь были похожи на чересчур разбухшие металлические контейнеры. Главной особенностью местных строений было полное отсутствие окон и неимоверное обилие неоновых вывесок. Реклама висела на каждом шагу, резала глаза и мешала сосредоточиться, но местные давным-давно привыкли, а не приезжих им было глубоко наплевать.
Ник решительным шагом направился к знакомому ему бару.
— Милая, не светись, — ещё раз напомнил пилот, после чего прислушался к шуму за дверью. — Там идёт какая-то пьянка. Надеюсь, нас не заметят.
Потрепав себя по щекам и набрав полную грудь воздуха, он аккуратно приоткрыл дверь и, опустив взгляд в пол, вошёл внутрь. Весь гомон, звон стеклянных кружек, и даже музыка стихи, и Ник уже понял: его заметили. Более того, его узнали.
Следом вошла Седна.
— Что это, Никки? — шёпотом спросила девушка.
Пилот, всё ещё ожидая целой порции выстрелов в грудь, медленно поднял голову и ахнул: все смотрели на него одного. Но изумился он не от этого факта. Каждый присутствующий в баре широко улыбался, держа наполненные пивом кружки наготове.
А на стене всё теми же неоновыми буквами ярко светилась надпись:
НИК ВПИРЁД
ЗОДАЙ ИМ ЖАРУ
МЫ В ТЕБЯ ВЕРЕМ!!!
— Рэмми вернулся! — крикнул кто-то.
— Рэмми вернулся! — подхватили все остальные, радостно загалдев и приступив к распитию спиртных напитков.
Ник, понимая, что игра в прятки более неуместна, скинул капюшон и взглянул на свою спутницу. Та пожала плечами и игриво улыбнулась:
— Вот видишь, я привела тебя к славе. Хоть небольшой, но всё же.
— Дружище! — завопил чей-то охрипший голос. Пилот обернулся и увидел ковыляющего в его сторону Дина Дайса — старого знакомого, отдавшего Нику «Панацею». После той встречи Дин «слегка» изменился: теперь вместо обеих ног красовались механические протезы. — Чувак, ты вернулся-таки! Я знал!
— Да, вернулся, — смущённо ответил пилот, обнимая пирата. — А что, собственно, происходит?
— Чувак, мы все болеем за тебя! Ты же преступник номер один во всей галактике, хе-хе!
— Рэмми, за тебя! — завопил один из пиратов в дальнем углу.
— Хм… ладно. Я хочу тебя кое с кем познакомить. Э-э-э, Дин, давай присядем и обсудим дела, о'кей?
— О'кей, чувак! Эй, бармен, водки нам за угловой столик, да поживее!
— Нет-нет, — запротестовал Ник. — Мне водки не надо. Сегодня я пью «Капитан Моррисон».
Глаза пирата от удивления чуть было не вылезли из орбит на лоб:
— Ты… ты… ты собираешь команду?!
— Не совсем. Мне нужно звено.
— Чёрт возьми. Эй, бармен, отставить водку, «Капитан Моррисон», пачку сигар, и поторапливайся!
— Чего раскричался? Командир, блин, — буркнул бармен, но заказ выполнил. Уже через полминуты на столике, вокруг которого уселись гости планеты и завсегдатай Дин, красовалась бутылка неимоверно дорогого коньяка, три бокала и шесть запакованных в картонную коробочку сигар. Первым делом Ник и пират раскурили по одной, и лишь только после этого пилот приступил к разговору:
— Дин, это Седна. Седна, это Дин Дайс — человек, благодаря которому мы с тобой вместе.
— То есть, как это, благодаря мне?
— А вот так. Помнишь, ты отдал мне «Панацею»?
— Ещё бы не помнить! Да после того, как наши узнали, на чём ты летаешь, почти все перешли на серию «Панацея». От клиентов просто отбоя нет, благодаря тебе я стал, чёрт возьми, мультимиллионером! Теперь у меня нет босса. Отныне я сам босс! Ты просто бог, Ник!
— Так вот, речь не о том. Помнишь нашу не слишком приятную беседу о разумности корабля?
— Кхм… ну, помню.
— Мы оказались правы. И вот оно, — пилот обвёл свою спутницу раскрытой ладонью. — Доказательство нашей правоты.
— Погоди, — нахмурился Дин. — Ты хочешь сказать, что она — и есть твой бортовой компьютер?!
— Схватываешь на лету. Милая, докажи нашему другу свою разумность, будь добра.
Седна загадочно ухмыльнулась и изящным движением руки отобрала у Дина сигару, оставив того наблюдать за происходящим с открытым от удивления ртом. Девушка крепко затянулась и выпустила под потолок целую стайку дымных колечек. Только после этого, вернув табачное изделие своему владельцу, она ехидно подмигнула ему и послала воздушный поцелуй.
— Да ты дважды бог, — заявил пират. — Чёрт возьми, да даже трижды! Более того, ты — само мироздание! Ключ ко всему!
— Не надо лести, — махнул рукой Ник. — Лучше поговорим о деле.
— Давай, чувак. С чего начнём?
— С того, что мы летим на Шедоу.
Дин недоверчиво изогнул брови. Осмотрел собравшихся в баре ренегатов, вновь повернулся к пилоту и наклонился к самому его уху:
— Тут каждый за тебя богу душу отдаст. Но про Шедоу ты лучше так не шути, чувак, о'кей?
— А я и не шучу. Мы летим на планету-тень, и мне нужно подчиняющееся моим приказам звено.
Пират вновь задумался:
— Это потребует некоторого времени. Думаю, через полчасика я уже найду несколько подходящих кандидатур. И вообще… сколько, говоришь, тебе нужно подчинённых?