Никита Баранов – Чужеземец (страница 9)

– Меня больше всего напрягает астрологический толкователь, – нахмурилась девушка. – Легенды – это здорово, интересно, воодушевляюще и… ну не знаю. Астрономия – наука, присущая, видимо, всем цивилизациям во всех мирах, в которых есть звезды над головой. А астрология – всего лишь бред верящих в собственную божественную силу шизоидов. Мол, такая-то планета в небе – признак того, что курочка снесет яичко на рассвете, ко-ко-ко! Ну что за бред? Как планета, находящаяся в колоссально, невообразимо гигантской дали отсюда, может повлиять на то, что малюсенький кудахтающий перьевой шарик потужится на охапку сена и разродится тепленьким яичком?

– Может, и так, – согласился отшельник. – Я тоже астрологии не доверяю. Сам не понаслышке знаю, что почти все астрологи – те еще шарлатаны. Но есть и единицы, действительно знающие свое дело и работающие не ради денег и подношений. Дело в том, что всю вселенную пронизывают незримые энергетические нити, порою одиночные, иногда сплетающиеся в крепкие «канаты» или даже собирающиеся в целые «ткани». Проходя через определенную «ткань», планета может быть наделена тем или иным свойством. Точнее, существа на этой планете. Нет, ничего чересчур помпезного. Скажем, родившийся в какой-нибудь день ребенок в будущем сможет похвастаться повышенным уровнем интеллекта. А в другой день – окажется талантливым к обучению магии. Но опять же надо знать, кто действительно может все это увидеть и объяснить, а кто – всего лишь жалкий шарлатан.

– Ладно, предположим, что в вашем мире астрология значит куда больше, чем в нашем, – согласился Виктор. – Но давайте мы ее оставим на потом, ладно? Я бы сперва разобрался с более… научными вещами. С этим созвездием, например, и с тем, как оно связано со мной. Хотя тоже антинаучный бред получается.

– На пальчики свои посмотри-ка, – усмехнулась Даша. – Магические руны на них – ересь по меркам Земли. Лагош, перенесший нас сюда, – ересь. Да чего уж говорить, сам этот мир – ересь! Ересь! Сжечь, ха-ха-ха!

– Не перебарщивай, Дашенька. Мы ведь не знаем, как житель Пакемо отнесется к такому высказыванию о его родной планете…

– Ничего, ничего, я все прекрасно понимаю, – улыбнулся отшельник, озаряя всех клыкастой улыбкой. – Поверьте, я ничего против ваших шуток не имею. Давайте лучше вернемся к нашим звездочкам. В общем, легенда такова…

Давным-давно, еще во времена, когда род людской слыл лишь неотесанным и примитивным племенем, существовал древний город пепельников. Благородные серокожие воины с презрением относились к варварам, но не трогали их, как завещали боги: «Не убивай слабого, ибо слабость свою проявишь да весь род опозоришь». А род для пепельников – это чрезвычайно важный аспект общественной жизни.

Город раскинулся на пяти холмах, опоясанных плодородными полями и благодатными реками, полными рыбы и золота. Высокие стены вокруг города внушали врагам страх и ужас, так как на них с внешней стороны висели останки всех тех, кто когда-то пытался вторгнуться в эти владения. В самом центре, окруженный сотнями жилищ, возвышался ханский дворец, равных которому по красоте и величию не сыскать и поныне. Здесь был и чистый пруд с волшебными утками, и никогда не увядающий сад, и столь занимательные витражи, что дух захватывало при виде их. И правил всем этим великолепием не кто иной, как хан Баграфи по прозвищу Величайший.

Баграфи славился своими победами на полях сражений, мудрым управлением владениями, рассудительным отношением к своим подданным и даже рабам. При его правлении народ процветал. Пепельники боготворили своего хана и готовы были стоять за него горой. И все шло как надо, и все у Баграфи получалось как нельзя лучше. Но однажды произошло то, в чем даже Величайший оказался не способен разобраться.

Сперва это произошло на границах. Из дальних деревень стали поступать сообщения о нападении чудовищ, которых не брали ни мечи, ни стрелы, ни магия. Огромные ящеры, покрытые чешуей крепче тяжелых доспехов, прилетали на страшных перепончатых крыльях и сжигали все дотла, а всех жителей и воинов пожирали прямо на месте. Баграфи был обеспокоен полученными вестями и собрал множество отрядов по сотне прекрасно обученных солдат, отлично вооружил их и разослал патрулировать в поисках неприятеля по всему ханству. Но этого оказалось мало: армию хана выжигали до костей. Домой возвращались лишь единицы.

Несколько позже в ханский дворец заявился самый главный дракон – высотой с пятиэтажный дом. Он никого не убил, лишь приземлился на крыше и громко прокричал:

– Отдайте мне всех дев своих, сокровища и стада животных, иначе разрушениям не будет конца!

После чего улетел восвояси.

И хан решил собрать такое войско, которое окажется не по зубам даже этой громадине. Десять тысяч закованных в броню лучников, мечников и всадников отыскали убежище главного дракона и вступили с ним в бой. Кровавая схватка длилась несколько суток, и под конец ее в живых осталась лишь горстка солдат во главе с самим Баграфи. Они отступили домой, под уже не кажущиеся неприступными стены.

Когда казалось, что все кончено и настал конец великому ханству, во дворец явился человек. Человек, казалось бы, из варварского племени, из людского рода… но облачен он был в доспехи из крепкого, доселе неизвестного металла. И владел он смертоносным мечом, клинки которого находились по обе стороны рукояти. Такое оружие требовало идеального мастерства, годов тренировок и уйму сил, чтобы управляться с ним. Человек этот сперва явился по-доброму, но, когда стража дала ему отпор, он раскидал несколько десятков пепельников своим вычурным мечом, никого при этом даже не оцарапав. Почуяв великую силу, хан дал гостю аудиенцию.

Тот назвал себя иномирцем. Сказал, что силы, перенесшие его в этот мир, дали ему туманно сформулированное задание, которое он смог расшифровать. Заключалось оно именно в помощи ханству во время нападения драконов. Иномирец сказал, что поможет на добровольной основе и награды ему не надо: лишь бы не мешались под ногами да иногда выполняли его требования.

Баграфи согласился. По просьбе гостя он сформировал еще один отряд, но на сей раз состоящий не из опытных воинов, а из обычных охотников. Иномирец объяснил своим новым приспешникам, что драконы – это дичь, которую нужно поджидать и арканить так же, как любого иного зверя. И победы посыпались одна за другой: отряд во главе с человеком из иного мира ставил ловушки, выманивал ящеров из укрытий, устраивал засады и нападал в темноте. Популяция противника всего за полгода сократилась более чем втрое.

Но однажды настал момент решающей схватки. Главный дракон был не так глуп, как остальные: он предвидел любую засаду, а потому заранее выбирал такие маршруты, по которым нельзя было его отследить. И казалось бы, чего бояться тому, кто уничтожил десять тысяч солдат хана? Главным оружием, внушающим ужас, стала его репутация. Дракон попросту боялся маленького человека.

Однажды ночью, когда последний дракон все-таки потерял бдительность и на несколько минут прилег уснуть в чистом поле на холме, окруженном широкими реками, отряд иномирца нанес удар. Громадина попалась в доселе невиданных размеров сеть, и хоть смогла из нее выбраться, остатки «рыболовных» снастей прочно сковали зверю крылья, хвост и задние лапы. Но чудовище все еще оставалось смертоносным из-за передних лап, удар одной из которых может снести городскую стену, и головы на длинной бронированной шее, которая неустанно поливает охотников жидким огнем. Но ловкость и сила иномирца оказались вне конкуренции: он смог увернуться от всех атак и пламени, взобрался по шее на голову ящера и выколол своим мечом чудищу глаза. Затем невероятным образом забрался в пасть дракона и изнутри пронзил ему верхнее небо, а затем мозг.

Терроризировавшая ханство армия летающих ящеров была полностью разгромлена. Но после того как последняя тварь была убита, иномирец пропал. Он не смог разжать сомкнувшихся вокруг него челюстей и оказался запертым в трупе врага. Разжать пасть не смогли и десятки охотников. Решив, что их герой погиб в последней схватке, они вернулись к хану.

Но через несколько дней случилось чудо, которое сперва приняли за новое вторжение: побежденный дракон вернулся во дворец, но на сей раз он не стал угрожать. Телом дракона, оказалось, управляла душа иномирца, и, чтобы окончательно уничтожить останки ящера, ему придется навсегда улететь туда, где нет ничего живого.

Дракон взмыл в небеса так высоко, что казался с земли маленькой точкой. И в конце концов даже эта маленькая точка растворилась в безграничной синеве. А на следующую ночь на небосводе образовалось новое созвездие, созвездие иномирца. А неподалеку от него в самую темную безоблачную ночь ныне можно разглядеть фигуру огнедышащего ящера, гордо расправившего свои крылья…

– И это все? – нахмурился Виктор. – Какой толк в этой сказке? Никакой практической пользы. Даже морали, как в баснях, нет.

– Не знаю, – пожал плечами отшельник. – Я надеялся, что вам эта история о чем-нибудь скажет. Быть может, просто время еще не пришло, и однажды сказание об иномирце раскроет вам глаза на что-нибудь чрезвычайно важное. Советую не забывать то, что я только что рассказал.