Никита Баранов – Чужеземец (страница 52)

В кои-то веки комнаты оказались пустыми. Никто не смотрел на человеческую самку с презрением и осуждением. На нее вообще никто не смотрел. Даша вздохнула с облегчением и даже решила выделить для себя пару минут отдыха. Она легла на свою кровать, свернулась калачиком и тихонько застонала, пустив одинокую слезу. Плакать по-крупному не было ни времени, ни желания: за мокрые щеки хозяин мог знатно поколотить.

Жесткая колючая кровать сейчас казалась мягкой царской периной. Даша чувствовала уют всем телом, она хотела остаться здесь на несколько дней. Не вставать с кровати, спать, спать, спать… спустя несколько минут девушка решила, что еще немного – и за ней кого-нибудь пошлют, чтобы как следует «поторопить», а потому встала. Точнее, попыталась встать с кровати, потому что тело ее совсем не слушалось. Организм отчаянно твердил: нет-нет, отдохни еще немного! Пока не отдохнешь – никуда отсюда не пойдешь!

Даша отмахнулась от назойливых соблазнительных мыслей о двух-трех минутах дополнительного отдыха, опять сделала над собой усилие и опять не смогла встать. Затем еще одна попытка – безуспешно. Еще одна. И еще. На девятый или десятый раз подняться все-таки получилось, причем относительно легко и без каких-либо проблем. Тело словно стало воздушным, причем настолько, что казалось: один прыжок – и можно взмыть под потолок. Даша взглянула наверх, но потолка не увидела. Над головой сияло темное, затянутое несущимися с огромной скоростью фиолетовыми тучами небо. А вокруг уже не было никакого общежития – лишь безбрежный туманный океан, мерцающий частыми вспышками молний то тут, то там.

– Нет-нет-нет, – замахала руками Даша, паря в воздухе. – Мне нельзя спать. Нельзя, нельзя. Проснись, проснись, проснись…

Рядом пронесся электрический разряд. На том месте, где была вспышка, теперь находилась чья-то сокрытая в клубах темного тумана фигура. Даша сперва прищурилась, пытаясь высмотреть незнакомца, но затем закатила глаза, понимая, что в подобного рода сновидении ее может посетить только одна-единственная персона.

– Выходи, Лагош. Я знаю, что это ты.

– А я уж думал, бросишься обнимать. Мол, соскучилась и все такое. – Лагош выплыл из тумана поближе к девушке. Он частенько любил менять образы, и сейчас его тело укрывала герцогская мантия, украшенная золотом и драгоценными камнями, и на голове его несуразно сидела армейская фуражка с красной звездочкой на козырьке. – Здравствуй, милая.

– Здравствуй, здравствуй, – сложила руки на груди Даша. – Знаешь, я бы обняла тебя, да только ты слишком непредсказуем. Сперва даруешь мне новую жизнь, затем убиваешь, затем воскрешаешь, затем загоняешь в ханство, где меня берут в рабство безумные серокожие монстры. Я вот, знаешь ли, в смятении. Как мне к тебе относиться после этого?

– Да как пожелаешь, – развел руками Лагош. – Хочешь – злись. Хочешь – люби и обожай. А хочешь – никак не относись. Мне плевать.

– И зачем же ты тогда вырвал меня из материального мира в свой маленький рай?

– Рай? Ты смеешься? Ох, Дарья-Дарья, будь внимательнее. Как ты думаешь, что тебя окружает в данный момент? Где мы сейчас находимся?

Девушка оглянулась. Все те же темно-фиолетовые, быстро пролетающие тучи, повсюду плотный туман, молнии. Если смотреть вниз, то чем ниже – тем темнее, и заканчивается непроглядной чернотой.

– Я… не знаю. Это какой-то уголок твоего разума? Или моего? Может, мы – нейроны в мозге? Или какой-нибудь метафизический план? Может, междумирье?

– Вся суть людей, – усмехнулся Лагош. – Если не можешь чего-то объяснить – придумай сверхъестественную причину. И заставь в нее верить остальных. Образуй культ – и все, языческая религия готова. Нет, Дашенька, это место вполне настоящее. И ты его за последний год видела много-много раз. Ну изнутри, конечно, наблюдать за этим всем тебе не приходилось, но издалека это место почти всегда перед твоими глазами. По крайней мере, хотя бы кусочек.

– Это… тот шарик на небе, да?

– Шарик? Ты в своем уме? Акемо – это газовый гигант, он гораздо, гораздо больше, чем Пакемо, по землям которого ты сейчас ходишь. Не будь Акемо – не было бы и спутников.

– Ну ладно-ладно, не заводись. Плохо знаю астрономию, чего здесь такого?

– Ничего. У тебя есть другие таланты. Не всем же на звезды смотреть, правильно? Ну ладно. Расскажи, милая, как у тебя дела? Чем занимаешься в последнее время? Как проводишь выходные?

– Издеваешься, да? Ты ведь и так все знаешь. Даже лучше, чем я сама.

– Пожалуйста, окажи мне услугу. Поведай рассказ. Хочу услышать из твоих сладких уст, крошка.

Даша нахмурилась и вопросительно изогнула бровь:

– Ты что, флиртуешь со мной? Клеишься так?

– Да БОЖЕ УПАСИ, милая моя! Ты же мне как дочь родная. Ты все еще жива только благодаря мне, так что не ерничай. Одно мое слово – и ты умрешь. Теперь уже навсегда, поверь. Более того, я могу устроить тебе такое загробное царство, что ты целую вечность потом рыдать будешь и жалеть о курорте на плантации.

– Пугать-то не надо, – нахмурилась девушка. – Ладно-ладно. Что тебе рассказать? Как у меня дела? Просто отлично! Некоторое время назад инквизиторские ведьмаки сожгли Арвенх и убили всех жителей, в том числе стариков, женщин и детей.

– Ох, беда-то какая…

– Затем мы чуть не погибли в пустыне без еды и воды. Еле выжили. Спасибо Джамафу, что приютил нас. Если бы не он, наши истлевшие кости сейчас догладывали бы стервятники да другие песчаные неведомы зверушки.

– Бедняжки мои…

– Затем мы отыскали Чарли – феникса Виктора. Но болотник-караванщик по каким-то непонятным причинам слинял, а его стража чуть не убила Джамафа. Я отправилась следом и спасла одного из умирающих наемников – Роджера. Он теперь что-то вроде моего подданного, как он сам считает. Потом нас чуть не повесили и продали в рабство, где наша жизнь превратилась в сущий ад. Такие вот дела. В выходные я делаю много чего! Иногда не делаю ничего. Но чаще всего я не делаю совсем ничего, потому что выходных у меня, черт возьми, нет! Вообще!

– Какая досада…

– Что ты все иронизируешь? Сам расскажи – как дела, чего нового.

– Ну рассказывать особо нечего. Я сейчас наблюдаю за интереснейшей ситуацией: оккупированный юг герцогства бунтует против Авельона. Со дня на день объединенная армия степных людей, болотников и застрявших между мирами призраков должна напасть на кордон, сдерживающий степи, а потом направиться на север – в глубь герцогства. Интересно, получится ли? Не знаю. Но наблюдать очень любопытно.

– Погоди, что? Объединенная армия людей и болотников? Ты шутишь? Они же ни с кем не договариваются! Ну за редчайшими исключениями.

– Не шучу. Уверен, ты вскоре и сама сможешь воочию наблюдать за изменениями в государстве. Надеюсь, та война затронет даже ханство, хотя, конечно, обещать ничего не могу. Я же не всесилен.

– Ты раздражаешь своей жаждой крови. Это донельзя противно, Лагош.

– Что поделать? Такого меня уродили. Таким и помру.

– Все шутки шутишь, Лагош? Ладно-ладно. Дошутишься однажды. Пожалуйста, скажи мне, как Виктор? Где он сейчас? Ищет ли меня?

– Ви… кто? Не знаю никакого Виктора. Может, Джеймс Берк?

– Хватит шуток. Где он?

– В полном здравии, если тебе это интересно. Бодр, весел, весь в поисках. Очень скоро он тебя отыщет, не сомневайся. Если уже не отыскал, конечно.

– Опять загадки? Что с ним? Чем именно он занимается?

– Не знаю, честное слово. Мне он пока не очень-то интересен. Куда приятнее наблюдать за развитием драмы здесь, на плантации. Ну и за тобой конечно же. Кстати, милая прическа! На плантации хороший стилист.

– Опять издеваешься, скотина? До истерики меня довести хочешь?!

– Отнюдь. Хочу тебя развеселить. Не получается?

– Да как-то не очень. Хреновое чувство юмора. Лучше бы хорошее что-нибудь сделал.

– О, тут ты ошибаешься, – заливисто рассмеялся Лагош. – Чувство юмора у меня еще о-го-го! Кстати, советую прикрыть ребра.

– Что? Ребра? О чем ты?

Даша почувствовала резкую тупую боль в правом боку. Разумеется, тут же выпала из сна в реальность. Оказалось, что это охранник, заждавшийся переодевающуюся рабыню, решил ее поторопить. Заметив, что та крепко спит на кровати, решил ее незамедлительно разбудить несколькими точными ударами в ребра своим тяжелым кулаком в латной перчатке.

– Просыпайтса! – рявкнул он. – Вставать!!!

– Встаю-у-у, – превозмогая боль, скатилась с кровати девушка. Упав на пол, получила еще один удар – на сей раз кончиком сапога в живот. – Хватит, хватит, я иду!

– Не хватить, – улыбнулся пепельник и послал Дашу в нокаут завершающим ударом подошвы по голове.

Вновь забвение. Девушка открыла глаза и поняла, что опять оказалась в осознанном сновидении, но теперь же она находилась не на Акемо, а посреди огромного пшеничного поля, и, судя по цвету колосьев, в сновидении шел август. Небо сияло чистотой, яркое солнце тепло, но не жарко поливало окрестности мягким золотистым светом. Светило было одно, а не два, как это обычно выглядит на Пакемо. Даше почему-то очень захотелось подпрыгнуть, что она и сделала. Прыгать оказалось несколько труднее. Видимо, на Пакемо гравитация ниже, и девушка к ней сильно привыкла.

Не осталось никаких сомнений – Лагош зачем-то перенес свою собеседницу на Землю.

– Как тебе? – спросил появившийся за спиной Лагош. – Это твоя родина. Нравится?