Ники Сью – Вредина для мажора (страница 36)

Пусть это неправильно. Но как же хотелось попробовать его губы на вкус.

Однако Фил спас от внутренних терзаний. Он коснулся моей щеки, не губ. Легкий поцелуй на прощание. И безумный жар, опаляющий каждую клеточку тела.

Со мной такого никогда не было. Непередаваемые ощущения, словно смотреть на большую яркую луну, словно желать коснуться ее и вот оно – твое желание исполнилось. Хотя если уж совсем честно, Рома был больше, чем Луна. В моем сердце он занял слишком много места.

– До завтра, – прошептал Филатов, улыбаясь.

– До завтра, – с трудом выдала я, а затем выскочила из машины.

Маринка сразу заметила, что со мной что-то не то. Я не могла перестать улыбаться, а когда переставала, замирала с задумчивым видом и от этого казалась еще странней. Одним словом витала в облаках. Можно было бы поделиться новостью, но не хотелось. Пусть будет только со мной, у самого сердечка. Ведь не факт, что у нас с Ромой реально что-то получится. А так… помечтать никто не запрещает.

С заданиями тоже не ладилось. Я не могла сконцентрироваться на материале. Читала по три раза, но толку ноль. Я даже забыла ответить на сообщение Макарова. Он там спрашивал про статью очередную, но какие статьи? Мои мысли занял Филатов и уходить из них не планировал.

Потом Рома перешел из мыслей в реальность. Вернее прислал стикер в телеге. Сперва махающий рукой, потом сердечко, а дальше перешел к словам.

Р: Чем занимаешься?

К: Пытаюсь учиться, а ты?

Р: Мы с Ником на картинге дрифтуем. Он отошел по телефону поговорить, а я тебе решил написать.

К: Весело там у вас. Осторожней, говорят можно вылететь, если ехать на большой скорости.

Р: Хочешь к тебе приеду? Машинки меня интересует меньше, чем ты.

Я ничего не ответила. Прижала телефон к груди, и раскачивалась в разные стороны, как дурочка. В это время еще Маринка зашла в спальню, глянула на меня с удивлением, спросила нормально ли все. А я и сама не знала, нормально или безумно хорошо. Кажется, бабочки в животе сошли с ума. Кажется, я сошла с ума вместе с ними.

– Марин, не хочешь отметить новоселье? Тортик может или чего-нибудь вкусное? – неожиданно предложила. Усидеть на стуле было сложно, да и материал все равно не хотел усваиваться. Толку над ним корпеть уже.

– А давай. Я за! Может, Иру пригласим?

– Давай!

34.2 Рома

Я разглядывал экран телефона, расхаживая из стороны в сторону. В груди разливалось что-то теплое, радужное. Короче, лагал по полной. Ник, конечно, не удержался, постебал меня. Но потом я его сделал на втором круге и заявил громкое «выкуси».

– О, Ромео, ты уже весь в своей Джульетте, – заявил Новиков, натягивая перчатки на руки.

– Вот ты бы спросил лучше, как все прошло, как я оплошался, а не…

– У тебя все на фейсе написано. – Усмехнулся он, усаживаясь на подоконник. Мы стояли возле разбитого окна, в старой заброшенной этажке. Картинг здесь организовал один местный тип, художников пригласил, чтобы те стенки расписали в забавные надписи. Атмосферное место, прокуренное, чистое мужское. Короче в стиле Новикова.

– Знаешь, это такой адреналин. Я никогда не волновался так. Да, получилось не очень, по-другому хотел, – честно признался. По плану мы должны были поехать в кафе, потом погулять в парке, пообедать и остаток дня провести на набережной. Я даже утром заехал в круглосуточный магазинчик всяких взрывалок, чтобы бахнуть красоту в небо, а там уж предложить встречаться. Но Катя в момент подрезала мне крылья. Заявила, мол, в такого как ты не влюблюсь и все дела. Задело, конечно. Обидно стало. Ревность накатила, непонимание. Я перед ней душу изливал, а она пресекла мои попытки. Тут еще и Макаров. Короче где-то щелкнуло. В груди заныло от одной мысли, что эта солнечная девчонка будет обнимать другого, целовать его и говорить милые глупости. Наверное, поэтому я и выдал про симпатию и отношения.

Нервничал жутко, руль сжимал. Пять раз поругал себя, ну а когда дошло, что обратного пути нет, решил дать по газам, терять все равно нечего. И каким-то чудом Катерина меня не отшила. Ник, кстати, тоже склоняется к версии о чуде. Что ж, пусть так. Пусть Рина будет моим личным чудом. Я не против.

– Ты идешь со мной на повторный круг или будешь дальше телефон гипнотизировать? – голос Новикова вытянул меня из воспоминаний.

– Слушай, а это нормально, что прошло двадцать минут, а она не отвечает? – озадачился я, разглядывая проклятые двойные галочки, на экране.

– Пора набирать сто двенадцать, – качнул головой Ник. Спрыгнул с подоконника, подхватил меня за локоть и потянул в сторону трассы.

Мы проехали еще пару кругов, на одном Новикова конкретно занесло. На нас даже шеф наехал, мол, жить надоело. Однако Никиту никогда не останавливала опасность. Казалось, он не знает о страхе, не пробовал его на вкус.

После решили пройтись по ночной набережной. Вернее Ник решил, ему нравилось разглядывать луну в озере. Короче, загоны бывают у моего лучшего друга. Но тут и меня переклинило. Озеро в районе дома, где сейчас Катя живет. Хотелось свернуть, к ней сходить. Спросить, почему не отвечает, нормально ли все.

– У тебя башня поехала, друг, – окрестил Ник, потешаясь с моего состояния.

– Посмотрю на тебя, когда будешь ждать звоночка от любимой. Сотку ставлю, что ты побежишь к ней по первому зову!

– Бредишь, Ром. Я? Побегу? По первому зову? Смешно.

– Побежишь. Не, полетишь. – Уверенно заявил. В шутку, конечно. Маловероятно, что Никита влюбится в обычную девчонку, вроде моей Кати. Я-то с Аней серьезно пытался до этого. И в принципе ничего не имею против длительных отношений. А Ник категоричный свободолюб. Ему нравится жить и ни в чем себе не отказывать. Да и с девчонками он водится только тогда, когда ему хочется. Так что к категории бабников Новикова отнести нельзя.

– Вызовешь сто двенадцать, если я однажды сойду с ума.

Мы шли по тропинке, дышали запахом осенней прохлады, слушали вой ветра. Иногда поглядывали в сторону озера, где, в самом деле, отражалась Луна. И я вдруг подумал, что именно сейчас хочу услышать голос Кати. В идеале бы привезти ее сюда, взять за руку и показать ночную красоту. Но она еще не сказала волшебное «да», поэтому придется быть паинькой и добиваться своего.

– Отпустите! – послышался женский вой в стороне пирса. Мы с Ником переглянулись, а потом заприметили откуда шел звук. Там стояла девушка, а рядом трое парней. Пьяных в доску, судя по всему. Один покачивался, у другого в руках бутылка пива. Третий держал девчонку.

Не сговариваясь с Новиковым, пошли туда – прямо по длинному пирсу. С каждым шагом голос незнакомки походил на истеричный вопль, а парни громко ржали. Я понимал, без драки не получится. Такие не отступают. Но трое против нас двоих – ерунда. Правда, за девушку переживал. Вдруг ей тоже достанется. Кто знает, что в головах у пьяных оборванцев.

– Эй! – крикнул Ник, не доходя метров десяти. – Игры в любовь дома устраивать надо, по обоюдному.

– Помогите! – завопила незнакомка, пытаясь вырваться. Ветер игрался с ее темными волосами, длинными, словно у русалки.

– Идите куда шли, парни, – хмыкнул тот, что с бутылкой.

– Пожалуйста, – умоляла девчонка, дергаясь.

– Эй, отпустите ее, – крикнул я, сжимая руки в кулаках. А вот Ник наоборот был абсолютно спокоен. Порой мне казалось, драки его забавляют.

– Давайте поиграем? – усмехнулся Новиков. В свете яркой луны его улыбка походила на Дьявола темного подземелья. В такие минуты даже я побаивался этого обезбашенного парня. – Я говорю «раз», и вы убираете руки от девушки. Говорю «два», и вы отходите от нее. Говорю «три», и вы убегаете.

– Чувак, ты с катушек слетел? – заржал тот, что едва стоял на ногах.

– Пожалуйста, – шмыгнула носом девушка, оглядываясь на нас.

Глава 35

Рома

35.1

Домой я притащился почти к трем утра. Во-первых, мы таки подрались. Но ладно бы драка, один пьянчуга завалился в озеро. Оказалось, он не умеет плавать. Орал благим матом, пришлось спасать. Ник разбирался с двумя оставшимися, а я полез. Не оставлять же человека. Во-вторых, на шум откуда-то вывернули полицаи. Выяснять не стали, всех скрутили и в участок.

Спасибо незнакомке. Ее, кстати, Алина звали. И она, судя по влажным взглядам, запала на Никиту. Глаз не сводила с него, пока сидели в участке. Тут и батя ее приехал, он местный следователь. Нас отмазал, руку пожал, в гости давай приглашать. Новиков сразу отказался, не любитель он подобного. А я любезно находил отговорки.

В итоге отпустили нас в два часа ночи. Мы попрощались и разъехались. Дома я плюхнулся спать, даже не раздеваясь, сил не было. Участок вымотал больше, чем драка. На фоне этого вонючего места приятности за день испарились.

Утром, в семь тридцать, будильник вытащил из теплых снов и подушки. Я сперва выключил его и думал, лягу спать дальше, но потом вспомнил про Катю. Обещал ведь. Поплелся в душ, привел в порядок лицо и волосы. Прыгнул в тачку и помчал к своей ненаглядной. Написал ей сообщение, чтобы ждала верно, и преданно. В этот раз Рина прислала весточку. Смайлик. Ерунда, а в груди аж соловей запел.

По пути я заприметил старушку с цветами. Домашние, полевые, то ли фиалки, то ли еще что-то. Не особо разбираюсь в сорте. Остановился. Купил. Раз уж вчера из меня не вышел романтик, то пусть сегодня выйдет. Да, цветочки простенькие, но хоть настроение создадут. Правда, когда завернул во двор к Кате, в голову стукнула другая мысль: вдруг она вообще не любит цветы. Или как многие девчонки предпочитает только розы. А я дурак-романтичный притащил ей с огорода. Глупо выйдет, конечно.