Ники Сью – Ты - моя ошибка (страница 10)

– Ты неисправима, – сухо произнесла и пошла в свою комнату. Если Ванька проиграет кучу денег, пусть у своего Валеры занимает или как хочет, решает вопрос. Не собираюсь влезать. Хватит! Надоело быть нянькой и самой взрослой в семье. Разве не для этих целей нужна мать?

Неделя меня серьезно вымотала. Во-первых, в универе откуда-то свалились тесты, контрольные, обилие домашки. Преподаватели словно готовились оторваться к зимней сессии. Ну и Иванов, конечно, дал жару. Пару раз подловил меня у входа в корпус и пристал со своим «давай поговорим». Говорили о том же, вернее говорил Женька. Я шла в нужную сторону и старалась не слушать пустые отговорки. Потом мы молча разошлись в разные коридоры. На переменах он постоянно пожирал взглядом, и вечно оказывался там же, где я. Хотя у нас частенько пары стояли не на одном этаже. В пятницу Иванов отличился серьезно. Я отпросилась в туалет на занятии, и тут откуда-то взялся этот.

Наглости ему хватило войти в дамскую комнату, хлопнуть за собой дверь и подойти впритык. Я стояла рядом с раковиной, мыла руки.

– Мне надоело бегать за тобой, – выдал герой-любовник.

– Посочувствовать или похлопать в ладоши, что такой настойчивый? – взяла салфетку, и повернулась лицом к нему. Между нами было маленькое расстояние, но нарастало напряжение. Я его ощущала в плечах, словно тяжелый груз.

– Ты реально думаешь, что какой-то другой дурак будет терпеть игры девочки-целки? – в глазах Женьки мелькнула ледяная злость. Мне аж не по себе сделалось. Ну и фразы резали слух, конечно.

– Не переживай, девочка-целка как-то справится с этой проблемой. А теперь, отойди-ка! Мешаешь, – я скривила губами, и, не дожидаясь ответа, обошла Иванова сама. Ждала очередную гадость в свой адрес, но видимо Женя слишком долго думал. Интересно, однако, зачем он пытается наладить отношения, раз я настолько ему противна. Совсем крыша поехала что ли.

А вечером дома был концерт. Забавный такой. Мать с Валерой закрылись у Ваньки в комнате и учили его взрослым обдуманным поступкам. Правда, не знаю, кто еще кого учил. После общения тет-а-тет Валера вышел с горящими глазами и смотался к знакомым товарищам. Как позже выяснилось, он тоже решил поучаствовать в тотализаторе. И чего я собственно ожидала? Что мужчина, который в сорок пять ни разу не был женат и не имел детей, вдруг сделается мудрым старцем? Или что под давлением взрослых у глупого Ваньки проснется мозг?

Нет! Надо самой надавить на него. Но уже не сегодня. Сегодня пусть остывает, иначе получится игра в одни ворота, где мама добрая фея, а я – злой маг.

Однако утром в субботу мы разминулись. Ваня пошел в школу, я занималась с учениками дома. Иногда поглядывала на часы, но брата не было. К трем дня стало тревожно. Сердце словно сеткой обтянуло, давило, сжимало бедный орган. Я старалась, конечно, отвлечься: почитала конспекты, проект села делать, приготовила ужин. Но время тикало, а Ваньки не было.

В пять решила позвонить. На другом конце сказали, абонент недоступен. Еще одна тревожная кнопочка сработала. В семь явилась мама с Валерой. Оба веселые, румяные, мать цветы в руках держала, улыбалась. Конечно, мои разговоры про брата им были неинтересны. Как же противно… В такие моменты я задавалась вопросом: зачем она нас родила? Неужели потому что денег на аборт не хватило?..

– Мам, ты с Ваней не созванивалась? Его до сих пор нет, а телефон отключен…

– Он говорил, что у друга ночевать останется, – выдала она. Какого такого друга, правда, не пояснила. Ладно, нормальная мама знает всех друзей своих детей. Вон Ванька никогда не ночевал ни у кого. Разве что у нас пару раз оставался его товарищ.

– Как зовут друга? Я позвоню! – настаивала.

– Ну чего ты, Ульянка? – подал голос Валера. Мама ушла на кухню, а он продолжал стоять в прихожей. Мазнул по мне влажным взглядом, сверху вниз. Уже не первый раз я замечаю этот взгляд, да и Ваня замечал. Он даже матери пытался намекнуть, что как-то нехорошо поглядывает Валерий в мою сторону. Однако мать, как обычно, отмахнулась.

– Я не Ульянка, а вам, дядя Валера, лучше парфюм сменить. Тошнотворный, – фыркнула, развернулась и закрылась у себя в комнате. Ненавижу этого мужика. Ненависть к нему пропиталась под кожу, кажется. Фу! Омерзительно. Как рядом с таким можно вообще лежать, а целовать… О чем только думает мама.

Комната у меня закрывалась на замок, но Ваня пару месяцев назад прикрутил щеколду зачем-то. Сказал, так ему будет спокойней. Когда он дома, ерунда. А вот когда его нет, лучше на два замка закрыться. Кто знает, какие черти пляшут в голове у Валеры. Хотя он руки не распускал, намеков не подавал, только эти поглядывания. Не очень приятные, правда.

По наставлению брата, я закрылась на все замки и уселась на кровать. Взяла телефон, набрала его, пусть бы ответил. Сердце не на месте, когда не можешь дозвониться до родного человека. Сразу не те мысли лезть начинают, тревога сжимает каждую клеточку.

Но на той стороне продолжали твердить – недоступен.

Ничего не изменилось ни через час, ни через два, ни через три. Я встала, подошла к окну. Темно. Дождь срывается. Деревья раскачивает осенний ветер. Кажется, скоро выпадет снег. Станет еще холодней.

Я поджала губы, скрестила руки на груди.

Этой ночью Ваня так и не вернулся.

Глава 11 – Ульяна

Утром первым делом я позвонила классной руководительнице Вани – Людмиле Михайлове. Она женщина открытая, понимающая, в возрасте, а главное у нее есть номера одноклассников брата. Ведь если он не пришел ночевать, вполне вероятно кто-то может знать, по крайне мере, мне так хотелось думать.

Людмила Михайловна на звонок ответила сразу. Голос у нее был немного запыхавшийся, но бодрый.

– Вы не подскажете телефоны мальчиков, кто с Ваней Ветровым общается близко? Наверняка знаете. Тот же Дима Шавалов или Юрка Репин. Но может, и другие есть, я просто, ох, – растерянно лепетала в трубку. Честно сказать, никогда до такого не доходило. Да, я пару раз была на собраниях в школе вместо матери. Однако то собрания, а сейчас экстренный случай.

– Что-то случилось? Я и родителей телефоны могу дать, если нужно.

– Вы не могли бы в общем чате у ребят спросить, может, кто знает, где Ваня? Он домой ночевать не вернулся, – как на духу выложила я. От нервного напряжения едва не грызла ногти. Зато мама мирно спала в соседней комнате, убежденная, что сын остался у друга.

– Боже мой! – вскрикнула Людмила Михайловна. – Конечно, конечно. Дай бог все в порядке и он где-то загулял. Если никто не отзовется, у меня есть знакомый в полиции, попробую через него. Вы не переживайте главное, найдется Ванечка целым и невредимым.

– Спасибо большое! – от всего сердца произнесла и скинула вызов. Участие постороннего человека, его забота и тревога грели сердце. Хоть кому-то в этом огромном мире на нас не наплевать.

С одной стороны, я очень переживала за брата, а с другой – злилась на мать. Уже вроде и злиться смысла не было, привыкнуть пора, но мама словно живет с закрытыми глазами. А может, смотрит через призму розовых очков, где круглый год на небе радуга. И еще этот Валера с вонючим одеколоном…

Оставаться дома было невмоготу, поэтому решила – пойду по улицам, в соседние дворы загляну. Вероятности найти там брата мало, но хоть как-то отвлекусь. Да и сидеть, сложа руки, невмоготу.

Однако стоило мне только натянуть свитер и джинсы, как замок на входной двери щелкнул, и послышались шаги. Сразу поняла – Ванька вернулся. Пулей выскочила к нему, представляя самые ужасные образы, но внешне брат был абсолютно нормальным. Никаких побоев или типа того. От него не несло перегаром, только дешевыми сигаретами.

– Где ты был? – прошипела. Схватила под руку и резко потянула в свою комнату. К моему удивлению, Ваня сопротивляться не стал. Прошел молча, затем уселся на кровать, поджав плечи.

– Отвечай! – уже чуть громче и строже произнесла. Встала напротив, уперев руки в бока, а у самой внутри ходило все, будто желе трясется.

– Пытался выиграть билет на поезд мечты, – ответил уныло брат. Вздохнул, натянуто улыбнулся. Он выглядел уставшим и поникшем. Я сразу поняла – проиграл деньги. С одной стороны хотелось отругать его, дать хорошего подзатыльника, а с другой жалко стало. Может это изначально и была глупая затея с тотализатором, но как горели глаза у Вани. Он не бегал по комнате, летал практически, предвкушая встречу с Кристиной, покупку подарка.

Я присела рядом, положила руку ему на плечо.

– Вань, надеюсь, ты не брал кредит.

– Нет, – ответил он спустя несколько секунд. Смотрел в пол пустым взглядом, дышал медленно, иногда качал головой. В каждом его жесте так и читалась обреченность.

– Ничего, Вань, – я положила голову брату на плечо, всяко он был выше и шире. Прижалась ближе, обхватив его за локоть. – Ты все равно молодец, что постарался.

– Ага, – вздохнул он. Да так тяжело вздохнул, мне вдруг показалось – ситуация хуже, чем есть на самом деле. Но я отодвинула эти мысли. Кредит не брал и, слава богу. А с девушкой пусть сам разбирается. Любовь – сложная штука, от нее вон и в веревку лезут, и с крыш прыгают. Не всегда знаешь, чем обернутся эти невинные чувства.

С минуту другую мы еще посидели молча рядышком, а потом я рассказала про классную, и про то, что искала номера его друзей. Тут Ванька, правда, то ли в себя пришел, то ли просто его зацепило. Но он резко подскочил, начал кричать, обзываться. Ходил из угла в угол, едва пар из ушей не валил.