Ники Бейли – Скажи, что любишь меня (страница 9)

– Ну-ну, Рид. И как его имя? – с сарказмом спросил Ник.

– Почему ты лезешь в это? А потом сбегаешь без объяснений! Зачем? Отвечай сейчас же! – не выдержала я и сорвалась на крик.

Блэк сжал кулаки и приблизился ко мне почти вплотную. Уже казалось совершенно привычным оказываться так близко друг другу. Я опустила взгляд на его губы. Захотелось прикоснуться к ним, снова почувствовать их вкус и… Услышала голос Дейва, о присутствии которого мы напрочь позабыли:

– Сын, выйди немедленно. Если вы не можете нормально разговаривать друг с другом без ссор, я пообщаюсь с Лекси сам, – строго отчеканил глава семьи.

– Как скажешь, отец, – Ник отошёл от меня и картинно отсалютовал рукой у виска. – Не забудь обрадовать Рид. Просвети нашу дорогую Лекси, кто является тайным акционером, – Блэк с издёвкой ухмыльнулся. – Не жди меня. Сегодня я ночую не дома, – сообщил сводный брат своему отцу, прежде чем закрыть за собой дверь.

– Лекси? – старший Блэк перевёл на меня внимательный взгляд. – Мистер Гибсон назвал тебе имя?

– Нет.

– Не вижу смысла скрывать от тебя данную информацию, – кивнув, ответил почти-отчим и протянул мне папку с логотипом «Sense».

Это были копии официальных документов о составе акционерных групп «Sense Hotels International». На первой строке значилось моё имя, рядом с ним уже знакомая цифра – пятьдесят пять процентов. На второй – Джоан Софи Рид и двадцать один процент. Дальше шло имя Билла с его четырнадцатью процентами и ещё некоторые незнакомые мне фамилии, имеющие в среднем по два процента.

В нетерпении я пролистала ещё несколько страниц и увидела договор передачи акций моей матерью в управление Билла до востребования, подписанный её рукой. Пять лет назад Джоан передала свои акции крёстному за год до развода с отцом. Что-то здесь не сходилось. Неужели вся её новоявленная забота обо мне была из-за доли в компании?

– Вижу твоё удивление. Джоан не знала о существовании принадлежащих ей акций, – ответил Дейв на мой немой вопрос.

– Но как? Тут стоит её подпись. Вы поэтому помогали мне, да? – угрюмо поинтересовалась я, взглянув на главу семьи так, будто он был повинен во всех смертных грехах.

Я пыталась откинуть плохие мысли, которые снова стали скапливаться в голове, но вечер был окончательно испорчен. Ведь я наивно полагала, что Ник спас меня по своей инициативе. Оказалось, что он не соврал, и помогал действительно его отец. Вот только не мне, а своей любимой. Захотелось выбежать из этого кабинета и скрыться в спасительной тишине своей спальни.

– Лекси, нет. Мы узнали эту информацию, когда начали копать глубже, как только я немного слукавил и на правах твоего адвоката запросил документы из «Sense».

– Тогда зачем ты мне помог? Я для тебя никто. Какая у тебя выгода?

– Какая никакая, но мы семья. А в семье своих не бросают, Лекси, – он мягко улыбнулся и вздохнул. – Ты не считаешь, что Джоан вправе знать о том, что ей принадлежит?

Я задумалась. Конечно же, мать имеет полное право знать о своей доле. Уверена, Дейв сразу же рассказал ей. Только вот зачем это всё так тщательно скрывалось? Не поэтому ли Билл просил молчать о поездке в Сиэтл? Наверняка, именно отец провернул манипуляцию с передачей перед разводом, а значит, он не доверял Джоан. Но, с другой стороны, если бы не доверял, то не записал бы на её имя такую большую долю с возможностью получить акции обратно. Я устало вздохнула: «Когда уже появятся ответы на все эти вопросы?»

– Ты никому не можешь довериться, не так ли? – спросил Дейв, прервав затянувшееся молчание. – Я прекрасно понимаю тебя, Лекси. Позволь мне действительно стать твоим официальным адвокатом. И, обещаю, мы со всем разберёмся вместе.

– Я буду крайне признательна, – серьёзно ответила я.

Доверяла я ему или нет, значения не имело. Ведь, заключив контракт, юрист не сможет действовать против интересов своего клиента, что при любых обстоятельствах было мне на руку.

– В таком случае, попрошу о том же, о чём и твоя мать. Будь осторожной с Биллом Гибсоном. Не советую сейчас показывать ему свою осведомлённость. По крайней мере, подожди, пока он не расскажет тебе всё сам. Послушай и сделай выводы. Потом будешь решать, – медленно, размеренно сказал Дейв, в упор смотря на меня. – Я же попытаюсь выяснить подробнее про ту ситуацию, когда погиб человек.

– Хорошо. Могу я попросить тебя ещё об одной услуге?

Дождавшись утвердительного кивка, я принялась рассказывать: мне хотелось в срочном порядке продать злосчастную квартиру в Сиэтле. Не то чтобы мне теперь нужны были деньги, но возвращаться туда, где каждый сантиметр напоминал Артура, не было абсолютно никакого желания. Две машины, доставшиеся так же от отца, доставят уже завтра прямо к дому. «Астон Мартин one-77» – суперкар, купленный отцом около десяти лет назад. Эксклюзивная модель. Таких автомобилей всего семьдесят семь в мире. К слову, десять из них купил какой-то шейх из Эмиратов. Продавать такую машину было бы глупо – я с детства мечтала сесть за её руль. Тем более, отец с неё буквально пылинки сдувал. А вот от «Майбаха», того самого, в котором Артур провёл последние минуты своей жизни, спеша с работы домой ко мне, я решила избавиться сразу же. Даже смотреть на него будет невыносимо больно. Старший Блэк сообщил, что продать такой автомобиль срочно можно только снизив цену. Я согласилась, потребовав с отчима обещание, тотчас как мы получим деньги от продажи, перевести их на счёт приюта Оливера Бейли от имени Артура Рида.

И пускай эта треклятая машина причинила нам с отцом лишь боль, она могла принести пользу и счастье бездомным животным, дать им шанс на новую, тёплую и сытую жизнь.

Закончив с делами, я направилась в свою комнату, думая лишь об одном: «Куда отправился Ник?»

Глава 8. Лекси Рид.

Сквозь огромное окно лился солнечный свет ясного морозного дня. Вчерашний промозглый туман уступил место суровому северному ветру и покрывшимся корочками льда дорогам. Спросонья было зябко и неуютно, хотелось согреться.

Оставался один день до Рождества, и я лишь надеялась, что праздник порадует нас снегом.

Зашла в ванную, дёрнула дверь в комнату Блэка. Никого. Значит, не возвращался. Закрыла со своей стороны на защёлку, встала под тёплые плотные струи, мягко массировавшие тело, расслабилась. Вода приятно ласкала плечи и спину. Вылив на мочалку любимый гель – карамельная груша, я прикрыла глаза. Как же всё-таки хорошо дома.

Ровно через пять минут раздался слабый стук в дверь. Я прислушалась: возможно, показалось? Снова раздался стук в дверь, на этот раз более громкий, чем первый.

– Рид, ты оглохла? – прозвучал раздражённый голос по ту сторону двери. Вернулся-таки и, видите ли, захотел в душ, после своей шлюшки. Хрен тебе, Блэк, не выйду. Стой и мучайся! Поделом тебе. – Выходи!

– Иди в душ на первом этаже. Тут занято! – прокричала я с довольной улыбкой, включив воду ещё сильней и представив сейчас негодующее лицо сводного брата.

– Там твоя мать. Выметайся, Рид. Я не шучу, – предупреждающим тоном произнёс Блэк и снова забарабанил по двери. Я молча продолжила стоять в душевой. Через несколько минут стук повторился, но уже со стороны моей спальни. Чёрт, я же не закрыла там дверь. – Считаю до пяти. Один.

– Тебе не приходило в голову, что я имею право принимать душ столько, сколько захочу? Ты не один тут живёшь! Иди мойся туда, где провёл ночь! – грубо крикнула я, с вызовом посмотрев на ни в чём неповинную дверь.

– Два, – раздался невозмутимый голос Ника.

– Блэк! Не смей! – возмущённо воскликнула я, выключив воду, и шагнула на ворсистый коврик, поспешно ища на вешалке свою пижамную футболку.

– Три, – явно издеваясь, протянул Блэк, пока я впопыхах натягивала на себя футболку и пыталась найти нижнее бельё.

– Четыре, пять! – триумфально воскликнул Ник, и дверь резко распахнулась. Я вскрикнула и злобно скосилась на братца, в то время как Блэк с нахальным видом шагнул вперёд, закрыв дверь и скрестив руки на груди, прислонился спиной к стене. – Я ведь предупреждал, Рид, что не шучу.

Я с трудом пересилила желание треснуть его по голове. Ну почему он опять такой невыносимый и самоуверенный? Ведь может же быть другим, я это видела. Тогда на крыше, потом в Сиэтле.

– Какого хрена ты творишь? – сквозь зубы процедила я, стремительно теряя терпение. – Ты мерзкий, наглый, эгоистичный… – Но не успела я продолжить так и норовившие слететь с языка оскорбления, как Блэк затолкал меня обратно в душевую кабинку и врубил воду. – Ты в своём уме? – прошипела я, но братец поспешно закрыл мне рот рукой.

– Александрина, ты где? – послышался взволнованный голос матери со стороны моей спальни. – У тебя всё в порядке? Я вхожу!

Не хватало ещё, чтобы мать застала нас с Блэком в таком недвусмысленном положении.

– Мама, не входи! – крикнула я громко, чтобы Джоан точно услышала меня сквозь шумящую воду. – У меня всё хорошо, скоро выйду, – гневно посмотрела на Блэка, всем своим видом показав наглецу, что из-за него у нас могут быть проблемы. Ник лишь гаденько ухмыльнулся. Снова.

– Но ты кричала, дочка, – растерянно произнесла Рид-старшая за дверью.

– Я…. Я уронила шампунь себе на ногу, – почти не растерявшись, соврала я.

– Потому что даже в ванной у тебя вечный бардак, – нравоучительным тоном проворчала Джоан. – Жду тебя внизу через десять минут. Поможешь украсить дом, – строго проговорила мать и вышла из спальни хлопнув дверью.