Ника Ёрш – Алхимия любви (страница 24)
– Хорошо. Мы пойдем вместе.
– Отлично! – Следы несчастья пропали с лица супруги подозрительно быстро. – Я накину жакет на голову.
Вольт едва не застонал: надо же быть таким ослом! И как только ей удалось так легко обмануть его?!
– Сабина, – он повернулся к ней, твердо решив доказать свою правоту. – Послушай меня…
– Я готова!
Она открыла дверь и шмыгнула под дождь за секунду до того, как Краспер успел схватить ее за руку.
– Оркова задница! – не выдержал Вольт.
Схватив ключи от машины, он выскочил следом и тут же попал под крупные холодные капли. Ежась от холода, запер машину и обернулся. Сабина стояла рядом, глядя на него своими глазами-блюдцами и прикрывая голову жакетом.
Не говоря ни слова, он ухватил ее за локоть и осторожно повел вперед, к виднеющемуся вдали дому. Там уже зажгли ночные фонари, служащие теперь маяком двум несчастным новобрачным.
– Ужасная тропинка, – жаловалась Сабина, то и дело спотыкаясь о комья грязи. – Вся разбитая! Нужно написать об этом отцу.
– Обязательно, – проговорил Вольт просто ради поддержания беседы. Отфыркиваясь, он остановился, чтобы снять ставшие бесполезными очки, и посмотрел на брошенную прямо на дороге машину.
– Нужно было оставить фары включенными, – подумал он вслух. – Из-за непогоды и темноты может выйти очень скверный случай.
Супруги уже преодолели больше половины пути и как раз вошли в парк, от которого до имения было рукой подать. Капли дождя, застревая в кронах деревьев, реже доставали их, что дало возможность немного передохнуть.
– Имение очень старое, но родители его любят, – услышал Вольт Сабину. За разговором она не обратила внимания на отставшего мужа и продолжила идти дальше. – Тебе здесь непременно понравится!
Вольт как раз спрятал очки в карман и, тихо выругавшись, поспешил за женой.
– Сабина! – позвал он. – Погоди.
Она обернулась и, засмеявшись, крикнула:
– Не отставай, Краспер! Снова устал? Догоняй, мы почти дома!
Развернувшись, она поскользнулась и, вскрикнув, упала в грязь.
– Нога-а, – Сабина посмотрела на подоспевшего мужа и уперлась лбом в его бедро. – Так больно!
– И не видно ничего! – Вольт изо всех сил старался оставаться спокойным, подавляя злость и коря себя за мягкотелость. – Встать можешь?
Она попыталась, но почти сразу жалобно заскулила:
– Лодыжка. Подвернула…
Вольт прекратил попытки поставить Сабину на ноги. Он отвернулся, сжал кулаки и, открыв рот, беззвучно закричал, так, что жилы на шее напряглись до предела. Жена не отвлекала его от попытки вернуть себе контроль, за что и была вознаграждена почти вежливым:
– Надеюсь, я не наживу себе грыжу!
С этими словами Вольт поднял ее на руки и предельно спокойно попросил:
– Постарайся молчать до имения, потому что диалога у нас сейчас не получится, а монолог я слушать не смогу – сорвусь.
Сабина саркастично хмыкнула, однако ее боевой настрой прошел, стоило Вольту поскользнуться и опасно накрениться вперед. Тонкие ручки жены тут же обвили его шею, а сама она теснее прижалась к его груди, гневно предупредив:
– Уронишь меня – будешь потом сам выхаживать!
– На это есть слуги и мистер Грэм Бифз. Так что держись крепче и не отвлекай меня разговорами, – не остался в долгу Вольт, тем не менее крепче обнимая хрупкое женское тело.
Сабина хотела сказать что-то еще, но ее прервал дождь: они вышли из парка, оставшись без прикрытия деревьев.
Фыркнув, она гордо отвернулась от стихии, упершись лицом в шею Вольта. Казалось бы, ничего такого, но теплое дыхание и легкое касание губ оказались настолько похожими на хитрую ласку, что в нем невольно пробудилось желание. Это и злило, и будоражило: кровь в жилах, казалось, стала горячее.
Память моментально услужила, подкидывая без того ошалевшему воображению картинки со спящей Сабиной в прозрачной комбинации…
Вольт настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как преодолел распахнутые кованые ворота. Опомнился он лишь от громкого окрика:
– Кто идет?! Кто там?
* * *
Уоррен Эйсби, служивший в Грэми-холле всю свою жизнь, старался не показать, в каком ошеломлении он находился от появления новых хозяев. Нет, конечно, все их ждали и готовились! Но не ночью и не так! Словно чудовище, перепачканное грязью, они вышли из парка под аккомпанемент грома. Лишь когда на небе сверкнуло, Уоррен понял, что это не одно существо, а девушка на руках мужчины…
Постаравшись создать молодым все удобства в самой прогретой гостиной, он приказал горничной закончить с приготовлениями их спальни и лично растопил камин. После этого мистер Эйсби разбудил кухарку, миссис Моес, дабы та сообразила поздний ужин для двоих, а сам отправился к гаражам отдавать новые распоряжения по поводу багажа прибывших.
Имение стояло на ушах, проснувшись среди ночи, как от кошмара.
Мистер Эйсби, привыкший планировать каждый новый день заранее, пребывал в растерянности и некотором расстройстве. Прием новых хозяев заметно выбивался из приличий и правил.
А вот женская часть прислуги была настроена совсем иначе.
– И что потом? – услышал мистер Эйсби, приближаясь к кухне. Голос младшей горничной выдавал крайнюю степень волнения. – Что он там увидел?
– Оказалось, это молодые хозяева! – восторженно ответила вторая горничная. – Их машина сломалась на подъезде к имению. Рикона со Стэном послали оттолкнуть авто к обочине, чтоб не стояло посреди дороги.
– И что ж они, шли под дождем? – спросила миссис Моес.
– Он нес ее на руках! – отозвалась Лина – племянница мистера Эйсби, временно нанятая младшей горничной буквально на днях, как только стало известно о приезде хозяев. – Это было так трогательно! Так романтично!
– И мокро, – фыркнула старшая горничная. – С них вода текла ручьем. Рикон должен привезти багаж из сломанной машины.
– Как же они без одежды? – поразилась кухарка.
– Закрылись в гостиной наедине, – хихикнула Лина, – укутались в пледы и ужинают. Даже от помощи дяди за столом отказались.
– Молодость, – умиленно проворковала кухарка. – А сам-то хорош?
– Очень даже! – Старшая горничная причмокнула губами. – Хоть и в грязи весь перепачкался, но нес мисс Сабину и даже не запыхался. И глазища как омуты! Была б я на десять лет моложе…
– На десять! – расхохоталась кухарка. – Скидывай все двадцать! Тогда в самый раз была бы.
– На себя посмотри! Сколько тебе сейчас?..
Мистер Эйсби, стоявший все время разговора в дверях, но оставшийся незамеченным, больше был не в силах молчать.
– Что здесь происходит? – вспылил он. – У вас что, работы нет, кроме как чесать языками?!
Женщины тут же умолкли и суетливо разбежались кто куда, плохо изображая раскаяние.
Лишь кухарка, оставшаяся на кухне, хитро улыбнулась и спросила у мистера Эйсби:
– Так что, правда он ее на руках принес?
Он сурово посмотрел на женщину, но она продолжала глазеть, даже не моргая, и явно не собиралась пугаться.
– Правда, – сдался мистер Эйсби.
– И через порог дома перенес?
– И через порог.
– Надо же! Как все предки Кейнов! – Кухарка сняла с себя передник и, аккуратно его сложив, спросила: – Может, тогда правда между ними искра была? Иначе с чего такой скоропалительный брак? Миссис Хьюз и сама знает, каково это…
– Миссис Моес! – взмолился дворецкий. – И вы туда же! Знаете что? Идите спать.
– Вот и пойду.
Она продолжала улыбаться, когда выходила из кухни. Однако задержавшись рядом с мистером Эйсби, женщина попросила: