Ника Варназова – Кинжал Гая Гисборна (страница 71)
Но далеко он не убежал — следом помчались Маленький Джон и едва не рассыпающийся на ходу Уилл, подгоняемые отчаянной бранью Робина. Великан в несколько прыжков преодолел это жалкое расстояние и схватил неудавшегося беглеца за шиворот. Кинжал со звоном упал на камни, сверкнув металлической рукоятью…
Йован не удержался от изумленного возгласа. Это был не тот клинок!
В ту же секунду огромные лапы Джона отпустили его. Мертвец бросился назад, но было уже поздно — Гай одним махом взобрался на низкую ветку дуба и всадил в дупло настоящий кинжал.
В следующее мгновение будто какая-то сила остановила разбойников, заставив их замереть на полушаге. Они безжизненно опустили руки и застыли, глядя в землю.
Робин рухнул на колени. Под ним затрещали сухие листья, будто исчезла магия, делавшая бесшумным каждое его движение. В ту же секунду пропал и холод. От резкого перепада температуры у Йована закололо в пальцах, лицо окутало жаром… Но вместе с этим появилось и странное ощущение, что магия вовсе не иссякла, а словно сгущалась вокруг Робина, неподвижно стоявшего на коленях с окаменевшим лицом и стеклянными глазами. Это чувство становилось всё сильнее, и, хотя единственным, что с виду изменилось в лесу, был небольшой ветерок, возникший с уходом холода, в мыслях Йовану удивительно ясно представились потоки, несущиеся со всех сторон, чтобы сойтись в одной точке.
Краем глаза он заметил какое-то движение и, взглянув в эту сторону, чуть не вскрикнул от страха. Тела мертвецов стремительно восстанавливались. Бледнели трупные пятна, исчезали повреждения, радужные оболочки глаз начали приобретать цвет. Будто преодолевая окоченение, зомби одеревенело двинулись к Робину. Не сделав и пяти шагов, Уилл свалился в сколькую грязь у ручья и затрепыхался в попытках подняться, Тук наткнулся на него и остановился, похоже, не понимая, как обойти препятствие. Только Маленький Джон продолжал упорно идти вперёд. Его лицо почти полностью утратило синеву, изъяны на коже заросли. Взгляд великана становился осмысленным, губы зашевелились.
Йован вздрогнул, словно от внезапного толчка, в ту же секунду, когда Гуд упал лицом в траву и колдовская сила, всё это время нагнетавшаяся вокруг него, пропала за долю мгновения. Это ощутилось, как оглушительный хлопок или взрыв, хотя не раздалось ни единого звука.
Джон остановился, с трудом протянул перед собой дрожащую руку.
— Р-ро… бин… — прохрипел он, судорожно вдыхая потеплевший воздух. Вдруг из его рта хлынула кровь, быстрые тёмные струйки потекли из ушей и глаз, всё тело задёргалось. Он с трудом сделал ещё два шага и свалился, лишь немного не дойдя до тела своего друга.
Оглянувшись на оставшихся мертвецов, Йован тихо выругался сквозь зубы. Тук смотрел прямо на него с широкой улыбкой. По его щекам и подбородку обильно текла кровь, заливая волчью шкуру и руки, утратившие мертвенно-серый цвет. Монах что-то прошептал одними губами и с громким плеском упал поперёк ручья.
— Мы убили Гуда, — прозвучал позади голос Гая.
— Ага, убили, — пробормотал Йован, не сразу отведя взгляд от тел.
Гисборн подошел к Уиллу, склонился над ним, затем быстро окинул взглядом Тука и распрямился с озабоченным выражением лица. Некоторое время он стоял, хмуро разглядывая уже окончательно мёртвых разбойников, потом встряхнул головой и сказал:
— Пойдём отсюда. Дело сделано, а остальное неважно.
Гай вытер лезвие кинжала о рукав и спрятал клинок. Стоило ему окликнуть Ганнибала, как осмелевший пёс тут же прискакал, бодро виляя хвостом. Он и не подозревал, что разом стал совершенно бесполезной собакой, и всем своим героическим видом выражал готовность вывести людей из леса, с которого уже спали чары.
— Как это неважно? — возмутился Йован. — Ты только посмотри, что сделал Робин!
— Полностью воскресить мертвеца невозможно!
— Но он почти сумел! Ещё бы чуть-чуть…
— Нет, не сумел, — агрессивно отрезал Гисборн. — Я ничего такого не видел. И ты тоже.
Он подтолкнул ногой Ганнибала, нетерпеливо подпрыгивающего в попытках обратить на себя внимание. Пёс потрусил вперёд, и Гай двинулся было за ним, но тут же остановился.
— Думаю, стоит принести в деревню голову Гуда.
Йован чуть не зарычал от злости, глядя, как тот пытается игнорировать истекающие кровью тела, в которых ещё пару минут назад её не было ни капли.
— Тебе вдова промыла мозги или что? Факты останутся фактами, даже если их замалчивать!
Гисборн, едва присевший на корточки, чтобы приступить к делу, раздражённо швырнул нож на землю и поднялся.
— Заклинаниями некромантии владеют только старинные роды, которых в мире не более нескольких сотен, если уже не десятков. И даже среди них полное возвращение к жизни — сказка наподобие Санта Клауса. Ты понимаешь, что любой колдун будет готов вывернуть наизнанку всю планету, если узнает о произошедшем?
Йован неуверенно пожал плечами. Он не сомневался, что магия, которую использовал Робин, должна быть редкой и очень сложной, но она не казалось такой уж экстремально важной.
Гая же сильно обеспокоила его маловыразительная реакция.
— Ты просто не представляешь, каким талантом обладал Гуд, раз он смог самостоятельно… Этого заклинания не существует. Похоже, он на протяжении семи веков изобретал собственные чары, — голос Гисборна дрожал от волнения, что для него было весьма необычно. — Дьявол, вдова совершенно не понимала, с кем имеет дело. Если бы Робин сумел выбраться…
— Глупость, импульсивность плюс мифическая сила. Обезьяна с ядерной бомбой, я понял, — кивнул Йован. — Никому не скажу. Клятва на крови не сработает, но, если хочешь, можем поклясться на мизинчиках.
На секунду ему показалось, что Гай сейчас вырвет своё сердце из его груди, а затем выстрелит в упор, но тот лишь поджал губы и отвернулся, возвращаясь к делу. Заинтересованный Ганнибал тотчас ткнулся мордой в мёртвое тело, едва не попав под лезвие и не распрощавшись с носом.
— Займи чёртову собаку! — рявкнул Гисборн, отбрасывая пса.
Он возился довольно долго, иногда бормоча вполголоса какие-то ругательства. Йован, не желая наблюдать за этим, ровно как и смотреть на остальные трупы, обратил своё внимание на дуб. В дереве что-то изменилось, хотя ему не успели нанести большой урон. Тёмная жидкость продолжала медленно вытекать ровной струйкой, которая постепенно истончалась. Мощные стебли плюща отвалились и с шорохом упали на землю, стоило только до них дотронуться. Сверху на них тихо слетели несколько дубовых листьев с почерневшими прожилками и кровоточащими черешками.
— Отойди от дерева, пока на тебя ничего не упало, — раздражённо приказал Гай.
Йован фыркнул, но отошёл на несколько шагов.
— Дуб умирает, да? — спросил он немного погодя.
— Похоже на то.
— Со мной будет так же, если достать твоё сердце?
Гисборн вытер лезвие ножа и поднялся, держа отрезанную голову за волосы. Йован поспешно отвёл глаза от мёртвого лица.
— Блин, заверни её во что-нибудь!
— Пойдём, — сказал Гай, проигнорировав его просьбу. Заворачивать было не во что, кроме одежды, и он явно не собирался жертвовать своим плащом, пусть даже изрядно потрепанном в драке.
Ветер ослаб, и в воздухе появился неприятный запах крови, исходящий от трупов.
— А этих так и оставим?
— Можешь воскресить, если хочешь, — проворчал Гисборн. — Я лично не пошевелю и пальцем ни по какому поводу в ближайшие пару недель.
Йован фыркнул, представив зомби в качестве слуг у деревенских жителей: Алан с Уиллом пасут скот, Тук занимается ремонтом бытовой техники, Джон работает на полях вместо трактора, а Робин развлекает детей, играя с ними в мяч собственной головой.
Но тут же ему стало совестно перед монахом — тот, в отличие от остальных, заслуживал хотя бы приличного погребения.
— Ладно, будем считать, что обошлись с ними по традициям тораджи, которые не хоронят умерших, — вздохнул он.
Путь к дороге не занял много времени. Ганнибал резво бежал впереди, больше не пугаясь чего-то потустороннего, не прижимаясь к ногам или теряясь из виду в темноте. Да и сам лес изменился — вокруг стало светлее, чаща не казалась такой густой. Деревья словно отодвинулись друг от друга, попрятали корни под землю, а непроходимые заросли колючек и вовсе исчезли, оставив пару-тройку жалких кустов, не способных даже поцарапать до крови.
— Ты хочешь избавиться от бессмертия? — спросил Гай, прервав молчание.
— Что? Нет, конечно! Оно мне очень пригодится, когда мы займёмся следующей проблемой, не думаешь?
Гисборн помрачнел и ничего не ответил.
Они прошли оставшийся путь по лесу, больше ни о чём не говоря. Йован старался не смотреть в сторону своего спутника, чтобы не видеть отрубленную голову. Хотя за время пребывания в проклятой деревне он встречал вещи и пострашнее, всё же зрелище было не из приятных.
— Кому вообще сдалась его башка? — недовольно пробормотал он. — Будете всей деревней пить чай из его черепа? Или съедите, чтобы унаследовать золотые локоны и внеземную тупость?
— Думаю повесить её на стену.
Лицо Гая оставалось таким же хмурым, и Йован не мог с уверенностью сказать, шутит он или нет.
— Что-то ты не особо рад успеху…
— Я счастлив, — процедил Гисборн с видом человека, которому сказали, что отныне он будет работать за ползарплаты и без выходных.
Наконец впереди показались еле заметные тусклые огоньки. Казалось, люди напуганы до такой степени, что приглушают свет, боясь привлечь излишнее внимание, и вряд ли это был страх перед разбойниками.