Ника Светлова – Сплетницы (страница 1)
Ника Светлова
Сплетницы
Глава 1. Час Волка
Вика вышла на балкон босиком. Бетон успел остыть, но ступни ещё помнили дневную жару. Она закурила и посмотрела вниз.
Шестой этаж. Женщина в жёлтом плаще тащила пакет, пакет был больше неё. Кто-то внизу ругался, кто-то смеялся, кто-то ждал такси.
Она облокотилась на перила. Металл холодил предплечья. Под ногтем большого пальца заусенец, который она грызла весь день и не могла остановиться.
— Час волка, — сказала Вика в темноту. Никому.
Дверь открылась без скрипа. Аня вошла в льняном платье. В руках бутылка и две книги в мягкой обложке. Очки на кончике носа.
— Я не опоздала. Я задержалась ровно настолько, чтобы ты успела соскучиться.
— Я не скучала, — буркнула Вика, не оборачиваясь. — Я думала.
— О чём?
— Что люди снизу похожи на муравьёв. А сверху их проблемы кажутся смешными.
— Вон та, в плаще, не муравей. Она пакет тащит. Муравьи пакеты не таскают.
— Это метафора.
— Это отговорка.
— Час волка, — повторила Вика. — Слышала?
— Нет.
— И я нет. Просто сказалось.
Вика фыркнула. Обернулась. Короткая стрижка, выцветшая футболка. Аня посмотрела на неё, потом на бутылку.
— Штрафная. За опоздание. Открывай.
Пробка вылетела с хлопком. Внизу, на четвёртом, хлопнула форточка, и женский, резкий голос сказал: «Я тебе сто раз говорила». Вика и Аня невольно замолчали. Потом Вика сказала:
— Кстати. Ты знаешь, что Катя и Олег развелись?
Аня замерла с бокалом в руке.
— Олег заезжал за коробками. Я видела его на Садовом. Выглядел так, будто его переехали дважды.
— Десять лет. — Аня села в кресло, поджала ноги. — У них же всё было нормально.
— Нормально — это как? Когда никто не кричит? — Вика прикурила. Ветер сдул пепел на перила. — Тогда да. Нормально.
— Ты откуда знаешь?
— Катя рассказала. Встретились в «Кофемании», и её прорвало.
Вика помолчала. Смотрела, как дым уходит в чёрное небо.
— Она мне одну вещь рассказала. Я её теперь не могу выкинуть из головы.
Аня подобралась.
— Обычный вечер. Катя приготовила его любимую пасту с креветками. Накрыла на стол. Свечу поставила. Не по поводу, просто захотелось. Он пришёл, сел, ест молча. Она спрашивает: «Вкусно?» Он кивает. «Как на работе?» — «Нормально». И всё. Тишина. Только вилка по тарелке.
Вика затянулась.
— И вот сидит она напротив и вдруг понимает, что не помнит, когда он последний раз смотрел ей в глаза. Не в телевизор, не в телефон, не в тарелку. В глаза. Она пыталась вспомнить и не смогла. Ни разу за год. Может, за два.
— И что она сделала? — тихо спросила Аня.
— Сказала: «Олег». Он поднял голову. Она говорит: «Посмотри на меня». Он посмотрел. Она: «Ты меня видишь?» Он: «Вижу. Ты моя жена». И вернулся к пасте.
Аня молчала. Вика тоже. Внизу снова хлопнула форточка, та же женщина, тот же голос, но слова было не разобрать.
— Может, он не умел по-другому, — сказала вдруг Аня.
Вика обернулась.
— Что?
— Может, он не умел по-другому. Не все умеют говорить о чувствах. Это не значит, что он её не любил.
— Он её не видел, Ань.
— Он её видел. Просто видел по-своему. Как видят шкаф. Он есть, он на месте. А она хотела, чтобы видели иначе. — Аня запнулась. — Как именно, она и сама, наверное, не знала.
Вика посмотрела на неё. Потом усмехнулась, но без злобы.
— Ты за него заступаешься?
— Я за правду. Ты его судишь, как будто он злодей. А он просто не умеет.
Вика молчала. Перила холодили локти. Она убрала руки, обхватила себя за плечи.
— Ладно, — сказала она. — Может, и так. Но ей от этого не легче.
— Не легче, — согласилась Аня.
Помолчали.
— А ты бы ушла? — вдруг спросила Аня. — Если бы Костя...
Она не договорила. Вика не ответила.
Внизу на четвёртом погас свет. Женщина замолчала.
— Она ушла не к другому, — сказала Вика тише. — Она сказала: «Я ухожу от себя прежней. Которая десять лет делала вид, что всё хорошо».
— А Олег?
— Олег до сих пор не понимает. Сидит в съёмной двушке среди коробок, перебирает факты. Не бил. Не пил. Дом построил.
— Ты сейчас как прокурор, — сказала Аня.
— Я как человек, который тоже был в браке.
Тишина. Долгая. Аня смотрела на неё. Вика не отводила взгляд от перил.
— Ты как? — спросила Аня.
— Нормально.
— Вика.
— Нормально, Ань. Честно.
Аня не поверила, но кивнула.
— Давай выпьем. За что?
— За то, чтобы мы не стали как они.