Ника Светлая – Невинные заметки (страница 5)

Мои мысли прерывает чья-то тяжелая рука на плече.

– Вы Николь Арманн? – незнакомый мужчина чеканит каждое слово, а его рука продолжает по-хозяйски лежать на моем плече. Я медленно поднимаю взгляд от лакированных ботинок сорок пятого размера и немодных широких брюк к пугающему бесстрастному лицу. Быстро киваю в ответ, и он продолжает: – Прошу вас проехать со мной, вас ожидает господин Штерн.

8

С этого момента я вижу себя будто со стороны. Голова опущена, плечи поникли, руки сжимают края пальто. Я безвольно следую за амбалом в черном костюме, а он бережно несет мою сумочку. В первую минуту мелькнула мысль о побеге. Возможно, мне удалось бы выхватить сумочку и рвануть на улицу, поймать такси и уехать далеко-далеко. Но план, откровенно говоря, дерьмовый. Первый пункт сразу закончился бы неудачей. А если бежать без сумочки? Сколько мне удастся сделать шагов до того, как громила меня настигнет? Эти мысли вызывают во мне смех.

Все-таки зря я после этого отвратительного интервью не покинула свое «место преступления». В статье Мэри подписала мне смертный приговор: «На встрече в ресторане Très Français Николь Арманн вела себя уверенно. Я бы даже сказала, вызывающе». Я, конечно, знала, что журналисты все преувеличивают, но чтобы настолько… В любом случае я уже в лапах лакеев Макса. Теперь встреча с ним неизбежна. Что она мне принесет? Может, получится все объяснить? Что делают богатые и властные мужчины, когда их разозлят? У меня нет ответов, и я понятия не имею, что будет дальше.

Дорогой автомобиль с кожаными сиденьями – как это в стиле Макса. В салоне неприятный запах и никакой музыки. Здесь только я и угрюмый водитель. Тонированные окна превращают темноту ночного города в устрашающий чернеющий мрак. Только изредка мелькают фонари, а потом даже они исчезают. Меня везут за город.

Вспоминаю свои немногочисленные встречи с Максом. Впервые я его увидела на ежегодном собрании компании. Тогда он рассказывал сотрудникам о важности миссии и планах на год. В своей вступительной речи он сказал пару слов о себе. Я помню их: «Я такой же, как и вы, простой молодой работник компании. Я хочу, чтобы вы знали и помнили это в процессе работы. Зовите меня просто Макс. Вы можете в любой момент зайти ко мне в кабинет с интересной идеей или каким-то вопросом. Мы – одна команда». Тогда тон Макса был бодрым и дружелюбным, лучезарная, открытая улыбка не сходила с лица. Он стер границы между начальством и сотрудниками. Казалось, лучшего шефа не найти. Он пытался сохранить имидж открытого начальника, от него часто можно было услышать: «Прошу, зовите меня просто Макс». В тот день я правда поверила, что наш босс дружелюбный и веселый, что между нами нет иерархической пропасти. Однако на деле он оказался недосягаем для простых смертных. В кабинет к нему было легко попасть, только если ты стройная и сексуальная молодая сотрудница. Весь его имидж – ложь, а я начала ее раскапывать. Естественно, он недоволен, словно разъяренный дикий зверь, и растерзает меня сегодня.

К своему удивлению, за время поездки я успокаиваюсь. Наверное, к моменту казни все себя так чувствуют. Мы подъезжаем к дому Макса. Шикарный особняк встречает нас темными окнами. Кованые ворота отворяются, и мы паркуемся у входа. Громила галантно открывает передо мной дверь, отдает сумочку и провожает в домашний кабинет Макса. Я поправляю кольца и прокручиваю их вокруг своей оси на указательном пальце, нервозность вернулась. Сейчас я хотела бы иметь в руках какой-нибудь артефакт вроде камня бесконечности, а еще лучше – маховик времени. Черт! Вместо того чтобы подумать, как действовать в этой ситуации, фантазирую о невозможном. Но мы не в сказке, поэтому поворачиваю ручку двери и бесшумно вхожу в таинственный кабинет.

9

Останавливаюсь посередине кабинета. Макс сидит в большом кресле. Некоторое время он пристально смотрит на меня, явно сдерживая свой гнев. Но ярость в нем берет верх, в несколько больших шагов он оказывается возле меня и хватает за запястье.

– Какого хрена ты творишь?! – медленно, с очевидной ненавистью в голосе произносит он. Его мощная рука сжимает мою. Мне больно. Чувствую себя такой маленькой и невесомой рядом с ним. Я видела Макса много раз, знала, что он крепкий и высокий. Но никогда он не находился так близко. Мне приходится высоко поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Какого… хрена… ты… творишь? – повторяет Макс. Он продолжает держать меня за запястье и делает два больших шага вперед, тесня меня к стене. Я пытаюсь вырваться до тех пор, пока Макс не пригвождает меня к дубовой двери. Он угрожающе наклоняет голову, в его взгляде я вижу удовольствие и возбуждение. Он с наслаждением раздавит меня как букашку. Именно так я себя чувствую. В ушах шум, перед глазами темнеет от волнения и паники. Даже если бы я решилась дать отпор, все равно не смогла бы. Макс прожигает меня взглядом, я цепенею. Через несколько секунд он отпускает меня и отходит назад. Ноги подкашиваются, и я готова вот-вот упасть. Пока прихожу в себя и восстанавливаю дыхание, Макс непринужденно и спокойно занимает свое удобное кресло, словно ничего особенного не произошло и он не пытался меня до смерти запугать.

– Зачем ты это сделала, Николь? – Как быстро меняется у него голос. Макс снова стал спокойным и невозмутимым. – Сядь в кресло и отвечай.

Я хочу бежать отсюда. Прямо по коридору, через гостиную, направо, к главному выходу. А потом подстричь и покрасить волосы, сменить фамилию и переехать в другую страну. «Не неси чушь, Николь», – к счастью, никто не слышит моих внутренних диалогов.

Стараясь не встречаться взглядом с Максом, сажусь на край кожаного кресла с высокой спинкой. Робко произношу: «Это ошибка». Макс жестом приказывает мне продолжать. Набираю побольше воздуха в легкие и стараюсь говорить быстро и смело.

– Я оговорилась, и мне очень жаль. Я сегодня застала мужа с другой женщиной. Это меня практически уничтожило, я была сама не своя. А эта журналистка только и ждала, когда я совершу оплошность. Это нелепая ошибка, и я действительно очень сожалею…

К концу моего рассказа голос становится совсем тихим, сложно говорить уверенно под грозным взглядом Макса. Сердце трепещет от волнения, а коленки дрожат, когда с каждой фразой его лицо становится все мрачнее и мрачнее. Взгляд исподлобья практически парализует, я больше не могу выдерживать такое сильное эмоциональное напряжение и начинаю плакать. Как унизительно, Николь. Никому не хочется признаваться в несчастьях личной жизни, а уж тем более – начальнику, у которого дела во всех сферах идут в гору. Но Макса не заботит кризис в моей семье. Я для него – просто головная боль, которая не дает уснуть этой ночью.

– Ты же журналистка? – Он выдерживает паузу. Я киваю, не поднимая глаз. – Ты должна знать, как все устроено в этом мире, как следует себя вести, что можно говорить, а чего – нельзя. – Он снова выходит из себя, а я только киваю в ответ. – В конце концов, у тебя в руках было мощное оружие.

Я замираю и впервые за разговор смотрю на Макса. Что он имеет в виду?

– Твой блог. Ты могла все опровергнуть до того, как вышла статья в New Post. И если бы успела, то выставила бы издание в дурном свете. Они могли бы даже отказаться от своей публикации, но ты до этого не додумалась.

Я слушаю его, в изумлении раскрыв рот. А ведь он прав, как я сама не догадалась?!

– Мне жаль, – только и могу вымолвить я.

Макс медленно подходит ко мне и садится на край стола.

– Сейчас будешь делать то, что я тебе скажу. Поняла? – он возвышается надо мной, всем видом демонстрируя, кто здесь главный. Я опять быстро киваю, а Макс, явно довольный собой, командует: – Пошли. У нас много работы.

10

В гостиной сидят люди и активно что-то обсуждают. Подойдя ближе, я узнаю каждого из них – знаменитую команду Макса. Свита делает короля, поэтому Макс окружает себя преданными и талантливыми людьми. Но эти трое – самые главные его люди. Он пренебрежительно кивает в мою сторону.

– Знакомьтесь, это Николь Арманн, из-за которой мы все сегодня здесь собрались в столь поздний час. – Он указывает мне на кресло. Как безропотное и безвольное существо, я присаживаюсь на самый краешек, а Макс представляет мне своих гостей, хотя все они мне знакомы.

Справа от меня Ник, лучший друг Макса еще со студенческой скамьи, хозяин журнала Great People. Я часто видела его в офисе – он всегда приходит на помощь Максу. Они даже похожи – типичные мужчины с обложки.

Слева расположился один из лучших имиджмейкеров города по имени Адам. Я читала о нем в журналах. Экстравагантный парень, живой, активный и уверенный в себе. Даже сейчас, пока все сидят неподвижно, разглядывая меня, он улыбается, закинув ногу на ногу, и парит вейпом. Под белой тканью рубашки можно разглядеть татуировки на руках, его волосы отливают бронзой, на носу красуются очки. Адам молод, но безумно талантлив. Он здесь для того, чтобы решить проблему, которую создала я.

Красивую молодую женщину напротив меня зовут Анна. Она специалист по связям с общественностью и личный помощник Макса. У нее большие карие глаза, длинные черные блестящие волосы, затянутые в идеальный конский хвост, ровная прямая челка, светлая бархатная кожа и шикарная фигура. Природа изначально наделила ее прекрасными внешними данными, которые она умело подчеркивает неброским макияжем и стильной одеждой. Анна могла бы стать моделью. Как часто говорил Макс, она – профи в своем деле, бесценный специалист. Все знают о ее безупречной репутации и о том, что Макс не оставляет попыток затащить ее в постель. Запретный плод так сладок. Борьба Макса с неприступной Анной длится не один год, но девушка стойко держится, оградившись полным равнодушием, а Макс упорно пытается пробить эту стену. В офисе все до единого уверены, что Анна когда-нибудь сдастся под натиском обаяния и возбуждающей энергетики Макса. Но такое положение дел только подстегивает ее еще крепче держать оборону.