Ника Светлая – Невинные заметки (СИ) (страница 10)

Дыши. Дыши. Повторяла я себе. Надо собраться и не потерять достоинство. Я смотрела на себя в зеркало и вспоминала все курсы по психологии. Лучшая защита — это нападение. Когда ты говоришь громко, речь выглядит более уверено. И самое главное корона. Я поправила её на голове и расправила плечи. С такими мыслями я вернулась к столику.

Тайм-аут пошёл на пользу нам обоим. Макс выглядел спокойным, и маска безразличия снова украшала его лицо. Журнал был закрыт и отложен в сторону, на столике появился зеленый чай, Макс пил крепкий черный кофе.

— Прошу прощения, — я произнесла эту фразу как можно более спокойно.

Я не стала сразу начинать разговор. Сначала удобно уселась, поставила сумочку рядом, неторопливо сделала глоток чая. Все это время Макс пристально меня разглядывал, не знаю, заметил он перемену во мне или нет. Я снова посмотрела ему прямо в глаза, и мой взгляд говорил: "Я не боюсь тебя, Макс Рой. Чтобы ни случилось".

— Так, на чем мы остановились? Ах, да. Фотографии. Я не понимаю, что вас возмущает? Мое личное дело, как фотографироваться, где и с кем. Статья была

посвящена исключительно мне, — я сделала паузу, чтобы оценить обстановку и сделала ещё один глоток чая. Ничего нельзя было понять по взгляду Макса или по языку его тела. Тогда я решилась на большую дерзость и добавила крайне игривым тоном:

— Или фотографии имели возбуждающий эффект на вас?

Ответ последовал незамедлительно:

— Чтобы вы выпили в дамский комнате, Николь? Зелье храбрости? — Макс расплылся в довольной улыбке.

— Нет-нет, что вы, я поправляла свою корону.

После этих слов мы долго смотрели друг другу в глаза. Каждый пытался понять, что сейчас между нами происходит. Я разрушила тишину первой:

— Так, вы не ответили на мой вопрос. — Я пыталась поставить Макса в неловкое положение, но он мастер по неловким положениям и легко выкрутился.

— Низкосортный материал в низкосортном журнале, где низкосортная скандалистка попыталась прославить фотографиями свое имя. А вы знаете, что вы и позировать не умеете?! Такое творчество не имеет возбуждающего эффекта ни на кого, — Макс пытался язвить.

— Тогда зачем вы взяли в руки этот журнал?

— Просто, ради любопытства, — теперь Макс оправдывалась как мальчишка.

— А зачем вы нежно поглаживали мою фотографию, когда я удалилась в уборную?

— Что?! Да нет. Вы что. Я ничего подобного не делал, — запинаясь, быстро говорил Макс.

— Я знаю, я вас проверяла.

Кажется, мне удалось выбить Макса из колеи. Теперь он нервничал, а я улыбалась, смакуя каждую секунду этого зрелища. Он громко рассмеялся.

— Зелье храбрости пошло вам на пользу. Принимайте его чаще и вскоре вы достигнете моих высот. А теперь, прошу меня простить, но у меня много дел в отличие от вас.

— Конечно же, я вас прощаю. До свидания, Макс.

— До свидания, Николь.

Макс быстро собрался и ушёл. Я осталась в ресторане и дочитала свой оставшийся чай. Это была моя первая победа над Максом. Я как сумасшедшая улыбалась, мне хотелось смеяться и прыгать.

Только было неясно, почему мои фотографии так разозлили Макса. Объяснение было на поверхности, но я даже боялась произнести его. Неужели?

19

— Кто звонил? — спросила Алиса, когда я вернулась за столик. В клубе было слишком шумно, поэтому пришлось выйти на улицу, чтобы ответить на звонок.

— Из Agent provocateur, — мне пришлось наклониться к подруге и напрячь связки, чтобы она меня услышала.

— Круто, — я не слышала ответа, но прочитала по губам. Алиса была удивлена. — Что они хотели?

Мне не хотелось отвечать. Во-первых, было слишком шумно, во-вторых, я не хотела, чтобы Алиса знала подробности. Поэтому я предложила продолжить разговор потом, в тишине. В тайне я надеялась, что она забудет об этом. Оставшийся вечер мы провели на танцполе. Когда уже не было сил танцевать, мы допили наши коктейли и собрались домой. Мы даже не успели доехать до дома, как Алиса возобновила разговор.

— Рассказывай, чего хотят Agent provocateur?

— Они наконец-то согласились на мое участие в фотосессии. Я добивалась этого целый месяц.

— Целый месяц? Зачем тебе это нужно? — подруга не скрывала удивление. И её огорчал тот факт, что она была не в курсе. — Тебе понравилось появляться обнаженной в журнале?

— Не обнаженной, а в белье. Это разные вещи. И, да, мне понравилось, — я так разозлилась на подругу. Её допросы становились все неприятнее и неприятнее. Я отвернулась и смотрела в окно. Дома проплывали мимо, расплываясь сверкающими пятнами, и пропадали в дали. Я смотрела в пустоту.

Слава богу, Лиса не стала больше ничего спрашивать. А что я должна была ей ответить? Что уже месяц я нахожусь в нервной пытке, я постоянно держу телефон при себе, вздрагиваю от каждого звонка, с замиранием сердца смотрю на экран телефона.

И каждый звонок — горькое разочарование. Макс не звонит, не пишет, не посылает ко мне своих "ручных псов". Ничего… Он решил, что игнорировать меня — это лучшее наказание, и он был прав. Самое главное, это означало, что я ему безразлична. Инцидент с фотографиями был единичный эмоциональной вспышкой. Я ему безразлична. Он высокомерный негодяй, а я наивная дура.

Вскоре мы приехали домой, так ни разу и не заговорив. Я видела, что Алиса хочет ещё что-то спросить, но не знает как. Перед сном она все-таки не выдержала:

— Я так не могу. Это же все ради Макса?

В ответ я только тяжело вздохнула.

— Я так и знала. У тебя же весь блог переполнен твоими обнаженными фотографиями.

— Не обнаженными, а в белье. Это разные вещи, — снова поправила я подругу.

— Неважно, Николь. Ты всерьез думаешь, что такие фотографии привлекут его внимание?

— Нет, поэтому я отказалась от предложения Agent provocateur.

— Ты уже месяц почти каждый день публикуешь эротические снимки. Это ненормально, Николь. Остановись, ты ему не нужна. Мне очень жаль, но это правда. Забудь Макса Роя, — громко и уверенно твердила Алиса.

Я ссутулилась, сидя на маленьком кресле. Слова подруги больно жалили, но она во всем была права. Тишина вакуумом окутала нас. Лучше бы Алиса дальше кричала, тогда не было бы слышно моих рыданий.

— Милая моя, прости, прости, — успокаивала меня Лиса, но я не хотела успокаиваться. Как же хорошо иногда поплакать на плече у подруги.

Я проплакала всю ночь. Сначала со мной была Лиса, но потом я отправила её спать, пообещав больше не плакать. Обещание я не сдержала, зато подруга выспалась.

Чтобы успокоиться я устроилась на диване в гостиной, накрыв ноги пледом. На коленях мирно работал лэптоп на подставке, рядом струился пар от горячего зеленого чая. А я листала свой блог, рассматривая записи за этот месяц. Я много писала о работе, десятки комментариев собрала запись о моем разводе. Я поделилась с подписчиками, что у меня появилась соседка, и это моя лучшая подруга Алиса. Этот месяц был насыщенным.

Но больше всего просмотров и лайков собирали мои снимки. Я фотографировала себя в зеркале, делала сэлфи, два раза нанимала профессиональных фотографов, чтобы несколько раз в неделю в блоге появлялись мои фото в новом белье.

Я решила, что это верный способ проверить интерес Макса ко мне. Я была уверена, что между нами пробежала какая-то искра и тешила себя мыслью, что мы можем быть вместе. Мне хотелось верить, что он просматривает блог, видит фотографии, и ему не все равно. Но ни первые фотографии, ни последующие не принесли плодов.

Несколько раз я хотела позвонить Максу. Но я не знала, что сказать ему, когда он поднимет трубку. Все сводилось к глупой фразе: "Привет, я та самая Николь, которая портила тебе жизнь и теперь ждёт твоих комментариев к своим фотографиям".

Я хотела прийти в офис к Максу, но у меня не было ни одного разумного повода, а ставить себя в неловкое положение не хотелось.

Так пролетел месяц. Но сегодня Алиса открыла мне глаза. Я больше не должна думать о Максе. А между прочим, это он виноват во всём. Если бы не наша последняя встреча, я бы даже не подумала, что могу его заинтересовать. А этот эксперимент с фотографиями ещё больше "накрутил" меня.

Я слишком наивная, слишком большое значение придала той встрече. Возможно, Макс просто хотел в очередной раз поиздеваться надо мной. А теперь он смеётся, глядя на фотографии. Эта мысль меня так разозлила, что я опубликовала новую запись:

Больше никаких эротических снимков не будет. Это был эксперимент, который с треском провалился. Я начала новую жизнь, но в ней пока нет молодого человека. Кажется, я зализала свои раны и готова к бурной личной жизни. Место пока вакантно. Отбор будет суровый.

Я была довольна собой. Надо выбросить прошлое из головы, кроме того вокруг меня было много мужчин, на которых мои фотографии оказали возбуждающий эффект.

С чувством выполненного долга, я закрыла лэптоп и тут же свернулась клубочком. Свои самые судьбоносные заметки я делала ночью. Может и эта запись окажется такой. Меня не покидала мысль "А вдруг…" Перед сном я взглянула на телефон, он молча показывал только время: 4:45 и больше ничего. Ни-че-го… Прошло пять, десять, тридцать минут…. я так и уснула с телефоном в руках.

Утром меня разбудила Алиса. Она заботливо приготовила мне кофе и завтрак. Мы долго болтали, это было чудесное воскресное утро. Лиса настраивала меня против Макса. Говорила, что никакие "А вдруг…" не произойдут. Она была права, за весь день телефон ни разу не зазвонил.