Ника Смелая – Души в клочья (страница 15)

Словно в тумане, вышел из спальни, где осталась девушка. Она, кажется, звала меня по имени, но я не остановился.

«Это обман, меня напоили, и это мне лишь кажется», — убеждал себя, покидая дворец.

Сам не знаю, как вышел в сад и побрёл дальше. Осознал, что стою на краю обрыва, а под ногами у меня беснуется неспокойное ночное море. Мне то и дело слышался голос. Её голос. И, чтобы избавиться от галлюцинаций, я взял разбег и, что было силы, оттолкнувшись от выступа на утёсе, сиганул с высоты прямо в море.

Удара о воду даже не почувствовал. Всё же высшие имели относительные преимущества перед смертными. Даже если я и получил ушиб, всё тут же зажило. На пару минут просто отдался воле стихии и ушёл под воду. Она приятно холодила тело и проясняла рассудок. И вот я уже осознавал себя как личность, объединив обе души и взяв под контроль магию.

На поверхность вынырнул в полной темноте. Где-то рядом волны шумно бились о скалы. Пришлось ориентироваться на слух и использовать резерв, чтобы видеть в темноте. Кое-как добрался до берега. Устал и вымотался. Всё же перебороть начинающийся шторм было не под силу даже диалу.

Распластавшись на песке, пытался привести сбившееся дыхание в порядок. Сил не было даже на то, чтобы полностью выбраться из воды. Понял, что рубахи на мне нет. Сосредоточился и использовал запас силы из камня, который всегда был при мне. Это помогло подняться на ноги, но стоило мне это сделать, как земля чуть не ушла из-под ног.

Прямо передо мной стояла девушка. Смотрела на меня так, словно привидение увидела, и пыталась что-то сказать. Странно, конечно. Ведь сама она была похожа на ту, что решила просто-напросто утопиться: мокрая, чуть ли не по пояс в морской воде и ночью в одиночестве.

— Люций? — Моё имя из её уст звучало как бальзам на израненные души. — Ты почему здесь? Я же видела…

И она прикоснулась ко мне своей холодной ладошкой. Сначала несмело, а затем всё решительнее. И вот белокурая грёза уже вовсю водила по моей груди пальчиками, вызывая дрожь по всему телу. А я стоял, как парализованный, и не мог решить: верить в реальность происходящего или нет. Учитывая то, что из одежды на девушке не было практически ничего, кроме насквозь промокшего короткого платья, не скрывающего её прекрасного тела, мне это явно снилось или чудилось в бреду.

Сколько раз я представлял себе её, видел во снах, грезил ею наяву. Но ни разу это ещё не казалось настолько реальным. Должно быть, знатно приложился головой о какой-нибудь утёс при падении. Вот и привиделось всякое.

— Ты же снишься мне, да, любимая? — спросил я, затаив дыхание.

Девушка замерла, будто обдумывая что-то, а потом кивнула самой себе и ответила:

— Конечно. Это сон, Люций. А я просто плод твоего воображения. Помнишь, как мы играли в правду-неправду? Спроси меня что-нибудь, как тогда… дай почувствовать твою магию.

Она посмотрела мне прямо в глаза. Ну, ещё бы, дочь диала даже в темноте видела силу высших. Заглянула мне прямо в сердце. Обе мои души перед ней как на ладони. Делай с ними, что хочешь.

Если она мне снилась, то, конечно же, знала о том, что было раньше, ведь эта неземная красавица была соткана из моих воспоминаний.

— Скажешь правду? — задал ей вопрос я, как когда-то.

Девушка кивнула, продолжая глядеть мне в глаза. Сделал над собой усилие и применил силу. Теперь, что ни спроси, она просто не смогла бы мне солгать.

— Ты же она? Дафна?

Снова кивок.

— Хочешь…

— Да. — Принцесса подпрыгнула и обвила мою шею руками, вынуждая замолчать и подхватить её под бедра. — Хочу! — Она потянулась к моим губам, явно намереваясь поцеловать.

Глава 11. Измена

Дафна

Я шла по берегу, ничего не соображая и не видя перед собой. Ветер трепал мои волосы, а бушующее море заглушало плач.

Утопиться. Такое решение я приняла недавно и теперь была настроена воплотить его в жизнь.

Дойдя до того самого пляжа, на который то и дело уходила, чтобы успокоить душу, перевела дыхание. Запах моря напомнил о вечерах, проведённых здесь в одиночестве или в компании служанки. Только сегодня волны были на редкость буйными. Они с такой силой ударялись о берег, что меня уже с ног до головы обрызгало холодной водой. Решительности от этого не поубавилось, наоборот, стало только горше.

Сделала пару шагов вперёд, входя в воду по колено, как вдруг где-то неподалёку послышался удар. Будто что-то с большой высоты упало прямо в воду. Как я ни старалась, рассмотреть ничего не выходило. Тьма стояла непроглядная, только звёзды на небе тускло освещали унылый пейзаж.

Улыбнулась самой себе, представляя, что было бы, если бы меня увидели здесь в таком виде. Почему-то мысль о смерти пугала меньше, чем возможный позор на всю оставшуюся жизнь. Тут же вообразила пухлую физиономию свекрови, презрительное выражение ее лица и да, неотъемлемую часть её бытия — печенье. Вот была бы потеха, узнай она, что невестка от «хорошей жизни во дворце» пошла к морю топиться.

Пока рассуждала о возможных последствиях, подумала и о своих родителях. Отец, скорее всего, не расстроился бы. Дочерей у него хоть отбавляй, а вот матушка точно оплакивала бы свою непутёвую Дафну. Но недолго. Новые драгоценности, подаренные супругом не ей, всегда волновали её больше родного ребенка. Обо мне женщина вспоминала, только когда нужно было чего-то добиться от отца. Она не была законной супругой правителя. Наложница, каких у папеньки было немало.

Скорее всего, именно поэтому я не воспринимала Лейлу как своего основного врага. Видела в ней сходство с моей мамой. Сносила её задиристость и грубость, но сегодня… когда увидела её с Люцием, что-то изменилось. Что?

Меня вдруг накрыло огромной волной, сбивая с ног. Возможно, стоило просто отдаться во власть стихии и не пытаться выбраться на берег, но внезапно возникший вопрос не давал покоя. Не могла я умереть, не расставив для себя все точки над «и». Барахтаясь, кое-как выбралась на мель и откашлялась. Досада оттого, что я даже утопиться не могу как следует, душила так, что даже свежий морской воздух не мог наполнить лёгкие и облегчить моё состояние. Сил реветь не осталось, жалеть себя — тоже.

Я просто стояла в темноте, мокрая, замёрзшая и отчаявшаяся обрести хоть какую-то надежду в этой жизни.

Внезапно стало тихо. Ветер ослабел, волны на короткое время угомонились, и я заметила, что нахожусь в воде не одна. Прямо передо мной стоял высший. Я отчётливо видела это, так как различала свечение силы в его глазах. Поначалу испугалась, но он не мог не понять, что я рядом, поэтому отмалчиваться или бежать прочь было бесполезно.

— Люций? — узнала я старого знакомого. — Ты почему здесь? Я же видела…

На нём не было рубашки, весь мокрый.

«Откуда он тут взялся? — подумала я, а сама заметила, что стоит диал неуверенно. Пошатываясь. — А вдруг я просто воды наглоталась и он мне привиделся?»

Подошла и прикоснулась сначала одним пальцем, а затем тремя. Оказалось, что принц настоящий. Горячий, словно печка, хотя и купался среди ночи в холодной воде. Осознав, что замёрзла, смело положила ладонь ему на грудь, чтобы хоть чуть-чуть согреться, а затем и вторую. Диал ничего не говорил. Вообще никак не реагировал на устроенный мной беспредел, только подобрался и будто даже перестал дышать.

— Ты же снишься мне, да, любимая? — внезапно спросил он, а я оцепенела от того, как он меня назвал.

Никто и никогда не обращался ко мне так. Даже законный супруг. Да, я знала, что когда-то нравилась белокурому дикейцу, он этого не скрывал, но до признаний дело так и не дошло. А тут такое.

У меня будто весь воздух из лёгких вышибло. Нужно было что-то ответить, но я не могла собрать мысли в кучу. Если он не слепой, а диал таковым быть не мог, и в темноте эти сверхлюди видели отлично, то прекрасно понимал, кто перед ним. Да, казался слегка не в себе, но взгляд был сосредоточен на мне, а не блуждал где-то. Значит, именно меня, Дафну, он назвал своей любимой.

«О, Пресветлые! Неужели в этом мире есть тот, кому я небезразлична? Тот, кого моя смерть расстроит и не оставит равнодушным… кто любит меня…»

Принц тем временем молча ждал ответа. Потряс головой, будто отгоняя от себя наваждение. И я поняла: его чем-то опоили. Вот почему он так странно вёл себя там с Лейлой. А уж как оказался в воде, даже предположить не могу. Не из окна же тех покоев вывалился, оступившись?

— Конечно. Это сон, Люций. А я просто плод твоего воображения. Помнишь, как мы играли в правду-неправду? Спроси меня что-нибудь, как тогда… дай почувствовать твою магию. — Я вспомнила, как высший показывал мне свою силу.

Это оказалось забавным, и мы придумали игру на её основе. Я всегда знала, в какой именно момент диал касался меня магией. Она оставляла после себя приятное ощущение, похожее на тёплые объятья. Сейчас же мне отчаянно захотелось не только согреться, но и чтобы меня просто кто-то обнял.

— Скажешь правду? — спросил он.

Через мгновение мне стало так хорошо и спокойно, что я не только правду готова была ему открыть, но и всю себя отдать без остатка, лишь бы только быть кому-то нужной. Кивнула и стала ждать дальнейших действий.

— Ты же она? Дафна?

Я подтвердила, убеждаясь, что именно меня он назвал любимой. Не Лейлу или какую-то привидевшуюся ему красавицу. Меня, десятую дочь правителя Лиссии, ненужную супругу принца Ипервории и разочарованную в этой жизни несчастную девушку. Конечно, я, кто же ещё?