Ника Мур – Сюрприз в сугробе. Замуж за Морозко (страница 35)
— Ключи переданы, — прошептал Велемир. — Теперь ты — Хозяйка не только грядок, но и Зимы в этом месте. Береги этот дар. И себя береги. Лихо будет искать лазейку в твоем сердце, а не в камне.
— Моё сердце под защитой квартального отчета, Велемир. Там нет места для вирусов.
— Надеюсь, — он иронично улыбнулся. — Кстати, Мария… Тот медведь. Не корми его слишком много. Он и так светится, как маяк, я его из космоса вижу.
Проекция начала мерцать. Солнце за окном ударило первым лучом в чистую слюду, и магическая связь, не выдержав конкуренции с рассветом, рассыпалась дождем искр.
Блюдо снова стало просто старой серебряной посудой. Печать остыла.
Я стояла у стола, чувствуя в себе новую, пугающую мощь. Теперь я чувствовала погреб, теплицу, даже каждую травинку под снегом. Я была «админом» этого леса.
— Ну что, акционеры, — я повернулась к Насте и медведю. Настя смотрела на меня с благоговением, а Иван одобрительно жевал красную ленточку. — Техподдержка выдала нам расширенный пакет полномочий. Но это только начало.
Я подошла к окну. Деревня начинала просыпаться. Я видела, как из трубы Савельева идет робкий дымок — купец явно забился в самый дальний угол и боялся дышать.
— Настя, слушай план, — я прищурилась. — Нам мало просто отбиваться. Нам нужно сделать так, чтобы Савельев и ему подобные сами боялись на нас косо взглянуть. Мы начинаем масштабирование. Завтра собирай всех баб в деревне. Всех, у кого есть огород и хоть капля мозгов.
— Зачем, сестрица? — удивилась Настя.
— Мы будем продавать доли в бизнесе. Франшиза «Марфушины грядки». Если у каждой бабы будет процент с продажи ягод, они сами Савельева вилами затыкают при первой же попытке диверсии. Народный капитализм — лучшая защита от рейдеров.
Я посмотрела на темную полосу леса, где всё еще таилось Лихо.
— А ты, одноглазый, готовься. Скоро на твоем болоте будет стоять торговый центр. У меня график плотный, и ты в него не вписан.
Я рассмеялась — громко, уверенно, по-хозяйски. В углу запел сверчок, а Иван-медведь весело рыкнул в такт моему смеху.
Сказка окончательно превратилась в бизнес-империю. И я была намерена сделать её самой прибыльной в истории этого мира. Даже если для этого мне придется научить Морозко пользоваться электронными таблицами.
Глава 32
Масштабирование: Франшиза «Марфушины грядки»
Тактический обзор горизонта показал, что деревня проснулась в состоянии легкого когнитивного диссонанса. В воздухе висело предчувствие больших перемен и отчетливый запах вчерашнего чеснока, которым я так щедро «пропатчила» систему безопасности своего ледяного дата-центра.
Я вышла на крыльцо, поправляя воротник тулупа. Солнце, ярко-рыжее и холодное, как невыплаченный аванс, медленно ползло над верхушками леса. Но во дворе уже было не протолкнуться. Слух о том, что Савельев-купец бежал в одних портянках от сияющего белого медведя, а Марфутка теперь командует самой Зимой, сработал лучше любого таргета в соцсетях.
У забора толпились бабы. Около тридцати пар глаз — от любопытно-наглых до суеверно-испуганных — уставились на меня.
— Так, граждане соискательницы, — я уперла руки в бока, оглядывая толпу. — Работает отдел кадров. Очередь — строго по алфавиту, которого вы не знаете, так что просто стойте ровно и не создавайте заторов. Настя, готовь регистрационные листы!
Настенька, уже успевшая накинуть на плечи нарядную шаль, деловито встала рядом с охапкой бересты. Иван-медведь, чей мех после ночного апгрейда сиял на солнце ослепительной белизной, лениво развалился у порога, изображая из себя одновременно и коврик, и бронированный сейф.
— Мария Викторовна… — вперед робко вышла тетка Фекла, местная чемпионка по скоростной прополке репы. — Мы это… слыхали, тебе руки нужны. Говорят, ты в снегу лето нашла. Неужто и нам перепадет?
Я прищурилась, проводя визуальный аудит кандидата.
— Фекла, опыт работы в условиях агрессивной среды имеется? Лояльность к руководству — выше среднего? — я не ждала ответа, я видела всё по её крепким рукам и цепкому взгляду. — Берем в основной состав. Будешь старшим оператором по уходу за биомассой. Дуняша!
Молодая девчонка, дочка мельника, испуганно пискнула.
— Я… я обучаемая, барыня!
— Вижу. Глаза горят, индекс обучаемости высокий. В отдел логистики семян её. Остальные — заполняем анкеты у Насти. Вопросы типа «не бесовщина ли это?» сразу облагаются штрафом в виде внеплановой чистки коровника. Понятно?
Толпа зашуршала платками. Я видела, как страх борется с жадностью, и жадность предсказуемо побеждала с разгромным счетом.
— А теперь — вводный инструктаж на объекте «Зорька-Плаза», — скомандовала я, направляясь к сараю.
Внутри нашего животноводческого комплекса произошли качественные изменения. Корова Зорька, облаченная в попону из розовой парчи с жемчужной оторочкой (мой личный вклад в эстетику производства), жевала овес с таким видом, будто она как минимум — священное животное из индийских эпосов.
Я завела отобранных «ягодных леди» внутрь.
— Девочки, внимание. Это наш производственный цех № 1. С этого дня мы вводим систему KPI — Ключевые Показатели Измерители. Если кто не выговорит — называйте «Коэффициент Полезного Надоя».
— Чего-чего? — переспросила Глафира, потирая нос.
— Жирность молока, Глафира, должна коррелировать с качеством вашего пения корове. Доказано, что магическая клубника растет в два раза быстрее, если её поливать сывороткой от довольной коровы. Поэтому: дойка строго по регламенту, чистка стойла — ежечасно. Нет удоя — нет квартальной премии в виде ягод и серебра. У нас тут не богадельня, у нас — агрохолдинг.
Бабы крестились на каждое моё иностранное слово, но старательно записывали «заклинание Кэй-Пи-Ай» в чертоги разума.
— А теперь — святая святых, — я распахнула дверь теплицы.
Вал влажного, ароматного жара ударил в лица соискательниц. За прозрачными рамами, пока за окном трещал мороз и Савельев дома наверняка доедал последнюю репу, бушевало изумрудное лето. Лианы клубники под «золотой искрой» Велемира превратились в настоящие джунгли.
— Охти мне… — выдохнула Дуняша, роняя варежку. — Настоящая… Красная!
Я сорвала одну небольшую ягоду — из тех, что попроще, «коммерческого сорта» — и разломила её пополам. Аромат мгновенно заполнил теплицу, заставив баб сглотнуть слюну.
— Это — наша франшиза, — я обвела рукой помещение. — Каждая из вас получит по магическому горшку с саженцем и кусочком Вечного Льда. Я обучу вас, как настраивать тепловой контур в ваших собственных избах. Вы выращиваете — я обеспечиваю сбыт и защиту. Пятьдесят процентов прибыли — мне за технологию и охрану, пятьдесят — вам на новые кокошники.
Я раздала им по маленькому, светящемуся синим осколку льда, которые я накануне «отпочковала» от основной глыбы через root-доступ.
— Глафира, не вздумай лизать кристалл, это тебе не леденец, язык прирастет магически, придется к Велемиру на консультацию ехать, а он нынче нервный.
Когда восторженная толпа «франчайзи» разошлась по домам с горшками под мышками, я решила провести внешнюю разведку.
— Иван, — позвала я медведя. — Режим патрулирования «Активный». Прогуляемся до центра.
Мы шли по главной улице. Деревня замерла. Те, кто не попал в кооператив, наблюдали за нами сквозь щели в ставнях. Но стоило нам подойти к лавке Савельева, как ставни захлопнулись с таким грохотом, будто их забивали гвоздями изнутри.
Савельев был «токсичным активом». Его лавка стояла закрытой, вывеска покосилась. Запах бесперспективности веял от этого места сильнее, чем от кучи навоза.
— Иван, поработай над имиджем конкурента, — кивнула я на дверь.
Белый медведь важно подошел к крыльцу, встал на задние лапы и начал методично точить когти о вывеску «Товары от Савелия». Скрип стоял такой, что у меня самой заныли зубы. Из-за двери донесся тонкий, жалобный всхлип.
— Савелий Иванович! — крикнула я в закрытое окно, запуская туда обглоданный орех. — Я вижу, у вас тут застой в торговле! Готовьте договор аренды. Ваше помещение идеально подходит под наш будущий логистический хаб и склад готовой продукции. Либо вы сдаете его мне за символическую плату, либо мой СБ-шник решит, что ваша лавка — это большая когтеточка! Даю сутки на раздумья.
Иван добавил финальный, особо громкий рык, и мы двинулись дальше.
Вернувшись домой, я первым делом спустилась в погреб. Мне нужно было убедиться, что «прошивка» артефакта держится.
Внизу было тихо и прохладно. Вечный Лед сиял ровно, черные нити Лиха исчезли полностью, оставив лишь едва заметные шрамы на структуре кристалла. Я положила ладонь на грань, закрыла глаза и активировала доступ.
Сразу же я почувствовала нечто большее, чем просто холод камня. Это была связь. Глубоко в сознании отозвался ритм… тук-тук, тук-тук. Медленный, мощный, холодный, но невероятно живой.
— Велемир, — прошептала я. — Слышишь меня? У нас всё по плану. Кадры набраны, экспансия началась.
«СЛЫШУ», — провибрировал лед в ответ. — «ТЫ СЛИШКОМ МНОГО ГОВОРИШЬ О ДЕНЬГАХ, МАРИЯ. В МОЕМ ТЕРЕМЕ СТАЛО ТИХО БЕЗ ТВОЕГО ГОЛОСА. ДАЖЕ СНЕЖИНКИ СЛОЖИЛИСЬ В СЛОВО „ДЕБЕТ“».
Я хихикнула.
— Это они готовятся к отчетному периоду. Не скучай, партнер. Как только закроем сделку с Савельевым, пришлю тебе партию свежих новостей.
Я чувствовала его присутствие так ясно, будто он стоял за моей спиной. 16+ в моих мыслях настойчиво намекали, что «партнерские отношения» давно переросли рамки обычного бизнес-проекта. Но сейчас было не до лирики.