Ника Лисицына – Бывшие. Любовь с продолжением (страница 5)
– Ты прости, я просто не ждал гостей, потому и…
Замолчал, осознавая сказанные слова.
– Да ты не парься, – фыркнула Ирина. – Надеюсь холодильник не пустой? – спросила и направилась на кухню.
– Я вроде ходил в магазин. Вчера. Или раньше, – сказал, открывая холодильник и глядя на пустые полки. – Или ещё раньше, – добавил негромко.
Вот же чёрт.
Придурок хренов.
– Я… это…
– Соболев, из тебя вышел отличный опер, но я, хоть убей, только одного не понимаю, как ты вообще не помер от голода? – спросила, вытаскивая с нижней полки открытую банку подсохшей кильки.
М-да уж, неловко вышло.
– Я сейчас сбегаю в магазин, – сказал тут же.
– И что купишь? – фыркнула она.
– Эм… ну, мяса там, картошки.
– Оставь. Сама схожу.
– Ир, тебе отдых нужен, – сказал я.
– Знаешь, Соболев, когда отдых лучше всего?
Пожал плечами.
– Когда дома чисто, мужик накормлен, и ты понимаешь, что хорошая мать, – сказала она и замерла.
Чёрт, слова эти будто под дых метят.
– Но это не наш случай, – закончила Ирина, горько усмехнувшись. – Ладно, беги документы мои искать, а я уж с ужином разберусь.
– Можно заказать, – подкинул идею, почесав затылок.
– Разберусь как-нибудь. Иди уже, – усмехнулась она, помахав ручкой.
Кивнув, я тяжело вздохнул, отчего-то испытывая неловкость, и направился к двери.
– Кстати, Соболев! Ключи мне оставь. На всякий случай, – добавила она.
– В коридоре на крючке, – ответил, обуваясь.
Забравшись в тачку, откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза.
Она так естественно смотрится на кухне. Да и вообще в этом доме.
– Твою мать, – выдохнул. – Чего ж меня штырит-то так, а?
Тряхнул головой.
– Давай, Соболь, приходи в себя! – Даже по башке своей дурной постучал.
Так, ладно, нужно делом заняться.
Пристегнув ремень безопасности, завёл двигатель, и в этот момент зазвонил мобильник.
– Слушаю, – сказал, принимая вызов и выруливая из двора.
– Макс, это Павленко, – раздалось из трубки.
– Да, Сань, говори.
– Ну, короче, пробили мы эту тачку, – произнёс приятель. – Она засветилась на Лиговском шоссе. Потом выехала на Невский.
– А дальше? – спросил я.
– Пока ничего. Но есть подозрение, что там через мост и на Заневский. Там камеры ветром свернуло, поэтому пока не могу сказать точнее. Но я ищу.
– Спасибо, Сань. Как что-то ещё нароешь, звони.
– Обязательно, – сказал приятель и сбросил вызов.
А что у нас в той стороне?
Хм, нужно будет по карте посмотреть, а пока ничего не ясно.
Остановился возле высотного здания, где ещё утром Ирина подписывала какой-то суперважный для неё договор. И осмотрелся.
Парковка немаленькая, да и камер не так много.
Кивнув своим мыслям, отправился в пункт охраны.
Как там Ирина? Может, позвонить?
Хотя… не стоит.
Показав ксиву – хорошо, что сдать не успел, – и рассказав, что мне нужно, уселся просматривать записи с камер.
Увидел, как Ирина подъехала к зданию и вышла из машины.
Хотел бы приблизить картинку, но изображение было нечётким.
Вот она направилась к зданию, а спустя час вернулась.
Забросив папку с документами в тачку, она отвлеклась на мобильник, и в этот момент кто-то толкнул её.
Я даже с места вскочил, когда увидел это.
– Сука, – прорычал, сжимая кулаки, а этот смертник на моих глазах потоптался по Ириной руке и отобрал ключи.
Красная пелена перед глазами.
Урою мразь.
Машина газанула, а Ира медленно начала подниматься.
Так, надо взять себя в руки. До этого сучёныша я ещё доберусь, вот только морду бы его срисовать.
Чуть отмотал назад и на мгновенье замер.
От мысли, что снова сейчас увижу, как Ирину толкают и она падает, ярость только разрастается.
Знаю уже, что будет, но увидеть это во второй раз… аж кости выворачивает.
Сжав и разжав кулаки несколько раз, я всё же включил запись и увеличил картинку.
Остановив на фрагменте, когда этот ублюдок приблизился к Ирине, я нажал на паузу.
Чёрная куртка. Капюшон прикрывает голову, а под ним кепка. Полностью скрыт от камер.
Морду срисовать не получилось, но зато приметы я запомнил.
Мой телефон зазвонил, и, не глядя на номер звонившего, я принял вызов.