Ника Лемад – Корейский демон Тан Тэмин (страница 9)
– Может, вина тогда? – предложил Богдан, поворачивая к ней винную карту.
– Откажусь, спасибо, чая достаточно, – ответила Мира, подумав, что на голодный желудок ей только вина сейчас не хватало. Интересно, здесь можно взять еду на вынос?
Сделав заказ и дождавшись, пока официант принесет бутылку вина, Богдан откинулся на спинку мягкого стула и, потягивая из бокала напиток, совершенно серьезно спросил:
– Мира, у тебя есть какие-либо чувства к Руслану?
Мира подавилась чаем, закашлялась, прижав салфетку ко рту. Богдан хмуро потер свой лоб, словно у него начинала болеть голова, потом начал разглядывать свои руки.
– Извини, – наконец сказал он, поднимая глаза на Миру. – Я должен был спросить, чтобы понимать, что делать дальше со всей этой ситуацией. Руслан считает, что он тебе нравится, именно поэтому он так и ведет себя. Считает, что тебе не хватает решимости сделать первый шаг ему навстречу, он решил сделать этот шаг сам.
– Богдан Степанович, это совершенно не так, в Руслане Сергеевиче я вижу исключительно начальника, и ничего более, – ответила Мира. – Я не знаю, откуда у него взялись подобные мысли, но я никогда не давала повода думать, что испытываю симпатию к нему.
Богдан покрутил в длинных пальцах бокал, допил вино и наполнил его вновь до краев.
– Забудь сейчас, что я директор, Мира. Я здесь как друг того человека, который тебя обидел, и пытаюсь разрешить проблему, которая у нас образовалась. Я должен извиниться, наверное. – При этих словах девушки переглянулись между собой. – Я подозревал, что будет что-то подобное, но надеялся, что у него хватит ума держать себя в руках. Мне не следовало попустительствовать этой поездке, нужно было отправить вас одних.
– Вы знали, что ему нравится Мира? – переспросила Аня. – То есть, это у него не внезапно появились чувства, он уже давно к ней присматривается?
– Да, знал. Повторюсь, я рассчитывал на то, что у него есть обязательства, которые не дадут ему делать глупости. И, видимо, просчитался.
Официант принес заказ, и, пока он расставлял тарелки, разговор на время прекратился. Мира краем глаза разглядывала кусочки мяса в соусе, красиво разложенные на белоснежной тарелке, и, глотая слюни, мысленно умоляла директора уйти в уборную. Аня не спешила начинать есть, медленно водя вилкой по краю этой самой тарелки. Богдан допил вино, извинился и вышел из-за стола. Дождавшись, пока он скроется за дверью, Аня подвинула Мире тарелку.
– Ты сплошное несчастье, – говорила она, с жалостью глядя, как Мира засовывает в рот кусочки мяса. – Не спеши ты так, директор подумает, что я обжора, за минуту слопала всю еду.
– Я не виновата, – быстро пережевывая, отмахнулась Мира, отодвигая тарелку обратно к Ане. – В прошлый раз меня начало тошнить прямо за столом, поэтому я больше не буду рисковать. Все, благодарю. Было очень вкусно.
Мира вытерла рот салфеткой и взяла в руки чашку с чаем.
– Официант все видел, – сообщила Аня, ухмыляясь. – Теперь он подумает, что у нас нет денег на еду для двоих.
– Пусть думает, что хочет, главное, что в рот мне не заглядывает. Я его вижу первый и последний раз, так что мне все-равно. А платить будет директор, так что официант вернее всего подумает, что он – скряга.
– Ты действительно была так голодна? – озадаченно спросил вернувшийся Богдан, заметив пустую тарелку. – Может, еще хочешь?
– Нет, нет, спасибо, я наелась досыта, еще немного, и я лопну, – улыбнулась Аня. – Теперь можно и спать. Правда, Мира?
Мира довольно кивнула головой. Богдан глянул на часы, положил деньги в папку со счетом и поднялся.
– Мира, с Русланом я поговорил, надеюсь, больше проблем не будет. Постарайся не оставаться с ним наедине, поменьше общайся и ни в коем случае не давай никаких надежд, это может подтолкнуть его к очередным подвигам, которые тебе, я так понимаю, не нужны. Если что – можешь смело обращаться ко мне или к Артему, ты поняла меня? Идем обратно в отель, раз все наелись и напились, как и хотели.
– Какой он миленький, когда общается неофициально, – старательно давя улыбочку, прошептала Аня и надела куртку. – И совсем не похож на директора, который обычно орет на всех в офисе, правда?
Уже в номере, забравшись под одеяло, Мира разрешила себе подумать о том, как всю эту ситуацию увидел и понял Тан Тэмин. Представила себя на его месте – что бы подумала она? Зажмурилась до боли в глазах от стыда, затем отругала себя: кто он ей и почему ей должно быть важно его мнение? Через несколько дней она уедет и больше никогда его не увидит. Он, в свою очередь, если и вспомнит ее, то только как грубиянку и скандалистку. Но глубоко внутри притаилось горькое сожаление, что в тренажерном зале был именно он.
8
– Как думаешь, она лекцию записывает или нет? – спросила Алена у Ани, бросая выразительные взгляды на Марину. Аня немного понаблюдала за Мариной и отрицательно покачала головой.
– Она даже не слушает, на доску ни разу глаз не подняла. По-моему, она не с нами, может, письмо своему корейцу пишет?
Алена поджала нижнюю губу, пряча усмешку, и покрутила пальцем у виска, выражая свое отношение к одержимости этим мужчиной. Ольга Николаевна шикнула на девушек, заставляя их замолчать, когда услышала очередной смешок. После окончания лекций не преминула высказаться по поводу болтушек, чем еще больше развеселила Алену и Аню.
– Ольга Николаевна, вы как школьница-отличница, – протянула Аня, беря ее под руку и ведя к выходу. – Неужели вы никогда в школе не срывали уроки разговорами?
– Было дело, получала потом за это так, что до сих пор помню, – ответила Ольга Николаевна, шутливо грозя Ане кулаком. – Мира, ты уходишь? С нами в кино не хочешь? Пойдем фантастику смотреть.
Мира обернулась на выходе, держа в руках наушники:
– Я хочу пройтись, вы идите без меня. Я потом сразу в отель пойду.
– И почему мне кажется, что ты стараешься отделаться от нас, чтобы с кем-то встретиться? – крикнула ей вдогонку Марина.
– Тебе какое дело до того, куда и зачем она идет? – мягко спросила Ольга Николаевна. – Ты за собой следи, за тем, что говоришь и зачем говоришь. Зависть никого еще не красила, а зависть к тому, что ты считаешь большой удачей – тем более.
– Намек поняла? Закрой рот и идем смотреть фильм. Может, там встретишь любовь всей своей жизни и останешься жить здесь, – Аня зло усмехнулась при виде вытянувшегося лица Марины. В кармане издал сигнал телефон, оповещая о входящем сообщении. Мира написала, что поужинает и зайдет в книжный. Попросила сообщить, когда они будут подходить к отелю, чтобы подняться на этаж вместе.
* * *
– Знаете, что я заметил? – Тан Тэмин положил локти на камень рядом с ней. – Что я начинаю вас ждать вечером. И что у меня появляется желание узнать, где вы бываете днем. Странно, правда?
– Да что ж вы так подкрадываетесь? – воскликнула Мира, схватившись за горло. – Вам никто не говорил, что так нельзя делать, можно до смерти напугать человека.
Тан Тэмин насмешливо блеснул темными глазами, показывая ямочку на щеке.
– Вам сегодня лучше? Я, честно говоря, не нашел места красивее, чем это, поэтому вернулся обратно. Не будете меня прогонять?
Мира покраснела до самых корней волос, надеясь, что в полумраке это не слишком заметно.
– Извините меня, я не должна была говорить то, что сказала вам вчера. Просто кое-что случилось и…
– И поэтому вы плакали? – закончил Тан Тэмин, вмиг становясь серьезным. – Это из-за того человека, из зала?
Он слишком сообразительный, подумала Мира, размышляя, что ему ответить. Тан Тэмин вновь усмехнулся.
– Вы не обязаны рассказывать, если не хотите, так что не нужно ничего придумывать. Мы можем поговорить о чем угодно, либо просто помолчать. Вечер сегодня чудесный, я уже немного устал от бесконечного снега, который все падает и падает. Откуда он только берется в таком количестве?
– С туч, наверное, – пожала плечами Мира, и они рассмеялись, глядя друг на друга.
– Что слушаете? Можно? – Тан Тэмин подхватил пальцами второй провод с наушником и, нагнувшись, вставил в ухо. Прислушался, удивленно приподняв бровь:
– Надо же, какая знакомая мелодия.
Мира в очередной раз покраснела, мечтая, чтобы в данный момент на телефоне не проигрывался OST из корейской дорамы. Она хотела достать телефон из кармана, чтобы переключить трек, но Тан Тэмин остановил ее руку, зажав в своей ладони.