Ника Горская – Зверь (страница 68)
Не уверена, но вроде как он их отпустил.
-- Как долго я должна находиться под постоянным их наблюдением? – задаю мучающий меня вопрос.
На самом деле у меня внутри всё кипит от основного вопроса, который хочется бросить ему в лицо и наблюдать за реакцией.
Очень хотелось бы спросить какого чёрта он что-то там говорил о серьёзности своего ко мне отношения, а уже на следующий день попёрся к другой?
Разве одно с другим совместимо?
Или я чего-то в этой жизни не понимаю?
-- Пока что так надо, Лера, и я прошу тебя отнестись к этому серьёзно, - максимально уклончиво отвечает он.
С чего я вообще решила, что он скажет правду?..
Шакуров неисправим.
Больше ничего у него не спрашиваю.
Молча доходим до озера, и я спешу к ближайшей свободной скамье. Айдар присаживается рядом.
Пытаюсь хотя бы на время забыть о том, что он находится так близко и просто наслаждаться окружающей природой, но если бы это было так просто…
Повисшее молчание вызывает у меня внутренний дискомфорт.
Оно такое… густое, осязаемое. Тонкими нитями обволакивает меня, мешая свободно дышать.
Допиваю кофе и верчу стаканчик в руках, задумчиво глядя на водную гладь. Солнечные лучи ложатся бликами на поверхность, создавая мерцающий узор.
-- Ну давай. Выскажись уже, - не глядя на меня просит Айдар.
Поворачиваю голову и смотрю на него.
На нервах с губ срывается смешок.
Да он издевается надо мной!..
-- Что ты хочешь от меня услышать? – спрашиваю так будто не понимаю о чём речь.
Ставлю стакан на скамью рядом с собой и скрещиваю руки на груди.
-- То, что тебя беспокоит, но ты зачем-то предпочитаешь об этом молчать, - чеканит он, склоняя голову вбок.
Сдавленно сглатываю, неотрывно глядя на него.
Я настолько легко читаема?
В груди с такой силой полыхает, что кажется вот-вот рванёт.
-- Зачем ты снова себя накручиваешь, Лера? – спрашивает, после выразительного вздоха.
-- Накручиваю? – переспрашиваю севшим голосом.
Не знаю, что меня сейчас больше задевает, его хладнокровие или попытка свалить ответственность на меня.
-- Именно.
К горлу подкатывает ком обиды.
Плакать я конечно же не собираюсь. Раздражённо смахиваю пальцами скатившуюся слезу и подскочив срываюсь с места, но уже в следующую секунду оказываюсь сидящей на коленях Айдара.
Теряюсь, заторможенно осознавая, что он с силой прижимает меня к своей груди. Инстинктивно пальцами впиваюсь в каменные мышцы плеч.
Его сердце заходится в бешенном ритме так же, как и моё.
Крупная ладонь давит на поясницу. Пальцами другой он заправляет мне за ухо выбившуюся из пучка прядь волос.
Оказываемся лицом к лицу.
Слишком близко.
Глядя в его глаза, рвано выдыхаю.
Меня окатывает полыхающей темнотой его взгляда.
-- Я был у Демида, - от этих слов у меня сердце подскакивает.
Это впервые, когда он оправдывается передо мной.
Он правда был у Альфы дома?
-- Был я там по делу, - продолжает Айдар, - Ты услышала Полину, его жену. Она предложила остаться на ужин, я отказался.
Какое-то время ошеломлённо таращусь на него.
У меня нет причин ему не верить.
Шакуров может о чём-то умолчать, но он никогда не лжёт.
По спине сумасшедшая волна дрожи катится.
Не двигаюсь.
Тело в странном оцепенении находится.
Все мышцы задеревенели.
-- Я понимаю, что не заслужил твоего доверия, но очень хочу, чтобы ты научилась мне верить, - на контрасте с тоном ещё жарче взглядом опаляет.
Зажмуриваюсь от наплыва самых разных чувств.
Темнота не спасает от его голоса.
-- Теперь и всегда только ты, Лера.
Распахнув веки, какое-то время молча смотрю на него.
Что это?
Признание меня единственной?
Всё дело в связывающей нас истинности?
От этой мысли что-то внутри больно царапает.
-- Я хочу домой, - выдаю глухим голосом и беспрепятственно слажу с его колен.
Знаю, что снова сбегаю от разговора, но ничего с собой поделать не могу.
До парковки доходим в полной тишине.
Делаю шаг в сторону своего автомобиля, но Айдар останавливает меня придержав за руку.
Буквально через секунду к нам подходит Семён.
Шакуров даёт ему распоряжение отогнать мою машину домой. Меня он усаживает в салон своего внедорожника.
Домой возвращаемся всё так же молча.