Ника Фрост – Я сама призову себе принца! (страница 7)

Также не нашла я в комнате девушке и того, что могло бы хоть как-то намекнуть, почему она боялась свадьбы, точнее жениха. Вариантов было тому несколько: первый — ей не покупали «лишнего», второй — Надина это мастерски спрятала, а я плохо искала. Ну и третий — догадки мои беспочвенны и искать нечего. Но, поскольку складывалось ощущение, что девушка и не жила тут — было слишком мало личных вещей, у которых был бы хоть какой-то «отпечаток» хозяйки, решила списать на первый и успокоиться, дабы не забивать пока и этим голову…

Просидела за книгами я допоздна. Только когда глаза у меня начали нестерпимо болеть и слипаться от усталости, вынужденно отложила учебник, наскоро умылась как смогла. Убрала пару книг, которые собралась взять с собой, тоже под кровать, и рухнула, будто подкошенная, прямо поверх одеяла. А через минуту я уже спала, забывшись крепким сном без сновидений.

Утро началось, увы, не с привычного звука будильника на телефоне и ароматной чашечки кофе, выпитой спокойно на своей кухне. А под причитания Катарины, которая попутно тормошила меня за плечи. Пока я просыпалась и соображала, кто я, что тут забыла, она отвела меня в ванную.

Ещё через пять минут несколько молоденьких служанок облачали меня в новенькое светло-голубое платье, которого я в гардеробе вчера не видела, и повели вниз, на первый этаж.

Там, в огромной гостиной, меня уже ждали. Обожаемые мною психованные «родственники» и странный, судя по высокому росту и фигуре, мужчина. Почему судя? А потому что он был в тёмном длинном плаще, наглухо застегнутом, а на его голове капюшон, из-за которого невозможно было разглядеть лица.

— Вот, наша Надиночка, — «мама» подлетела ко мне и, сверкая улыбкой, подхватила под руку, за что едва не получила: память о её побоях была ещё свежа в моей памяти. Но я смогла сдержаться и даже улыбнуться ей в ответ. Пока рано еще показывать свой оскал. Пускай расслабятся.

Подведя к незнакомцу, что стоял у окна спиной к нему, она поставила меня перед ним и отошла на шаг.

— Надина. Наша девочка. Кровиночка, — запричитала она. — Мы очень надеемся, что вашему…

— Хозяину, — перебив леди Эльвину, прошелестел неестественный, словно неживой голос из-под капюшона, от которого у меня даже мурашки пробежали по всему телу. — Да, моему хозяину нужна была именно она…

«А может, ну его, эту месть? — мелькнула здравая мысль после его слов. — Бежать. Нужно бежать прямо сейчас! Нутром чувствую, бывшая владелица этого тела страшилась этой свадьбы. Вероятно, она что-то знала?!»

Но вида, что мне тоже сейчас страшно, я не подала, продолжая смирно стоять и пытаясь разглядеть, что скрывает под собой капюшон.

Мужчина вдруг подался чуть вперед, и я едва не заорала — так резко он очутился прямо передо мной, что я даже не поняла, как это произошло. Вот он склонился и внезапно уже преодолел пару метров, которые нас разделяли.

— Тебе не стоит меня бояться, — произнес он, а я бы могла с ним поспорить: непонятно, что за существо передо мной. Да это мог быть кто угодно! В этом мире жили не только люди, но и эльфы разных видов, гномы, терраниты какие-то и множество других. Соответственно, неизвестно, на что он способен и что умеет — ведь тут существовала магия! А вдруг мои мысли как сейчас прочитает… Так ещё и голос жуткий. В общем, неизвестность, помноженная на бесконечность, а это пугало ещё больше!

Стиснув зубы, кулаки и всё что могла, я молча терпела, пока он стоял рядом, видимо, пристально разглядывал меня. Я даже не отвела взгляд.

— Да… нас всё устраивает. Я готов заключить нашу сделку, — развернувшись к моим «родителям», смирно стоявшим всё это время у стенки и светящимся от счастья. И эти двое едва не лопнули от восторга — так сильно их лица расплылись от улыбок, отчего мне почудилось, что я даже услышала, как начала трещать кожа на их щеках.

— Конечно! Как и договаривались, к вечеру она будет готова…

— Нет! — взмахнув рукой, он прервал их, и мы все дружно вздрогнули: такие ужасающие, металлические нотки проскользнули в его голосе. — У вас есть три часа. Обряд должен состояться в полдень. После него я сразу её заберу. Поторопитесь!

— А жених… — прокашлявшись, обратилась я к незнакомцу.

— Что «жених»? — он снова повернулся в мою сторону.

— А жених-то, спрашиваю, где, — едва шевеля губами, уточнила шепотом, желая выпрыгнуть в окно и бежать отсюда подальше.

— Со своим мужем вы встретитесь через три дня в его резиденции…

— Понятно, что его не будет сегодня. А как же…

— Обряд пройдет без него. Клятвы от его имени буду произносить я.

— И целоваться тоже? — саркастично подметила. Недовольство от того, что мой план рушится на глазах, а новый выдумывать некогда, позволило окончательно отринуть страх перед незнакомцем.

— Целоваться? — переспросил незнакомец, и я кивнула, думая о своем. — Позволения целовать, как и прикасаться к вам, у меня нет. Все интимные и прочие действия с вами будет совершать ваш муж.

От его слишком прямолинейного ответа я невольно покрылась краской стыда.

— У вас есть ещё ко мне вопросы? — на этот его вопрос я отрицательно качнула головой. Вопросов не было. Зато нарастало моё негодование, потому что мой план можно выкидывать на свалку, а времени на придумывание и осуществление нового мне оставили слишком мало! Ну да ладно, и в прошлой жизни приходилось частенько крутиться ужом на сковородке.

— У вас есть три часа, — сказал, будто приказал, он, обратившись к моим «родителям», и широкими шагами покинул гостиную.

— Дрянь! — шикнула на меня «маман» и выскочила следом.

— Отведи её в комнату и подготовь! — крикнув кому-то, «отец», наградив меня злым взглядом напоследок, тоже ушел.

— Надиночка, — сразу, как только он скрылся из виду, из-за дверей показалась Катарина, — пойдем, дитя… Пора готовиться, собираться. Приданое тебе собрали. Нужно в порядок тебя привести…

— Лучше покормите! — вспомнив, что мне еды в дорогу нужно взять, воскликнула и наградила старушку умоляющим, голодным взглядом, от которого та сразу растаяла.

— Ах! Вот ведь беда какая… Не кормленая осталась, без завтрака. Конечно-конечно! Я принесу тебе в комнату!

— А можно прямо сейчас? Вы ведь знаете, я не гордая… ну очень хочется!

Оглядевшись пугливо по сторонам, она махнула рукой, призывая следовать за ней, и прошептала, когда я подошла:

— Только тихо. На кухню отведу. Поешь досыта. Кто знает, когда потом удастся. Это страшилище в балахоне вряд ли озаботится. С собой ещё соберу чего-нибудь вкусненького.

И набрать мне удалось вдоволь! Мяса и овощей, фруктов и половинку хлеба — всё это мне аккуратно сложили и уложили в мешочек.

Упросив ещё дать мне бутылку с водой, я счастливая, не дожидаясь няни, умчалась в комнату. А когда Катарина зашла, всё это я уже вместе с подготовленными вещами и книгами, даже одной страшной игрушкой, уложила в импровизированный, сделанный из плотного куска ткани, оторванного от одного из платьев, заплечный мешок и выбросила в окно, благо внизу росли густые кусты, и, что его обнаружат, я не особо беспокоилась.

Беспокоилась только, что не удастся его забрать — кто знает, получится ли в уборную отпроситься, как планировала. Денег и ничего ценного ведь нет, что я носить буду, что есть? Шишками да корой питаться? Конечно, когда есть захочется, и траву жевать стану с превеликим удовольствием. Это решаемо. Хуже, если без книг останусь — карту-то я себе хоть и вырвала и с собой возьму, но знаний об этом мире всё еще катастрофически мало…

Пока я об этом думала и план новый изобретала, ко мне пришли те же служанки, что помогали мне одеваться ранее. Под руководством Катарины они натаскали горячей воды в бадью, разбавили из крана холодной, помогли мне помыться — я даже не стала противиться.

После ванны меня начали приводить в порядок: облачили в кремовое платье с широкой юбкой и глубоким вырезом, уложили волосы в высокую прическу, накрасили… И надели шикарные драгоценности!

Глядя на огромные синие и черные камни, вправленные в замысловатые оправы из серебристого металла, я мысленно благодарила всех Богов этого мира за такой подарок. Браслет, ожерелье, серьги и даже тиара — всё из одного комплекта, сделано очень искусно, работа тончайшая. Сразу понятно, что выручить за драгоценности я смогу приличную сумму. Живём!

Покамест всё складывается пусть и совсем не по плану, но тоже неплохо!

…Так я думала, пока не поняла, что меня и не думают оставлять одну! А все три часа заняла подготовка к церемонии. Мне даже не дали отлучиться в уборную, сказав: «Терпите». И, в итоге, я не очутилась в небольшой церквушке, пристроенной прямо к трехэтажному белоснежному особняку. Меня проводили к ней «родители», как только служанки опустили на лицо плотную фату…

И, вот, стою я практически в кромешной тьме — лишь две алые свечи перед алтарем нехотя разгоняют мрак. Незнакомец в плаще стоит почему-то позади, а не подле, словно знает, что я желаю сбежать. Я слышу его ровное дыхание, кажущееся гнетущим, а выдыхаемый им воздух почему-то неестественно сильно холодит мне шею и обнаженные плечи…

Глава 5. Хорошее дело браком не назовут или лесное чудище

— Хорошее дело браком не назовут! — недовольно пробурчала себе под нос, аккуратно перебираясь через очередной овраг. — На Земле без этого прекрасно обошлась, зная, что не создана для брака, а тут уже во второй день вляпалась! Нужно было ночью бежать. Зачем ждала? Думала еды набрать в дорогу. Набрала. И буквально свою свободу на еду променяла. Стоило ли оно того? Теперь муженек, вот как пить дать, вместе с этим ледяным истуканом будут меня повсюду искать, деньги-то уплачены и немалые. А так бы только «родителям» прилетело — деньги бы отняли, что за меня им дали, да укатила бы «ледышка» несолоно хлебавши восвояси… И что у них, вообще, за порядки такие, дикие — покупать невесту? Ещё и имя новое давать, как какому-то питомцу, будто мне мало было Надин! Вот уверена — точно знала эта девчушка что-то про жениха этого или про их расу, раз решилась лишить себя жизни. А если она на это пошла, то и мне нужно держаться от них подальше. Намного дальше. И чем дальше я от них буду, тем здоровее, счастливее и дольше будет моя жизнь…