Ника Фрост – Я сама призову себе принца! (страница 27)
— А, позволь уточнить, какие у бездельников срочные дела? — без ехидства, просто желая утолить любопытство, поинтересовалась я, смотря на Дарахара, идущего рядом с Рахом.
— Те, которые, увы, требуют моего присутствия и непосредственного участия, — мужчина недовольно скривился. — Ещё надо успеть переодеться.
Когда орилик замер, зайдя за кусты, мужчина отошел, видимо, проверить, что нас не видно с дороги.
— Плохо, что не успели. Лучшим вариантом было бы отправить орилика в Иртан, чтобы ты заселилась в гостинице. Однако город неспокойный, маргиналов может не остановить даже то, что из-за Раха тебя посчитают сильной магичкой. И на улице задерживаться опасно, а в гостинице он не сможет тебя защитить. Так что придется тебе тут меня подождать.
— Без проблем. Я подожду.
— Прекрасно, и благодарю за понимание, — мужчина был предельно серьезен и в этот раз даже без обниманий помог мне спуститься. Взяв за руку, он зачем-то подвел меня к морде орилика.
— А чтобы точно всё у тебя было без проблем, я заранее кое-чем озаботился.
— И чем же?
— Научил орилика паре устных команд и убедил его слушаться тебя.
— И когда же ты успел?
— Вчера ночью, — коротко ответил и пожал плечами мужчина. — Итак! Слушай меня внимательно.
— Я вся внимание.
— Клац-клац! — без тени улыбки произнес Дарахар. И у меня дернулся нервно глаз. Я не понимала — мужчина издевается или на полном серьезе это говорит.
— Ага. И за попу хвать, — вырвалось из меня мрачное.
— Нет, это не та команда! — воскликнул он, ещё больше запутав.
— Не та? А клац-клац — это что? — уточнила я, и орилик внезапно весь вспыхнул. Рожки под гривой засветились подобно стоваттным лампочкам, алые глаза заискрились злым пламенем, сама грива распушилась. А ещё Рах оскалился и пригнул голову, словно приготовился нападать.
— Видишь! Произнесешь эти слова, и орилик сразу примет боевую форму. И девяносто девять процентов желающих до этого напасть быстро передумают и ретируются. А для оставшихся, у которых проблемы с головой, я придумал команду «Волки!», — и неописуемый восторг мелькнул на лице Дарахара. — Отдашь её, и уже, как ты выразилась, будет «за попу хвать»: Рах сразу нападет на врага.
— В… — не договорив, я посмотрела на огромное животное и резко передумала. Нападет кто-то — там и посмотрим, что за команда такая. — Спасибо, — вместо этого произнесла я, испытывая благодарность к мужчине, который заранее всё предусмотрел и озаботился моей охраной в свое отсутствие. Ну а что, у него дела и ему надо отлучиться. Я же могу легко подождать. Непонятно было только одно — почему мы путешествуем на орилике, если Дарахар может легко телепортироваться. Но я ведь многого не знаю: как это работает, возможно ли кого-то перемещать. А может, просто мужчине хочется попутешествовать.
— Да не за что. Только ты отмени действие команд, как только всё закончится. Произнеси: «Бульк», и орилик сразу успокоится.
— Смотрю, тебе понравились мои слова.
— Не без этого. Плюс они незнакомые, только ты их знаешь.
— А что, если целая банда нападет? Может, мне тогда лучше ускакать вдаль?
— Если и «Волки!» не сработает, а ты через минуту не произнесешь волшебное: «Бульк», то тут уже сработает другая команда.
— Ого! И какая? Как называется и что она делает?
— Команда называется «Злой Дарахар». Призывает меня. И вызывает у меня нестерпимое желание сравнять всех твоих врагов с землей, — и, потянув меня на себя, мужчина склонился ко мне, и растянул губы в многозначительной улыбке. — Ну что, твой
Сказал, припомнив и то, как я назвала его днем, и особо подчеркнув это слово.
— Если только в щечку, — будто сильно смутившись, я потупила взор.
— Да хотя бы уже так! — в сердцах бросил Дарахар, притянув меня к себе поближе и подставив щеку.
А когда я потянулась, чтобы коснуться его гладкой, золотистой кожи, он внезапно повернул голову, и мои губы едва не коснулись его.
— Какой же ты порой невыносимый! — выдохнула, едва успев остановиться.
— И это добавляет остроты и пикантности в наши перепалки и отношения, — промурлыкал мужчина. И, хоть у него и была прекрасная возможность довершить начатое, он этого не сделал. Произнеся: — Не скучай, — Дарахар просто исчез. Оставив нас с Рахом вдвоем.
— И почему у тебя хозяин такой странный? — обратилась я к орилику, на что тот, уже перестав светиться, тряхнул гривой и, цокнув копытом, начал с аппетитом поглощать алые цветы.
— Понятно, ты тоже не любишь отвечать, — пробормотала с сарказмом и, достав синее покрывало, расстелила его у кустов да улеглась.
Кристально чистое небо сегодня поражало своими красотами. Голубые оттенки с красными всполохами вскоре сменились бархатной синевой. Млечный путь медленно расцвел, заискрились ярко бриллианты звезд, и на «сцену» величаво выплыло главное действующее «лицо»: сливочно-желтое с красным сочным бочком.
Наслаждаясь этим зрелищем, убаюканная шелестом травы и нежным ароматом цветов, под надежной охраной Раха, пасущегося рядом, мне и оставалось только спокойно думать.
И мысли почему-то раз за разом возвращались к Дарахару. Не к его внешней красоте, а к тому, что он скрывает внутри. К разгадке, какой же он настоящий. Внимательный или хам? Бездельник, живущий на деньги родителей, или же это обман! А ещё, почему моё сердце иногда слишком сильно стучит от его прикосновений?
Так и не найдя ни одного ответа, я поднялась, достала курточку, стянула дурацкую и опостылевшую шляпку. Утеплившись, вытащила из своего рюкзака пару фруктов. Одним угостила орилика, который он, понюхав, аккуратно взял. Второй я намеревалась съесть сама. Но, сев на плед, подняв голову к небу, застыла очарованная его красотой, продолжая сжимать в ладошках «яблоко».
— Проклятье… — в благоговейной тишине совсем рядом раздался громогласный недовольный голос, до одури напугавший меня.
Не раздумывая долго, запулила в ту сторону «яблоко» и рявкнула:
— Волки! — и замерла, испугавшись ещё больше.
Опустив голову, встретилась взглядом с недоуменным Дарахаром, сжимающим «яблоко» перед своим лицом. Посмотрела на полыхающего Раха, в глазах которого читалось полнейшее непонимание, что ему делать: напасть должен, команда дана, а сделать этого не может, потому как кроме меня тут только его хозяин.
— М-да… — протянула задумчиво и, чувствуя себя идиоткой, добавила: — Бульк.
Орилик вмиг потух и как ни в чем не бывало, спрятав клыки, спокойно вернулся к поеданию цветов.
Фрукт, который мужчина ловко поймал, оглушительно хрустнул, куски белой плотной мякоти разлетелись в разные стороны, а сок полился на землю.
Глаз у меня снова дернулся, когда я представила сколько нужно сил, чтобы сплющить такой плод, ещё и выдавив сок руками. И пусть Дарахар и не выглядел дохляком, но не был и качком, способным гнуть подковы. Стройный, с тугими, рельефными мышцами, тщательно следящий за красотой своего тела мужчина.
— Ложку забыл… — мужчина наконец договорил фразу.
— Извини, — выдохнула я.
Поднявшись, достала из недр корсета платочек и заботливо протянула его Дарахару.
— С тобой мне точно расслабляться не стоит, — произнес он и продолжил с воистину вселенской грустью: — А я так спешил, переживал! Вкусненькое захватил специально для своего солнышка. А моё солнышко чуть в глаз мне не засветило. Вот она, благодарность! — и ещё с большим трагизмом произнёс: — Поцелуешь?
— В щечку или лобик?
— Как покойника, что ли? — изогнув бровь, уточнил мужчина хмуро. И, не дожидаясь ответа, отрицательно покачал головой: — В щечку — раззадорит. В лобик — окончательно испортит настроение. Давай в губки, а?
— Это кончится… — подразумевая, что я могу и пощечину влепить, если будет слишком настырным, начала говорить я.
— Наслаждением, что могут подарить друг другу мужчина и женщина! — он сделал шаг вперед, заставив меня ретироваться.
— Плохо!
— Ой, ну и ладно! Так и останусь до конца дней своих неудовлетворенным, — махнув свободной рукой, он взял платок и протянул мне тарелку с каким-то пирожным. — Ложку только забыл взять…
— Спасибо, — пробормотала я, разглядывая что-то воздушное с розовым кремом.
— От спасибо оргазма не случается, — буркнул Дарахар, вытерев руку, испачканную соком, и испепелив единственный
— Будто от поцелуя он случается.
Прищурившись, мужчина смерил меня внимательным взглядом, кажущимся сейчас черным, и хрипло промурлыкал:
— Случается, мое солнышко. И я могу это тебе доказать.
— Спасибо, не надо. Поверю на слово.
— Вот ты опять за своё… Где же твой дух изысканий и желание познаний?
Дарахар ослабил тугой воротник-стойку у черного бархатного и облегающего камзола. Повел шеей, зашипел недовольно. И, на этом не успокоившись, расстегнул все золотые пуговицы, стащил камзол и, бросив его на траву, улегся на покрывало, положив руки под голову.
— Как же меня всё это достало, — добавил через мгновение уже тихим голосом и закрыл глаза. — Поешь спокойно, солнышко. Я пока немного дух переведу, успокоюсь, и поедем в город. Там уже нормально поужинаем да спать ляжем. Завтра дорога будет долгая и непростая.