Ника Фрост – Тёмный властелин желает развлечься (страница 35)

Я, нежно погладив его по длинным, распущенным сейчас волосам, не смогла сдержать улыбки. Наверное, если бы мне выдалась возможность… если бы Маору испытывал ко мне что-то — я бы, согласись он забрать и мою маму, отправилась с ним хоть на край света. Без сомнений, без раздумий. Если бы я знала, что есть хоть шанс, что он меня полюбит, и что есть у нас крохотная вероятность быть вместе… Но я, хоть и видела магию, не верю в возможность того, что взрослый, мудрый и опытный мужчина с тяжелой судьбой влюбится в глупенькую, молодую человечку. Я ведь не писаная красавица, так, самая обычная. Таких миллионы. И таких, должно быть, уже тысячи он видел, сотни, наверняка, возлежали рядом с ним. Так что надо быстрее возвращаться на Землю и забыть о нем. Навсегда. Но не сейчас.

Об этом я буду думать завтра. А сегодня я просто полюбуюсь им, побуду рядом… «Это будет один единственный раз», — дала я себе зарок.

Подтянув одеяло, я укрыла Маору. И аккуратно, дабы не потревожить его сон, я примостила свою голову ему на плечо так, чтобы было видно его лицо.

А с другой стороны, что я потеряю, если не попытаюсь? Чувство собственного достоинства, если мужчина меня отвергнет? Так я и не собираюсь ему на шею вешаться. И не буду я бросаться в омут с головой. Он ведь говорил, что ждет нашего противостояния, он в нем заинтересован. Пусть это и ради веселья для него, а для меня это — вызов. Только вызов будет теперь заключаться для меня не в мести, а в том, чтобы завоевать его, чтобы он обратил на меня внимание как на женщину.

Ну а если ничего не выйдет — я точно не буду сожалеть об упущенном шансе.

Попереживаю, конечно, что я оказалась «в пролете», пусть даже пострадаю месяц, другой. А потом всё это забудется, успокоится моё глупое сердечко. И буду я думать, как мне жить дальше. Тем более, если я смогу его этим самым «противостоянием» как-то развлечь, опять-таки шансы на то, что у меня получится уговорить Мао отпустить меня на Землю, возможно, многократно возрастут… Хотя. Он как-то говорил, что если мне удастся развеять его скуку, то какой ему резон отпускать меня. Дилемма!

Ладно, отложим до завтра план и его реализацию. А сейчас — пора бы и мне спать ложиться. Видимо, завтра будет сложный день, надо бы выспаться, набраться сил… чтобы хорошо выглядеть.

Закрыв глаза, я, наслаждаясь непередаваемыми ароматами терпкого шоколада и цитруса, слушая дыхание Маору, под мерный, тихий шум дождя за окном мечтала. О том, чтобы случилось чудо, и этот мужчина посмотрел на меня не как на глупую и громкую девчонку, от которой одни только неприятности, но с которой забавно, а увидел во мне женщину, и чтобы мои планы, которые ещё только в стадии разработки, благополучно осуществились.

И с блаженной, мечтательной улыбкой на устах я незаметно для себя крепко и сладко уснула, пусть и не в объятиях любимого мужчины, но рядом с ним, согретая его теплом.

Вот так, пока уставший Маору спал и набирался сил, его мысленно захомутали и чуть ли не женили…

— …хватит! — донёсся до меня раздраженный мужской голос. Но спросонья, ничего не понимая, я отстранённо решила, что это меня никак не касается, и опять начала уплывать в свои сновидения, из которых меня кто-то пытался выдернуть.

— Лиэна! Шаррхар… Хвост оторву, гарантирую!

Теперь угроза в тоне чувствовалась уже слишком явно. Да ещё и имя это «Лиэна»…

«Что-то до боли знакомое, — лениво подумала я, всё ещё находясь на грани сна и яви. — И, кстати, про какой-то хвост там что-то говорит? У меня-то нет…»

Глаза мои резко распахнулись, а мохнатые ушки, когда я встретилась взглядом с разъяренными изумрудными глазами Маору, сами собой пугливо прижались к голове.

— Проснулась, — язвительно процедил он сквозь зубы. — Убирай свой хвост, пока я его тебе не оторвал, — прошипел он и приподнял голову, отчего между нашими глазами осталось всего сантиметров пятнадцать. Мысли мои позорно разбежались в разные стороны.

Одни — просто в страхе кто куда. И я забыла, о чем он только что говорил. Другие, по численности их было больше, выиграли эту битву, выстояли противостояние в гляделки, и мои руки потянулись шаловливо к его шее, дабы приобнять и сказать ему на ушко какую-нибудь глупость…

Вот только вместо рук у меня опять были… лапы! Да что б вас всех!

— Я опять животное! — застонала я в отчаянье, глядя на свои пушистые мягкие лапки.

— Ты — наглое, вредное животное! — глаза мужчины опять блеснули злым изумрудным пламенем. — Ты разбудила меня!

— Я… — я отрицательно закачала головой изо всех сил. — Как? Я ведь спала! Если что — я не специально! Честно! Я ведь тебе обещала! — пищала я, пытаясь отползти от разозленного мужчины.

— Не знаю — специально или нет. Но отцепляй свой хвост. Я последний раз тебя предупреждаю, — осознав, что этот пушистый длинный изменник опять учудил какую-то жутчайшую гадость, из-за которой на меня сейчас злятся, я немного развернула голову, чтобы определить местоположение хвоста, и мне захотелось провалиться сквозь землю, рухнуть прямо на раскаленное ядро этой планеты и раствориться в небытие…

Если я хотела действовать тонко, красиво, не бросаясь в омут с головой, и, естественно, не виснуть на Мао… То эта падла меховая сразу пошла ва-банк! Чтоб его! Ненавижу! Да я сама его оторву на фиг, с корнем!

Глава 27

— Я не виновата, — просипела я стыдливо. — Это всё только он! Честно! Я с-с-сама его оторву, обещаю, как только руки появятся вновь — первым делом этим и займусь! Но сделать сейчас я ничего не могу. Он не то что меня не слушается, он вообще сам по себе всегда действует… — я обреченно закрыла глаза в желании притвориться трупом. Нужно было бы для общей картины ещё пасть приоткрыть и язык вывалить наружу, но, думаю, Маору точно бы не оценил мой «актерский» талант.

После этого я скатилась с мужчины и попросила его самого достать мой хвост. Я ведь не знаю насколько крепко это пиявка там присосалась: по какой-то причине я совсем не чувствовала свой хвост, словно он не был продолжением моего тела, и я побоялась что-то в районе ширинки оторвать.

Надо отдать должное Мао — вытягивая хвост из-под пояса, он его не оторвал. Но, судя по потемневшему от злости лицу, ему это очень хотелось сделать.

И, как только он освободил себя от пушистого вторженца, без просьб с моей стороны, снял с меня одежду, которая мне теперь опять была не нужна. Ну а я, опустив голову, спрыгнула на пол и молча поплелась «прихорашиваться». На самом деле мне просто было жутко стыдно, и оставаться с ним наедине пока было выше моих сил.

Через полчаса, кое-как помывшись и подсушившись, я вернулась в гостиную, где и обнаружила жующего Маору. Он лишь мельком взглянул на меня и вернулся обратно к трапезе. А мне ничего другого не оставалось, как попросить его о помощи — шубка всё ещё была мокрой, и с неё обильно капала вода.

Зайдя аккуратно с бока, я положила полотенце, что тащила в зубах, рядом с ним на софу, и, состроив умоляющий взгляд, попросила:

— Вытри меня, пожалуйста.

— Подойди ближе, — отложив вилку в сторону, мужчина накинул на меня полотенце.

И, прикоснувшись к моей голове, прикрыл глаза. После чего началось что-то странное: по моей шёрстке будто пробежал ток, она заметно нагрелась, и мне резко стало жарко. А Мао стянул с меня полотенце и, забросив его в угол, опять взялся за вилку.

— Ешь быстрее. Через полчаса мы выдвигаемся.

Я недоуменно кивнула, не понимая, что это только что было, и обернулась, чтобы оглядеть себя… Ну что сказать — волосы у меня встали дыбом. Причем в прямом смысле! Я сейчас была похожа на белоснежный круглый меховой шарик. Все волоски, будто наэлектризованные, торчали в разные стороны. Но зато я была абсолютно сухая.

— Спасибо, — хихикая произнесла я, оглядев эту картину, и запрыгнула к нему на софу.

На слова благодарности Маору никак не отреагировал, он то ли витал в своих мыслях, то ли всё ещё плохо себя чувствовал, и ему было не до пустых разговоров.

— Ты… ты как себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила я и ободряюще, как мне показалось, это должно выглядеть со стороны, прикоснулась головой к его плечу.

— Силы восстанавливаются слишком медленно, — разозлённо выплюнул мужчина, так и не посмотрев в мою сторону. — Я лишился практически всего своего запаса — процентов десять, вот что у меня осталось. Сон восстановил ещё процентов пять. Пару процентов с еды выйдет… Да мне придется без остановки спать и есть даже во сне!

Он внезапно подскочил с места, едва не опрокинув столик, и я почувствовала исходящий от его тела нестерпимый жар, будто он только что разогрелся до состояния каления.

— Ты это… не кипятись, — я испуганно отшатнулась, когда он посмотрел на меня и буквально окатил бурлящей яростью. — Давай задержимся тут ещё на денек. Ты отдохнешь, наберешься сил. Сам до этого говорил, что спешить нам некуда, «горе-призыватели» могут и подождать. У нас ведь отпуск… — к концу моего монолога мой голос опустился до шепота, а ушки опять испуганно прижались к голове. Даже подлец хвост юркнул под пятую точку. А всё потому, что сейчас мужчина был действительно сильно зол, как и в первую нашу встречу, когда он меня едва не придушил.

— Дело не в том, что придется подождать, и даже не в том, что я давно не чувствовал себя таким… слабым. Меня раздр-р-ражает то, что я вчера слишком поздно заметил угрозу.