Ника Фрост – Тёмный властелин желает развлечься (страница 16)

Ухмыльнувшись, я поплыла к берегу, где оставила чистую, честно экспроприированную простынь. Я тут плаваю уже не меньше часа, пора бы подсушиться и идти обратно к шатру, пока меня никто не хватился. А плана так и нет, и мне остается лишь притворяться тихой и покорной. Но это ненадолго!

Выйдя на небольшой песчаный пляж, я со всей силы отряхнулась, после чего подошла к разложенной ткани и блаженно на нее плюхнулась. Речи о том, чтобы вытереться даже и не шло — не с моими лапами. Я могу только завернуться в простынь и ждать, когда ткань впитает влагу. А остальное само высохнет.

И, улегшись поудобнее на спинку и раскинув лапки пошире, чтобы ветерок лучше проветривал мою плотную шубку, я стала смотреть на звёзды.

Красивые. Яркие. Но на мой дилетантский, далекий от астрономии, взгляд они были слишком похожи на «наши». А ещё у этой планеты был спутник, почти точь-в-точь Луна, — может, чуть поменьше размером и более желтый, словно сливочное масло или кругляшок сыра в крупную дырочку…

При мысли о масле, о куске свежевыпеченной, ещё горячей булке, при соприкосновении с которой это самое масло вмиг бы начало таять, и вкусном сыре у меня свело от голода желудок.

Загрустив окончательно, я отползла на сухую часть ткани и, свернувшись клубочком, подложив под голову лапу, закрыла глаза. Поскорее бы весь этот бред закончился. Не хочу я такие приключения! И отпуск такой мне не нужен! И мужик этот, рогатый, тоже на фиг не сдался! Хотя… нет, с ним подождем. Для начала я должна ему вернуть должок — отомстить, а потом, гордо помахав лапой… то есть рукой, удалиться в закат. А он бы сидел весь такой расстроенный на своем троне и, утирая слезы, вспоминал обо мне. О том, что потерял! Вот это была бы шикарная мстя! А я вся такая красивая… нет, не на Майбахе в Куршевель или на Бентли в Ниццу еду, а на электричке к маме на дачу… Чтобы вскопать ей грядки, прополоть в теплице, обработать клубнику, и уставшей с грязными волосами и поломанными ногтями вернуться обратно в пустую крохотную квартирку, где меня никто не ждет. Даже тараканы.

И это крайне печально. Наверное, осенью точно маму к себе заберу: всё нам вместе веселее будет. Правда, пока я в теле кошки, и мечтать о возвращении не стоит — меня же там наши ученые быстро на атомы разберут, увидев такой уникум, как разговаривающий ирбис.

Вытянув лапку перед собой, я уставилась на мягкую розовенькую подушечку, остренькие коготочки, ещё влажную шерстку, кажущуюся в лунном свете персиковой, и, застонав, прикрыла лапами глаза.

— Тише ты, идиот, не дай Ерэй, спугнем! Райга, да ещё молоденькая. Знаешь сколько нам монет Лаир отвалит за нее?! Можно будет уйти со службы и всю жизнь припеваючи жить, — донёсся до меня едва слышный шепот. — И пусть служба у нас и престижная, но, знаешь, плевать на этот престиж — я лучше открою свою лавку снадобий. Всё меньше на эти рожи аристократий смотреть буду.

— Тише? — зашипел в ответ мужчине другой. — Да ты только что создал шума больше чем я, споткнувшись о ветку! И, вообще, силки ты уже напитал?

— Спрашиваешь ещё! Я такую добычу точно не упущу.

Голоса замолкли, а я продолжила лежать себе спокойненько на бережке. Вряд ли они за мной охотятся. Они ещё метрах в пятистах от меня. Если что — успею от них сбежать.

Кстати, если подумать… имя или название «Райга» я ведь точно где-то уже слышала. Вот только никак не могла вспомнить где. Хотя… кажется, это как-то касалось именно меня.

И в этот момент по моей спинке пробежал холодок. Райга! Так ведь меня назвали стражники! А это значит, что те «ходоки», которые сейчас ползут, судя по звуку в мою сторону, пришли именно по мою душу, точнее шкуру!

Резко подскочив, я от страха не сразу смогла сообразить в какую сторону бежать: то ли в противоположную от мужиков, то ли по диагонали в сторону шатра к Маору.

Решив, что лучше к Мао, даже если мужчины окажутся настойчивыми и смогут меня как-то найти, он-то точно им по темечку своей косой быстро настучит.

И я, больше не тратя время на раздумья и сомнения, побежала со всех ног. Но мой бег практически сразу прервался. На меня прямо с воздуха что-то рухнуло, и, запутавшись, я кубарем полетела до ближайшего дерева.

Несмотря на то, что я достаточно болезненно ударилась головой, я, придя в себя, тут же попыталась подняться, но почему-то лапы меня не слушались, а мир всё быстрее затягивало странной тёмной пленкой.

Зашипев, зло зарычав, понимая, что меня схватили и хотят похитить, я выпустила когти и начала царапать странную, немного глянцевую мягкую поверхность, которая с каждой секундой становилась всё плотнее и плотнее, превращаясь в подобие пластика. И я, понимая, что остроты моих когтей уже не хватает, чтобы эту странную ловушку даже поцарапать, заорала что есть мочи:

— Отпустите, гады! Вы чего творите?! Вот выберусь отсюда, все морды вам перецарапаю! А… а муж мой, вообще, на фарш вас пустит! Он, знаете, какой злой у меня? — под мужем я, конечно, имела в виду Маору… Ну а на кого в этом мире я ещё могла надеяться? Кроме него и не на кого. Пусть он вовсе и не муж, а случайный попутчик, который считает меня собственностью.

— Тебе не кажется, что из сейри донесся женский голос? — я с трудом расслышала голос одного из похитителей. Звук был глухой, тихий, будто я была глубоко под водой.

— Показалось тебе. Или ты думаешь, что мы бабу вместо райги поймали? Не мели чепухи. Просто эта животина так орет, точно баба злая. Хотя она ж и есть баба. Что с них неразумных взять.

Сказав это, другой мужик противно заржал, и я ещё отчаяннее начала биться об узкие стенки своей клетки. А она была очень маленькая — видеть, правда, я ничего не видела: странный материал, полностью затвердев, стал непроницаем для солнечных лучей, и могла я судить только по тому, сколько у меня было пространства для маневра. И этого места не хватало мне, даже чтобы развернуться.

— Св-в-волочи! — рявкнула я и боднула голой со всей силы стену, и тут же застонала.

Вот это я зря только что сделала! И так мыслей путных в последнее время никаких там не осталось.

— Нет. Точно тебе говорю — голос, будто женский.

— Успокойся, Гэри. Это просто переутомление. Мы с тобой все силы спустили в сейри, чтобы она смогла удержать райгу. Вот у тебя в голове и шумит от усталости. Сейчас мы с тобой до стоянки доберемся, отдохнем пару часиков и направимся в столицу — получать заслуженную награду от Лаира.

— Вот это ты верно говоришь! — первый похититель, услышав про деньги, сразу приободрился. — Жду не дождусь этого момента. А то отправили границу охранять в наказание. Думали мы тут подохнем. Вот рожа у магистра-то вытянется, когда увидит нас.

Он довольно расхохотался, а я всё бесновалась в своей крохотной темнице. Царапала её, пыталась вцепиться зубами, старалась упереться лапами и разломать её, но, увы, всё было тщетно. Странный материл оказался слишком крепким, а мои силы — на исходе. И мне оставалось только ругаться. Орать. Материться. Однако на мои вопли мужчины уже не обращали никакого внимания. А спустя минут десять тряска прекратилась, видимо, они наконец-то дошли до места, и их голоса я вообще перестала слышать.

И я, понимая, что теперь я окончательно попала, причем в прямом смысле, зарыдала.

Точнее это было только отчаянное скуление и вой, слез у меня не было. Вероятно, у райги, или как там ещё называется эта кошка, в которую я почему-то превратилась, не было слезных протоков.

— Мао… Гад ты рогатый, — с отчаянием прохрипела я сорвавшимся от воплей голосом, — ну приди хоть ты. Я, может, даже и прощу тебе часть твоих прегрешений.

Прошу… Спаси меня, я не хочу, чтобы меня продавали и держали, как животное в клетке. Не хочу! У тебя я хотя бы на кровати спала, и ты ко мне ведь сносно относился…

И внезапно в моей голове молнией пронеслась яркая, подобно вспышке, мысль. А он же действительно нормально ко мне относился: снисходительно, как к глупому ребенку.

Слушал, давал свободно передвигаться… Позволял немножко посвоевольничать до того момента, пока я не назвала его, правда в его отсутствие, гадом рогатым. И именно после этого он нацепил на меня ошейник, перестал разговаривать и при поездке аккуратно не придерживал. Это что же получается? Я его обидела, что ли?!

Как интересно… И стыдно. Ведь, если так подумать — он, конечно, странный. Маг, Повелитель и, вообще, фиг знает ещё кто. И попросту — злодей. Но мне ничего такого он не сделал. Мог бросить, мог убить и в лича обратить. Мд-а… Вдвойне стыдно. Однако я всё равно считаю, что он заслуживает хорошего наказания. Пусть и не жёсткого, но поучительного. Меня тоже можно понять, да и сказала я всего лишь немного обидные слова, а не оскорбляла его. Ну сглупила, но он-то древний мужик! Должен был понять, что я — девушка, и, оказавшись в другом мире, просто перенервничала из-за этого и несла всякую ахинею.

Так что, как только он меня спасет, я, конечно, извинюсь за те слова, но всё равно отомщу!

Если он меня спасет… а не продолжит свой путь в одиночку, забыв про бестолковую и бесполезную человечку, которую он хотел сделать своей служанкой, но от которой проблем у него пока было больше, чем пользы.

Глава 13

В какой-то момент мне стало тяжело дышать, видимо, кислорода тут было недостаточно. Если он вообще был. И я, испугавшись, что банально задохнусь, начала биться об стенки клетки словно ненормальная. Но ничего я не добилась, кроме одного: я до крови поранила себе голову, сильно ударившись, и, упав, я завыла подобно волку. Отчаянно, горько и пронзительно… А потом мои глаза начали слипаться, и, как бы я не пыталась не заснуть, сознание медленно уплывало. Перед глазами заплясали яркие звездочки, и последнее, что я запомнила, пред тем как окончательно отключиться, это был шум в ушах…