Ника Фрост – Строптивая фаворитка (страница 6)
И очередной день пролетел незаметно.
Съездив с Квилом на рынок и сделав все дела, я отправила его обратно в клуб одного. Сама же вышла у центральной площади, где находились одни из лучших магазинов. На платьях для выступлений экономить я не собиралась. А на белье я вообще никогда не экономила.
Провела я там чуть больше, чем планировала, поэтому в клуб уже вбегала. Надо было успеть помыться, привести волосы в порядок. Переодеться. Накраситься! И ещё проверить, как у всех дела обстоят… Отрепетировать новые песни с музыкантами.
В шесть вечера, под бой городского колокола, двери в клуб распахнулись. Все мои работники были на своих местах. Я — наблюдала, как и ранее, за этим с балкона. И, проверив, что всё в порядке, ушла к себе в кабинет заниматься опять бумажной работой, попутно распеваясь.
Без десяти восемь ко мне постучался Петер, предупредил о том, что скоро мой выход. А я уточнила, пришел ли тот гость, для которого забронировали балконы, и получила утвердительный ответ. Правда, когда я поинтересовалась, как он выглядит, мужчина лишь пожал плечами, сказав, что сам не видел, а наших охранников оттеснили в сторону.
Поблагодарив его, я сразу убрала бумаги в сейф. И вот я снова смотрю на картину и свет в одиноком оконце, отгоняя тоску.
Маска на лицо. Последний взгляд в зеркало, проверяя, что макияж в порядке. И спускаюсь вниз, тихонько напевая песенки, разогревая связки.
Вдох-выдох…
***
Сегодня ответственный день. И впервые за все эти дни от мысли, что, возможно, там сейчас сидит тот, с кем мне придется лечь в постель, чтобы сохранить свою независимость от бандитов и деньги, почему-то затряслись колени.
Выйдя на сцену, пока она была погружена во мрак, я попыталась разглядеть того, кто сидит на большом балконе, ближайшем к сцене. Но, увы, зрение у меня было не таким острым. Разглядеть я смогла лишь то, что кто-то, вероятно и дворянин этот, одет во все белое.
Как я и обещала вчера дроу, сегодня мой репертуар был особенным. Я повторила лишь одну из песен, которые пела. Выбрала более сложные. И это возымело фурор. Мне ещё никогда так долго и искренне не аплодировали. А последнюю песнь, как и планировала, я выбрала с небольшой вставкой колоратурного пения…
Не зажечь свечи за здравие,
И нельзя в помин души,
Мне досталось испытание
Быть ни мертвым, ни живым.
И, взлетев в объятья вечности,
Словно птицы над рекой,
Мы в бою пропали без вести,
Не найдя в земле покой…
Когда я днем репетировала эту песню, пока вокруг суетились работники, я не могла погрузиться в текст, мелодию. Пела на автомате, помогала музыкантам подобрать ноты…
А сейчас, отдавшись музыке, растворившись в ней, поя сердцем и душой… я поняла, что эта песня и про меня. Про то, что и меня родители, родственники считают пропавшей без вести. И моя мама наверняка до сих пор льет слезы. Ищет меня… Не может нормально спать. А я не могу даже передать ей весточку, что жива…
Мы не погибли, мы просто ушли,
Просто ушли в небеса.
На безымянных высотах земли
Наши слышны голоса.
Будут вечно наши матери
Ждать о нас любую весть,
Все, кто веры не утратили
В то, что мы свете есть.
Не живые и не павшие…
(Н.Носков «Без вести пропавшие»)
Я до последнего сдерживала слёзы. Но затем они сами бурными ручьями полились из глаз…
И под конец я просто подняла голову вверх и отдалась на волю эмоциям, вложила все чувства, боль и тоску в песню, изливая душу…
Глава 4
Моё выступление закончилось фееричными, продолжительными аплодисментами. И в обычной ситуации ради тех, кто меня так благодарил, я бы обязательно ещё спела одну песню, на бис. Однако не тогда, когда мой взор был замутнен слезами, а щеки были мокрыми от влаги. Поэтому я, поклонившись, покинула сцену.
Но отсиживаться и долго приводить себя в порядок я не могла. Меня ещё ждал загадочный гость. Поэтому, поправив косметику, я сразу направилась на балконы.
Воспользовавшись чёрным ходом, ведущим с жилого крыла в зал, я тихонько проскользнула в коридор. И поняла, что я всё равно опоздала, несмотря на то, что так спешила.
Дверь, ведущая на ВИП-балкон, оказалась приоткрытой и было видно, что никого внутри уже нет. А я вернулась обратно к себе, в кабинет. Но не работать, как я рассчитывала. В тот вечер у меня отлично получилось только перекладывать бумажки. И думать над своей дальнейшей судьбой.
В итоге напряженных размышлений я пришла к мысли, что торопиться с решениями не буду: от них может зависеть и моя судьба. В этом месяце я выплачу требуемую сумму Ваэрдешу. Правда прежде всё-таки попробую её немного уменьшить. Выпьем, поговорим. Улыбнусь ему, авось и сработает. А вот наводить кипишь буду потом, спокойно и на трезвую голову. Возможно, получится отвадить этого бандита обычными способами — ведь есть же городская стража, в конце концов, главная обязанность которой безопасность и спокойствие горожан!
Поговорю с местными работниками, вероятно, им удастся выяснить, к кому мне можно обратиться с таким вопросом и кто сможет помочь.
В ту ночь я, несмотря на то, что для себя всё решила, осталась в ладах с совестью, чувством собственного достоинства и гордостью, спала на редкость отвратительно. Снился Листар. Как мы познакомились. Первые наши встречи. Вот только его лица я не видела, просто знала, что это он. Потом приснилось, как мы поцеловались. Приятное касание губ, лёгкий трепет… Однако, когда поцелуй вдруг закончился, вместо Лиадара я увидела высокого мужчину с белыми волосами и смуглой, посеребрённой кожей. В тот момент жуткий страх сковал меня, усилившийся многократно, когда я осознала, что не могу двигаться… Но, когда дроу опять склонился и поцеловал, я едва не задохнулась от страсти… И проснулась от дикого желания к тому, кого считала заклятым врагом… В полпятого утра. То есть через три часа после того, как сомкнулись мои глаза.
Больше заснуть я не смогла.
В этот день событий было ещё меньше, чем в прошлый. Мне не надо было ехать на рынок, готовить меню, покупать платья или разучивать новые песни. И я позволила себе даже немного, а если уж быть совсем честной, хорошенько так отдохнуть.
***
Надев широкополую шляпку и простенькое, строгое платье, я выскользнула через черную дверь и направилась в ближайший парк. Где, стараясь не обращать внимания на то, что вокруг меня дроу, провела, наблюдая за яркими птицами, слушая их пение и просто гуляя по аккуратным дорожкам, горбатым, напоминающим мне японские мостики, несколько часов.
Вообще, сегодня ничего не предвещало того, что случилось позже, перед самым закрытием. Казалось, это будет самый спокойный и тихий день за последние пять месяцев.
Вот только под самое закрытие, когда посетителей не осталось, а я сидела с бокалом на этот раз легкого белого вина из каких-то экзотических цветов за стойкой, вошел тот, кого я ждала только завтра.
Сначала я услышала тяжелые, такие хозяйские, шаги. И подумала, что это Фэл направляется ко мне за разрешением закрыть клуб. Поэтому даже не повернулась. Но вместо голоса охранника за спиной раздался довольный, сочащийся довольством Ваэрдеша:
— Вчера ты поразила своим пением моё сердце. А сегодня было самое обычное выступление… Почему так?
Стиснув зубы, чтобы случайно не выругаться, я выдохнула и, натянув улыбку, произнесла, так и не обернувшись:
— Настроение сегодня не подходящее. Захотелось немного отдохнуть. А что сегодня привело вас ко мне?
Горячая ладонь легка мне на плечо, и, склонившись, мужчина, обдав меня густым ароматом от спиртного, прошептал, как ему, наверное, казалось, страстно:
— Только ты, моя Вита. Как всегда, дело только в тебе…
— М-м… — протянула я. — Лестно. Очень лестно. Господин Ваэрдеш.
Допив вино, поставила бокал на стойку и, сдерживаясь, чтобы не скинуть его ладонь, я налила ещё немного алкоголя. И протянула ему:
— Не желаете выпить? На удивление вкусный напиток. Мне сказали, его делают из каких-то горных цветков, что распускаются только в полночь.
— Я желаю только одного…
— Дайте угадаю… — не сдержав едкого сарказма, дрожа от злости, вклинилась в его речь. — Меня?
— А ты догадлива, — его губы уже касались моего уха. И мне надо было что-то делать. Что-то сказать ему такое, чтобы не обидеть, но и заставить отойти. Однако что?! Думай, Света! Думай!
Прочистив горло, немного склонив голову, отодвигаясь от его, я громко произнесла:
— Кстати! Я решила, что платить вам столь много… несколько несправедливо. Другие заведения платят вам стандартную мзду. С меня же вы хотите в несколько раз больше. Неужели ради меня вы не могли бы хотя бы немного уменьшить…
— Именно ради тебя, Вита, я и поднял её, — голос дроу опустился до хриплого шепота. И я услышала в нем неприкрытое вожделение. — И, если ты сейчас мне скажешь, что решила заплатить, поверь, слово своё я сдержу. И этот месяц мы более не будем поднимать этот вопрос. Но на следующий — плата ещё повысится. Станет такой, какую ты точно не сможешь мне заплатить железками.
***
***