Ника Фрост – Повелитель Теней (страница 53)
Больше тэйны не посмели мне мешать. И я спокойно переходила с места на место, желая воскресить как можно больше. Краем глаза лишь наблюдая за тем, как бьются Тёмные Божества, как рассыпаются в прах Отродия, а наши войска отступают…
Вскоре на поляне остались только пришельцы из иных миров, я да сотни трупов…
В очередной раз воскресив целый отряд, я с огромным трудом поднялась. Маны опять не осталось, и я, чтобы довести дело до конца, влезла в прану… Понимая, что отнимаю у себя силы, частичку жизни. Но что значит лишь небольшая часть меня в обмен на долгую и счастливую жизнь, полную забот, любви и радости, других?
Я сделала шаг в сторону павших, однако тусклый свет луны заслонила высокая фигура, а я уткнулась в мужскую грудь.
Крепкие руки обхватили меня, и в следующий момент мы стояли на пригорке. Там, где я смотрела на наши войска до начала сражения и беседовала с Зорианой.
«Кстати! Интересно, как у неё дела? Выжила ли?» — подумала я отстраненно.
«Отчего ты не послушала меня?» — мягко произнес Шадар, вновь приглаживая мои растрепавшиеся волосы.
— Я — лекарь, который может вернуть ушедших. Так отчего я должна была сидеть и отдыхать?! — сдвинув брови, спросила я.
«Ты всегда была слишком упряма… Но не всегда упрямство — это благо. Однако именно то, какая ты, за то, что ты такая, какая есть… И делает тебя таир эна Ланабэль…»
Позволив мне развернуться к нему спиной, продолжая крепко придерживать за талию, Шадар выставил левую руку, в которой сжимал посох.
Я посмотрела на окруженную кругом из синего пламени поляну, в центре которого возвышался узкий «зрачок» серебристого портала божеств и в котором остались только Отродия и павшие, что я не успела вернуть…
С длинного черного посоха в небо устремился яркий столб белого с синим оттенком огня. Понимая, что сейчас все тела исчезнут, ещё не истерзанные, окончательно обезумевшими от страха, запертыми внутри Отродиями, и я не смогу более спасти их, я попыталась вырваться…
«Я выполню твоё желание», — мужчина ещё крепче прижал меня к груди.
И вместо пламени, что сожгло бы всё вокруг, на поляну сначала опустилось похожее на струящийся туман заклинание. А затем белый столб, который вырвался из посоха Шадара, пронзил черные небеса и, словно отражаясь от огромного зеркала, ударил по поляне. Снова от ужасающей силы завибрировала земля. Загудело и зашумело в ушах. Наши воины, застывшие далеко от места битвы, кто был ещё в состоянии стоять, попадали вниз, не в силах устоять на ногах.
Когда ослепительный свет начал гаснуть, вместе с синим огнем, что не позволял Отродиям выбраться наружу, начал рассеиваться и туман, который подобно пологу укрыл мертвые тела созданий этого мира.
В отличие от монстров, от которых не осталось и следа, заклинание божества им не навредило. И их ещё можно было спасти!
…Три года я каждый день представляла, пусть и украдкой, момент, когда мы с Шадаром опять встретимся. Как я брошусь в его объятия, и он поцелует меня. Нежным и сладким поцелуем, который невозможно забыть и описать. Как я буду рассказывать ему, что произошло за это время, и как я старалась, смогла стать сильнее…
А сейчас, хоть и находила успокоение в его объятиях, наслаждалась теплом его тела, тем, что он рядом, я стремилась вернуться туда, вниз, спасти как можно больше жизней, пока ещё не поздно.
И то ли не успел Шадар среагировать на мое бегство, то ли разрешил, однако синий портал расцвел под моими ногами, и я уже спокойно брела по выжженой до состояния пепла траве и спекшейся до зеркального блеска земле.
Сил было катастрофически мало. Мана пусть и быстро возвращалась: быстрее, чем до того, как Шадар поделился со мной частичкой своей Тьмы, но на всех бы не хватило.
«Надо позвать других аделиянов!» — промелькнула мысль.
Однако этого не потребовалось. Со мной следом пришёл Повелитель Мрака. И, опустив на мои плечи ладони, напитал за мгновение меня таким количеством своей маны, что от восторга и переполнявших сейчас сил у меня закружилась голова.
«Смотрю, жизнь ты, и правда, ценишь, — голос старшего брата был властным, но без резких интонаций, и подобно бархату окутал меня. — И ты достойна подняться к нам… Поэтому мы продолжим наш разговор у нас».
«Мы будем ждать достойную занять место рядом с нами, — отозвался средний, Нэйвер. — И тебя, младший… Не задерживайся. Работы у нас всегда много, ты знаешь…»
«Ты и так много отдыхал», — уже с усмешкой добавил старший.
«Спасибо вам, — пока они не ушли, произнесла я с почтением, склонив голову. — Я знаю, вы пришли помогать не нам. Но что меняют слова и мотивы, когда вы нас спасли. Спасибо Вам. От всех…»
«Ты права. Мы пришли не помогать вам или спасать. Вы некогда отказались от нашей помощи, пожелав осыпать проклятиями, нежели выразить благодарность за защиту, — и вновь тон Хасара изменился: в нем зазвенел металл и зазвучали повелительные нотки. — Мы просто пришли, чтобы уберечь в дальнейшем тех, кому нужна будет наша помощь. Однако сейчас мы рады, что помогли достойной…»
И две высокие фигуры, не оборачиваясь, зашли в серебристый портал, который за ними тут же закрылся.
…Ещё несколько часов вместе с другими адэлиянами мы ходили по поляне и возвращали павших в мир живых. Вернув всех, кого смогли, до кого дозвались и кто захотел вернуться, посчитав, что его жизненный путь ещё не закончен.
Не сказал более мне и слова Шадар, что высокой тенью ходил за мной, помогая: поднимая тела, чтобы мне было удобнее, снабжая маной.
Я тоже молчаливо занималась своими делами.
Никто не смел ко мне и приблизиться, даже друзья, что тоже вернулись на поле, на котором мы вели сражение. Небезосновательно опасаясь того, кто не отходил от меня ни на шаг — Повелителя Мрака с огромным посохом.
Только когда моя работа была закончена, я ощутила, как устала. Задрожали руки, подогнулись ноги, а глаза сами собой начали закрываться.
Но я упала не на оплавленную землю, а в заботливые руки Шадара:
«Теперь ты согласна отдохнуть?»
— Да, — уткнувшись в его грудь, я блаженно улыбнулась. — Спасибо тебе, что пришёл. Что наставлял нас, помогал… всегда помогал…
«Я не мог дать тебе обещание, что вернусь. Что мы придем к вам…»
— Я понимаю… Но…
«Мы поговорим обо всём тогда, когда ты отдохнешь», — ласково перебил Шадар меня.
— Ты не уйдешь?
«Нет. Обещаю тебе».
Этого мне оказалось достаточно, чтобы окончательно успокоиться и провалиться в глубокий сон. Правда при этом я крепко продолжала держаться за лацкан его длинного плаща…
Глава 44. Что оставляет после себя война…
Что оставляет после себя война? Пустоту. Она появляется в сердцах тех, кто потерял любимых, сменяя царившие там горечь и отчаяние. В душах тех, кто выжил и кто перед глазами теперь постоянно видит ужасы войны, тела своих павших товарищей, любимых…
Я никогда не думала, что будет после войны лично со мной. Да, я мечтала, что отправлюсь к Шадару. Чтобы сказать спасибо ему за всё, что он делал для нас. Но это, как я сейчас поняла, были фантазии, детские иллюзии того, кто понятия не имел о том, через что ему придется пройти. Что испытать.
Сейчас, закрывая даже на миг глаза, я покрывалась липким потом, а моё сердце пугливо сжималось. Казалось, меня всю искорежила за те несколько часов, что она длилась, та война. Не было праздничного настроения, никакой эйфории, что мы победили. Только звенящая, гулкая пустота внутри.
Я смотрела в окно и видела только отражение своих глаз с застывшей в них болью, а не яркий солнечный свет и голубое небо.
Выходя на улицу, я не замечала красоты вокруг, светлый песок и тысячи цветов — мне казалось, я бреду по оплавленной до зеркальной черноты земле.
Я вздрагивала даже от переливистых трелей птиц…
Не помогали мне и разговоры с друзьями. Я не слышала их, не видела улыбок, не подбадривали их слова о том, что всё закончилось.
А слёзы, казалось, застыли в моих глазах. Не желая исчезать, но и не стекая по щекам. Словно я застыла во времени где-то там, ещё на поле битвы, ходя между телами. А моя душа всё блуждала между мирами, разделившись. И я до сих пор слышала свой голос, эхом раздающийся в темноте, зовущий павших вернуться.
Первое время Шадар всё время был рядом со мной. Сидел подле моей кровати в комнате, в общежитии. Держал за руку, гладил по волосам. Ласково что-то говорил. Однако я не слышала его. Утопая в огромных фиалковых глазах, я просто слушала его голос и засыпала. Потом просыпалась, и всё повторялось вновь. И вновь… И вновь…
Так прошло… Для меня — вечность. На самом деле чуть больше суток.
Затем в мою дверь постучали. Настойчиво. Я тогда лишь закрыла уши и отвернулась.
А к «гостям» вместо меня вышел Шадар, даже и не думая более скрывать, кто он такой. Да и это уже было бы просто бессмысленно.
Как оказалось, именно он и был нужен тем, кто стучался в мою дверь. Поборов страх пред Тёмным Божеством и возможным гневом, который мог бы на них обрушиться, к нему, склонив головы и преклонив колени, пришли с просьбой помочь те, кто некогда проклинал Теней и Повелителя Теней. Тех, кто не смел и произносить имена Тёмных Богов. И они хотели… нет, они умоляли его им помочь.
Более в Хаш’шатх не было правителя. Настоящего. Того, кого бы люди захотели слушать и за кем следовать. Король сбежал, и этого ему не простили, поэтому, когда он возжелал вернуться, его просто не пустили обратно. Королева с сыном тоже перед самой битвой прошли через портал. Но эти были умнее и понимали, что нет смысла возвращаться. Только тэйны, что были подле них, вернулись обратно, потому как их миссия была закончена. Просьба Шадара была выполнена.