Ника Фрост – Олимпиада для драконов (страница 60)
— Прости, Сеня… — посмотрев на скелет, который из-за моей настойчивой просьбы сидел рядом на камне, я ему грустно улыбнулась.
— С-се-еня-я? — протягивая буквы, прощелкал скелет.
— Я не знаю, на что тебя обрекла. Можно ли считать настоящей, полноценной жизнью твое существование? Доволен ли ты этой жизнью? Вот какими вопросами я задаюсь. Тогда я поддалась чувствам. Страху утраты… В общем, простым языком — смалодушничала и попросила Рэйкхара тебе помочь… И… — я пожала плечами, смотря в глаза Сени. — Я бы очень хотела узнать, что бы ты хотел сам. Чтобы я попросила дракона освободить тебя или…
— Се-ня! — внезапно отрицательно и резко мотнул головой скелет, удивив меня не только таким эмоциональным, для него, ответом, но и скорым.
— Тебе нравится твоя жизнь?
— Се-ня! — вновь защелкал скелет без раздумий.
— Правда?
— Се-ня! — интересно, а как он издает звуки? Языка у него нет, голосовых связок тоже, как и легких. Магия. Удивительная штука! Вот бы ещё вид Сене более презентабельный придать.
Поддавшись желанию, я пересела к скелету поближе и коснулась его запястья…
Вернуть его к жизни я, конечно, не смогу. Но… И сил оставшихся мне хватит…
Схватившись покрепче за Сеню, чтобы он не дергался и не прервал заклинание, я, вливая в него все свои силы, отдавая даже капельку праны, сделала то, что посчитала нужным.
Кости скелета облепили с ног до головы, сорвавшиеся с моих пальцев серо-серебристые огоньки. И на секунду Сеня стал похож на лампочку в виде скелета. А потом они впитались в его кости, и он стремительно стал покрываться плотной кожей, на пальцах появились ногти. На черепе тоже появилась кожа, губы, а пустые глазницы сменились подобием глаз, правда сияющих чрезмерно ярко.
И, вот, я уже сжимаю не кости, а практически настоящую руку.
— С-с-се-еня? — скелет, точнее, по силе что-то среднее между личем и полуличем, удивленно посмотрел на свою руку, которую я держала.
— Прости, я не могу подарить тебе настоящую жизнь. Пока я на большее и не способна…
«
«…
Глава 45. Поговорим?
«В глубоком хаосе, когда кажется, что всё утрачено, таятся зёрна надежды, готовые прорасти в зелёные побеги возрождения жизни…»
«…Никогда я не был силён в патетичных фразах, — на этот раз голос прозвучал с лёгкой усмешкой. — Однако сейчас другие бы не подошли».
— Рэйкхар? — отпустив руку Сени, я приподнялась, чтобы разглядеть дракона, но меня тут же потоком воздуха усадило обратно на камень, когда огромный белоснежный дракон резко взмыл в воздух.
Распахнув крылья, он застыл в десятке метров над землей неподалеку от нас. Окрасившись в красно-золотые оттенки заходящего солнца, заискрились разными оттенками преломленные лучи в кристальных когтях и шипах, на чешуе, создавая вокруг дракона загадочный и волшебный ореол.
Никогда прежде я не видела дракона, который бы вызывал во мне восторженный вздох. Те драконы, которых я видела на Эллиании, были тоже красивы. Вот только они были обычными. Созданиями из мрачных сказок, а не волшебных, в которых добро всегда побеждает зло. Чешуя обычных оттенков, когти и клыки, как у хищников, не способных на сострадание к своей добыче, а созданных чтобы терзать её. Даже Кас с его огненной чешуей с золотым отблеском на фоне Рэйкхара казался обычным…
«Хаос… Хаос считался нами тем, что только разрушает. Он создает дисгармонию, дисбаланс. То, что мы всегда отвергали. Желая всё упорядочить, подчинить общим принципам, мы не осознавали, что же за сила таится в глубинах Хаоса. Той силы, что только своим существованием, по нашему разумению, нарушало законы Вселенной, грозило ей и всему сущему уничтожением. Лишь потом мы поняли, что благодаря Хаосу и возникла жизнь. Какая ирония…»
Рэйкхар начал медленно снижаться, а вокруг его тела закружили крохотные огоньки, казавшиеся скоплением разноцветных облаков, перемешивающихся, кружащихся в загадочном танце, чтобы раствориться без следа в воздухе, оставляя после себя на мгновение яркий всполох. Размеры дракона стремительно таяли. А, когда до земли дракону оставалось меньше метра, облако полностью укутало его, чтобы вскоре, вспыхнув и озарив всё вокруг, как последний луч солнца, представить миру Рэйкхара в привычном, для меня, облике.
Появление любого дракона с такими спецэффектами я бы назвала позерством. Желанием продемонстрировать его красоту, могущество, способности. В отношении же Рэйкхара у меня произнести подобное не повернулся бы язык. Да, «явление дракона» было красочным. Однако мужчина, одетый в простую рубаху с коротким рукавом, с распущенными и немного взлохмаченными волосами был таким… естественным. На его лице не было и намека на превосходство, в прямом взгляде отсутствовала надменность.
Босые ноги дракона коснулись грязной земли, но он даже не поморщился. Наоборот, посмотрев на меня, он… улыбнулся. Широкой и искренней улыбкой. От которой заблестели его глаза. А я ненадолго потеряла дар речи. И от того, как такая улыбка преобразила его лицо, и от того, что впервые увидела не холодную отрешенность или другие легкие, едва ощутимые эмоции. Нет, впервые мужчина… был искренним настолько, какими бывают только дети. По-настоящему… настоящим.
— Спасибо, что поделилась своей силой, — приложив два пальца ко лбу, потом к груди, мужчина склонил голову.
— Не за что… — пробормотала, смущенная, как девочка-восьмиклассница от неожиданного комплимента. Благо, это чувство длилось лишь мгновение. — Это я тебя должна благодарить. Ты… Ты всё рассчитал. Спас меня. Сеню. Ты принес даже Палыча, пусть в нем и не было уже жизни. Ты вновь учел всё.
— Но ты чем-то недовольна? — немного склонив голову, прозорливо догадался Рэйкхар.
— Дело не в тебе…
— А в тебе, — мужчина закончил предложение за меня.
— Ты умеешь читать мысли или видеть будущее? — озвучила я предположение.
— Нет. Не умею, — дракон снова улыбнулся, и в этой улыбке не было и намека на издевку, что я сказала какую-то глупость. То была ободряющая, поддерживающая дружеская улыбка. — Мне не ведомы твои мысли. Будущее. И даже мои мысли бывают для меня загадкой, а будущее скрыто за пеленой неизвестности.
— Тогда как же…
— Могу понять, о чём ты думаешь, чего желаешь? — опять практически слово в слово повторил мои мысли Рэйкхар.
— Да.
— Я просто прожил долгую, очень долгую жизнь. А ещё я умею наблюдать, подмечать любые детали и прекрасно анализировать.
— То есть я, мои мысли и действия для тебя открытая книга? — подтянув колени, я обхватила их руками.
— Нет, — мужчина отрицательно качнул головой и, секунду посмотрев на небо, на обретающие блеск и цвет звезды, направился ко мне. Сев рядом, он поставил ногу на камень и положил подбородок на колено. — Мне многое не ведомо. Однако я знаю, что за суровостью ты скрываешь доброту. Вижу обостренное чувство справедливости. Но что я чувствую сильнее всего — страх.
— Страх? — я прищурилась. Вот о страхе я сейчас точно не думала и не испытывала его. От дракона не исходили никакие ужасающие флюиды.
— Да. Страх. Что ты сделаешь что-то не так. Что ты ошибешься. Считаешь себя виновной в том, в чем нет твоей вины. Тебя страшит, что кто-то узнает, какая ты настоящая, что у тебя за дар. Ты наверняка думала, что я могу читать мысли, поэтому и пыталась иногда действовать непредсказуемо, пытаясь выяснить, справедлива ли твоя догадка. Притворялась, что не понимаешь что-то. Старалась выглядеть глупее, чем ты на самом деле… Странная неуверенность для такой женщины, как ты, Оля. Сильной, решительной. Кто-то пытался тебя сломить, заставил страдать. Чувствовать себя слабой, беззащитной. И настолько глубоко нанесли эти раны, что остались глубокие шрамы, которые тебе пока не удалось излечить. Только скрыть и замаскировать. И я не ошибусь, если скажу, что это был кто-то родной для тебя, тот, кому ты доверяла, открыла своё сердце…
Липкий страх сковал моё сердце. Каждое слово дракона было неопровержимой истиной. То, что я скрывала ото всех. Даже от себя, чтобы забыть обо всем, стереть из памяти как плохой сон, в надежде, что однажды я просто излечусь. Он или, правда, насколько мудр и проницателен, или соврал, что не умеет читать мысли. Прекрасный момент перестал казаться таковым, а я ощутила себя напуганной и беззащитной.
— Мне кажется, — как можно более непринужденным и спокойным голосом произнесла, когда мужчина сделал паузу, — мы сильно отклонились от того, о чём я на самом деле хотела поговорить.
— Ты права, — Рэйкхар согласно кивнул. — Ты хотела узнать, как я смог всё просчитать. Ещё наверняка о том, почему я рассказал обо всем только в самом конце, да ещё и вынудил увидеть всё своими глазами. Частично я уже ответил на вопрос — я прожил очень долгую жизнь. Однако дело не только в этом.
— Ты поделишься? — или же вновь будешь ходить вокруг да около, — добавила мысленно.
— Конечно. Позволь же мне сначала прояснить, почему я сказал о твоем страхе и неуверенности в силах. Это, и правда, важно для моего рассказа.
— Хорошо.
— Ты чрезвычайно сильна. Когда тебе нужно действовать, а не думать, ты забываешь обо всех условностях, для тебя нет ничего невозможного. И твоя сила раскрывается полностью. Ты решительна и непоколебима. Но твои страхи, неуверенность, тщательные попытки всё обдумать… сковывают тебя. Ограничивают. А твоя сила превращается в безумный хаос, перестающий тебе подчинятся…