Ника Фрост – Необдуманное желание (страница 48)
Остаток пути до дома мы с мужчиной провели в молчании. Я думала, а он, судя по его улыбке, продолжал мечтать.
Когда мы очутились внутри, мужчина, дойдя до двери в мою комнату, попросил переодеться в нечто более простое и удобное и, оставив меня, поспешил к себе.
Я же, зайдя внутрь, скинула туфли и, по пути заглянув в гардеробную, которая была доверху, с легкой-то руки Дэйна, забита вещами, выбрала себе длинную юбку дорожного кроя из плотной, но легкой темно-синей ткани, в тон ей рубашку, и заодно подготовила туфли и курточку, и поспешила в ванную, приводить себя в порядок после трудового дня.
А через полчаса, когда мужчина постучался ко мне в дверь, я, сидя на кровати уже вся готовая, сразу рванула её открывать.
Но Дэйн, покачав головой, остановил меня и жестом головы указал внутрь комнаты.
– Пойдем, – пояснил он входя внутрь, попутно стащив через голову белую рубашку и оставшись в одних брюках.
– На это я всегда согласная… – пробормотала я нечленораздельно, оглядывая его голый торс, скользнув взглядом с мощной широкой груди, по тонкой талии с рельефными кубиками до того места, где начинался пояс брюк. – На это я всегда готовая…
Нервно сглотнув, когда он подошел к кровати, я потянулась за ним следом, очарованная, расстегивая на ходу пуговицы на замшевой курточке. Мне даже было сейчас плевать на всю романтику, которой должен был бы быть окутан наш первый раз, и на то, что он вдруг так резко передумал. Я действительно была готова его сама изнасиловать…
Но Дэйн взял… и просто прошел мимо кровати! Замерев на месте, ничего не понимая, я проследила, как он дошел до дверей на балкон, широко их распахнул и, обернувшись, сказал:
– Полетаем? – и за его спиной появились ослепительно белые крылья. Раскрывшись, они озарили уже полутемную комнату своим перламутровым сиянием.
– Полетаем… – обреченно, расстроенно пробормотала и пошлепала к нему, застегивая обратно пуговицы. И застегнула теперь я их все, аж до самого горла! Облом! Птица «обломинго», я бы даже сказала, «осчастливила» меня противным воплем, пролетела мимо и продемонстрировала одно филейное место…
Когда я подошла к мужчине, он, подхватив меня на руки, тут же взлетел, и, поднявшись метров на сто, мы понеслись вперед над береговой линией.
– А куда мы летим-то? – когда мы уже значительно удалились от города, уточнила я.
– Это не так далеко, – загадочно ответил дракон. – Мы совсем скоро будем на месте. Можно было и телепортироваться, но тогда ты бы не увидела всю красоту того места. В закатных лучах оно вчера мне показалось просто удивительным, когда я мимо пролетал. Мы как раз успеем…
Не знаю, успели мы или нет, но то, что уже совсем скоро предстало перед моим взором – не просто очаровало меня, оно меня околдовало!
Свет от Ирии, местного солнца, заходящего за горизонт и исчезающего в безграничном океане, и тусклый от только выходящих на темнеющее небо Илии и Уилии – двух лун, красной и голубой, смешались воедино. Океан от этого света окрасился миллионом красок и мерцал волшебным цветом. И уже этот свет отражался на скалах крохотной бухты, над которой мы зависли. Уж не знаю, из какого камня, какой породы была та скала, но она искрилась, переливалась, словно огромный драгоценный камень… И, отражаясь от воды, искрящийся свет скалы заливал разноцветными лучами бухту с белоснежным песком, пальмами и цветами, покрытыми каплями воды от небольшого водопада, будто жемчужинами. Крохотный райский оазис в сказочном мире.
Да, окажись я сразу там, внизу, точно бы не оценила всей этой красоты, а лишь прикоснулась только к её части. А так, сверху, видя, как всё это возникает и окрашивается новыми красками, переливается… я будто стала частью этого волшебства.
И Дэйн, видя мой взгляд, моё восхищение, то с каким нескрываемым и неподдельным восторгом смотрю, продолжал висеть в воздухе, чтобы я успела насладиться всем этим видом. Только когда Ирия уже практически окончательно скрылась за горизонтом, он начал медленно опускаться в бухту.
Приземлившись, он поставил меня на траву, нежно улыбнулся, и внезапно с последними лучами Ирии, которая будто напоследок одарила его своим благословением и озарила его фигуру, Дэйн преклонил колено и, взяв меня за руки, произнес:
– Софи, моя ал’лая, моё сердце, ты согласишься стать моей женой? – его голос сейчас сливался с шумом волн, настолько он был трепетным, волнующим и тихим. Но в то же время он затронул меня и был подобен шторму. У меня перехватило дыхание от нахлынувших чувств. Внутри всё, даже душа, сжалось с крохотный комочек, и горячие слезы потекли по щекам, но я их даже не почувствовала.
Сиреневые глаза напротив в обрамлении черных густых ресниц – вот что волновало меня в этот момент, в них я видела отражение себя, и я ощущала эмоции Дэйна, что клокотали, бурлили внутри него. Безграничная любовь. Нежность. Страсть. Будто звезды на темном небе, они светили мне так же ярко…
Мой прекрасный мужчина: заботливый, любимый, ласковый, чуткий – я могла дать ему множество эпитетов, но всё равно их всех было бы мало. Ведь настоящие чувства невозможно выразить и описать словами.
А пока я хватала ртом воздух, не в силах ничего сказать, он, продолжая удерживать мои ладони одной рукой, как будто боялся меня отпустить, прикоснулся другой ладонью к своей обнаженной груди, и в том месте ярко вспыхнул белоснежный свет. И, когда он спустя мгновение отнял руку от груди, на ней лежал тонкий и неимоверно изящный, выполненный будто из горного хрусталя, браслет с вкраплениями капель серебристого металла.
– Ты станешь моей ал’лаей? – повторил он свой вопрос, немного перефразировав, и я, поняв, что слишком долго молчала и заставила его волноваться, сначала просто кивнула, а потом рухнула на колени и, заливаясь слезами, прошептала:
– Да…
Мой ответ утонул в шуме набегающих волн, но Дэйн услышал меня. Его глаза загорелись ещё ярче, тень, что омрачила его лицо, когда я не ответила в первый раз, сразу исчезла.
– Моя ал’майнэ, часть моей души и моё сердце, – вытерев большим пальцем слезы со щек, прошептал он и, взяв меня за правую руку, надел на запястье браслет, который был будто эфемерный. Ведь на нем не было застежки, он не тянулся, но, когда Дэйн его надевал, он словно прошел сквозь меня, и… я ощутила его приятный холод и тяжесть. Достаточно плотно обхватив моё запястье, он не создавал дискомфорт. А ещё этот браслет перестал казаться прозрачным. Он постепенно начал наливаться цветом и уже вскоре стал серебристо-голубым с вплетением сиреневых вытянутых каплей, похожих на слезы.
– Это – Ир’Алай. Я, наверное, не умею придумывать названия… Ведь это означает Ледяное Сердце. И я подарил его тебе. Он действительно сделан из части моего сердца, моя Софи… – Дэйн, обхватив ладонями мою голову, прислонился лбом к моему лбу. – По законам драконов моего мира, когда дракон дарит своей избранной браслет и называет её своей ал’лаей, делает предложение, а драконица соглашается – они становятся мужем и женой… Но у нас с тобой было совсем по-другому. Мы уже были вместе, я давно назвал тебя своей ал’лаей и только сейчас сделал предложение, ещё и подарив браслет, сотворённый не из своей крови, а из своего сердца. Я нарушил все законы, правила и традиции, которые придумали когда-то и я, и мои подданные. Потому что для меня нет никаких правил. Я отдаю тебе часть своего сердца, часть своей жизни, Софи, и отныне ты – Софи Навэй Шиэрдан, моя законная супруга…
Глава 40
«Я отдаю тебе часть своего сердца, часть своей жизни, Софи, и отныне ты – Софи Навэй Шиэрдан, моя законная супруга…» – произнес Дэйн, и вслед за ним в моей голове раздался тихий, едва слышный голос, но прозвучал он набатом: «Я услышала твою клятву, чужак, и жду окончательную клятву твоей избранницы...»
И я, сама не сознавая, что говорю и что сейчас происходит, прошептала:
– Я признаю Дэйнмаэрана Навэй Шиэрдан своим законным супругом и принимаю его имя. Он – часть моего сердца, моя душа….
«Навеки… – прошелестел тот голос. – Клятвы услышаны!»
И тут же всё исчезло, словно мне и вовсе это показалось, однако на смену загадочному голосу пришла нестерпимая боль в области груди. Казалось, что мне воткнули в сердце острый нож. Я вскрикнула, лицо Дэйна исказилось в гримасе ужаса, а потом опять наступила тишина, поскольку моя боль резко отступила, и я смогла спокойно выдохнуть
– Что с тобой? – успел он спросить, и уже удивление сменило страх. И мы с мужчиной одновременно перевели взгляд вниз на его запястье. На котором медленно начали появляться серебристые линии. Будто невидимый татуировщик сейчас делал ему тату, причем экстра-скоростным методом и невидимой же машинкой.
Через пару секунд загадочный «мастер» остановился: длинные тела двух драконов с распахнутыми крыльями и перевитыми телами, точно они танцевали – вот что он «набил» на внутреннюю часть запястья Дэйна. Линии рисунка были цвета серебра и в свете лун тускло светились, придавая картинке объем.
– Что это? – прошептала я, продолжая внимательно изучать татуировку.
– Местная Богиня ненавязчиво напомнила мне, кто тут главный… И признала наш брак, решив таким образом узаконить его.